Побег из преисподней - Юлия Галанина

Лидриэль знала — если Файнос сказал, значит, сделает. Сейчас соберется и увезет ее отсюда. Навсегда. Назло всем им. Вот так.

Огненная земля была неподалеку от Круга леших. И там правда было тепло. Но кентавр, в силу своего полуконского облика, не учел одну маленькую деталь: солнечные танцовщицы всегда танцевали на Огненной земле босиком. Пламени они не боялись. Но зайти туда в замшевых дорожных сапожках — это значило остаться без подошв и, соответственно, лишиться новеньких сапожек. Ни за что! Это Файносу копыт не жалко, они у него словно из гномского чугуна отлиты.

Лидриэль слонялась вокруг Огненной земли, со страхом ожидая, что из тумана на нее накинется что-нибудь страшное и мерзкое. Привидение, например, или волк-призрак, убивающий воем. Конечно, разум подсказывал, что вряд ли около древесного замка эльфийских принцесс королевской крови будет шастать всякая пакость. Скорее уж наоборот, слава Таниэль и Илиэль такова, что все живое и неживое старается обходить эти места стороной. Но туман так клубился, что не поверить в призраков было невозможно.

Кентавр появился около полуночи, полностью собранный в поход. Покачивались на боку колчан и огромный луге, переметные сумы, наполненные необходимым в пути добром, заметно округляли бока.

Лидриэль с облегчением вскочила ему на спину. Погладила благодарно вороную гриву волос.

— А может… — начал с надеждой кентавр.

— Поехали! — отрезала Лидриэль.

И они сбежали из дома.

Точнее, по лесным тропам и домам-деревьям вскоре разнеслась весть, что младшая из сестер-чародеек сбежала глубокой ночью из дома на диком кентавре. (Потому что сбегать из дома нужно непременно на диком кентавре, вооруженном дубиной, иначе не так интересно. А то, что Файнос был лучником, предводителем отряда и героем, общество не волновало, всем хотелось верить, что он одичает и возьмется за дубину, оправдав возложенные на него надежды.)

* * *

Они довольно скоро выбрались за границу эльфийских лесов. Кентавр вывез девочку на берег большого озера. Яркая луна освещала все кругом.

— Позади Альянс, впереди — ничейные земли, миледи, — провозгласил Файнос.

— Ты уже придумал, куда мы едем? — спросила Лидриэль.

— Куда скажешь, туда и поедем, ты же у нас странница, — хмыкнул кентавр.

— А в ничейных землях есть приличные города? — Лидриэль легко вскочила и замерла у кентавра на спине, с любопытством всматриваясь в другой берег озера, такой загадочный и манящий в лунном свете.

— Слово «приличные» в ничейных землях я бы не употреблял, — заметил Файнос. — Скажем так, города там изредка встречаются. Разграбленные города встречаются чаще, чем неразграбленные. А города орков называют городами исключительно из вежливости.

— Да ладно, не пугай, — фыркнула Лидриэль. — Я все равно не вернусь!

— Все так серьезно? — поинтересовался Файнос.

Лидриэль села. Глаза у нее, надо сказать, уже слипались.

Они с кентавром ехали уже часа полтора, обычно в это время дома она смотрела неизвестно какой по счету сон.

— Серьезно… — вздохнула она. — Видеть их больше не могу! Вороны… Отвези меня куда-нибудь, хорошо?

Она умудрилась свернуться клубочком на широкой спине, подложила ладошку под щеку.

— Лидри, в правом вьюке достань покрывало, — велел Файнос — Еще вот простудиться тебе осталось, странница ночная.

Лидриэль нехотя вытянула покрывало из сумы, накрылась. Стало тепло.

Файнос двинулся в обход озера, чтобы попасть в ничейные земли.

Из кустов за ними внимательно следил эльф-охотник. Темная полоса пересекала его лицо, прядь выбивалась на лоб из головной повязки. Убедившись, что эти двое действительно добровольно покинули Альянс, эльф недоуменно дернул острым ухом, украшенным колечками и медвежьим клыком-серьгой, постарался запомнить необычную парочку и исчез в лесу неслышной тенью.

Кентавр шел иноходью, плавно, стараясь, чтобы спящую солнечную танцовщицу не трясло.

Он никуда не торопился, вся ночь была в его распоряжении.

Надо было придумать, куда же можно отвезти маленькую упрямую дурочку, поссорившуюся с сестрами и вообразившую себя странницей.

Хотя бы потому, что задерживаться в ничейных землях не стоило, требовалось более надежное место, где Лидриэль бы успокоилась, заскучала и вернулась домой, на свой королевский клен.

А еще Файнос думал, что он старый болван. И если бы не долг, вернуть который потребовала сегодня эльфийская принцесса, он бы копытом не пошевелил. И не ввязался бы в это безумие. Умные кентавры долгов не делают.

Лидриэль неплохо выспалась, пока они объезжали озеро. Когда к землям Альянса вплотную придвигались Горные Кланы с их терраморфингом и зимние ветры с заснеженных гор начинали раскачивать кроны деревьев, безжалостно отряхивая алые и золотые листья, тогда терем колыхало куда сильнее, чем круп кентавра.

Ночь была в полном разгаре. Луна поднялась высоко, стала маленькой. Был слышен волчий вой.

На спине кентавра Лидриэль ничего не боялась. Она соорудила себе из покрывала что-то вроде палатки и грелась там, изредка выглядывая, как птичка из дупла. Приключение нравилось ей все больше и больше.

Нравилось даже тем, что Файнос обнаружил, что она не спит, и начал тут же пугать ее всякими ужасами, рассказывая про живущих в ничейных землях.

— Гоблины здесь бродят стаями, — басил он. — Мелкие такие, зеленые, пакостливые. Они, конечно, совсем безмозглые, но, говорят, если встретил гоблина, замотанного, как мумия, который таскает с собой веселую черепушку, надетую на палку, кремниевую косу и бубен с беличьими хвостами, — то тебе повезло, ты увидел шамана гоблинов, это к удаче. Если он, конечно, косой тебя по голове не жикнет. Ты слушаешь, куколка?

— Слушаю, слушаю, — мурлыкала Лидриэль.

— А еще, бывает, наткнешься на тролля. Он тоже зеленый, но весь в бородавках. Даже на носу обязательно будет. И слюни, слюни из пасти до полу. Волосы черные, зачесанные вверх и на палочку намотанные почти как у ваших теургов. А одежды у тролля и нет, так, передничек.

— Один передник? — восхитилась Лидриэль.

— Ну, я, наверное, неправильно сказал. Это, скорее, повязка, а не передник. Просто спереди тряпочка с нее свисает и сзади тоже. Спереди красная, сзади черная. Наверное, чтобы пачкалась меньше. Или подтираться такой удобнее. А когти у тролля страшенные!

— Он когтями дерется?

— Не только. Они еще носят боевые браслеты такие, шипастые. Как ударит шипами — и без когтей мало не покажется.

— А я все равно не боюсь! — пропела Лидриэль и начала насвистывать мелодию.

— А зря, — откликнулся Файнос. — Вон смотри, волки кого-то дерут.

Лидриэль заинтересовалась, скинула покрывало, вскочила