Геймер. Реал vs вирт - Виталий Егоренков

– Скольких ты завербовал?

– Семерых. – Кореец поднялся с пола, достал со шкафа папочку и протянул отцу.

Батя быстро ее просмотрел:

– Адреса игроков, выплаты… Очень хорошо. Кто еще в городе работает на господина Чена?

Кореец пожал плечами:

– Мне он, что неудивительно, не докладывал, да и остальные занятые в нашем бизнесе люди тоже предпочитают не делиться информацией. Я могу только назвать десятка два человек в городе, которые могли бы взяться за это дело. Но это вряд ли вам сильно поможет – таких только по стране тысячи, а в мире – десятки тысяч.

Отец усмехнулся:

– Я передам эту информацию в службу безопасности «Королевства». Они очень скоро приедут к вам и, полагаю, доходчиво объяснят, почему следует воздерживаться от подобного рода заказов в отношении их игры. Вы, если захотите жить, прекратите сотрудничество с южнокорейским коллегой. Таким образом, немалые затраты господина Чена на развитие семерых игроков окажутся выброшенными в мусорную корзину. Если служба безопасности «Королевства» найдет в Питере еще нескольких посредников, то южнокорейский товарищ зря потратит деньги на прокачку уже десятков игроков. В масштабах страны и мира эти цифры, надеюсь, вырастут в десятки раз. Какой бы ни был бюджет у мистера Чена – подозреваю, что он все-таки не резиновый, а деньги имеют свойство заканчиваться.

Ким пожал плечами, показывая, что ему в общем-то все равно, а батя продолжил:

– Еще нам нужны адреса известных вам посредников в Питере. Чистосердечное сотрудничество наверняка зачтется вам при дальнейшем общении с дримкингдомцами.

Кореец в течение трех минут что-то писал на листе А4, затем протянул отцу. Я из-за его плеча полюбопытствовал и усмехнулся: первым в списке стояло имя Камиля Шарафутдинова. Видимо, этих двоих связывала давняя нелюбовь.

Мы сердечно попрощались с Александром и с чувством выполненного долга отправились обедать.

– Передадим Карине, – сказал батя, хлопая по папке.

– Первым делом самолеты, бать. – Я нетерпеливо махнул рукой. – Сначала колись, с какого это времени ты стал круче Чака Норриса. Или ты всегда был таким, но успешно маскировал работу на контору глубокого бурения под маской простого российского бизнесмена?

– Мое юношеское увлечение боксом, полагаю, за удовлетворительное объяснение не проканает? – усмехнулся отец. – Давай пока пообедаем, Вит, я должен подумать, что имею право тебе рассказывать, а о чем должен умолчать.

Мы молча поработали ложками, затем ножами и вилками, а когда принесли кофе, батя вздохнул и велел мне:

– Сними браслет и положи на стол.

Я подчинился.

Отец тоже расстегнул свой и положил рядом.

– Найди отличия.

Я озадаченно почесал затылок и стал сравнивать два агрегата, похожих друг на друга как две капли воды. Вроде бы все одинаково: цвет, размер, вес, а затем обратил внимание на маркировку. На моем браслете было написано: «Model 2030-с, made in China», а на батином: «Модель 2030-р, сделано в России». Именно так, кириллицей, то есть девайс был произведен сугубо для внутреннего пользования.

– Молодец, – похвалил отец, – наблюдательный. Мой браслет нашего производства, и костюм, который я надеваю при входе в вирт, тоже сделан в России в одном малоизвестном НИИ.

– Наши девайсы помогают подружиться с медихлорианами и открывают доступ к Силе? – пошутил я.

Батя кивнул. С насквозь серьезным видом.

Мои глаза едва не вылезли из орбит от изумления.

Отец быстро сфотографировал меня на телефон, затем рассмеялся:

– Смотри, какая у тебя глупая физиономия, сынку, – и показал на экране меня красивого: с выпученными глазами и широко распахнутым от удивления ртом. В общем, дебил на прогулке. – Постарайся каждый день хотя бы пять – десять минут тренировать перед зеркалом умное выражение лица. Тебе, как будущему юристу, пригодится. Особенно это полезно при катастрофическом недостатке нейронных связей в черепушке. Что касается твоего вопроса: российское оборудование, увы, не дает доступа к Силе, Люк, зато позволяет задействовать в более полном объеме обучающие способности виртуальной реальности.

Я не специалист и могу только попробовать объяснить с чужих слов так, как сам это понял.

Существующая во всех играх виртреальность, условно называемая «один – ноль», имеет ряд существенных недостатков, вызванных, как ни странно, желанием создать максимум комфорта для геймеров и снять такие негативные моменты настоящей реальности, как усталость, боль, лишний вес. Однако, убрав вредное, разработчики невольно удалили все позитивные обучающие бонусы вирта. Ведь, как известно, без боли в мышцах не добиться их роста, а без синяков защитные блоки учатся гораздо медленнее.

Кроме того, неподвижное часами тело – тоже огромный минус виртуальных игр. Затекают мышцы, связки. Единственная польза, да и то весьма сомнительная – психологическая разгрузка, отдых от серых будней.

Поэтому-то любая «прокачка» в обычном вирте один – ноль приносит столько же пользы, как занятие карате на Марсе. Другая сила тяжести дает навыки, невероятно «полезные» в земных условиях.

– Точно, – подтвердил я, – вылезаешь из вирткостюма, а ощущения, будто мешок песка на плечи кинули.

– Это потому, что твое тело испытывало неправильные нагрузки во время игры.

В реальности «Дрим кингдом», созданной на оборудовании «С», сделанном в Китае, достижим вирт второго поколения, или два – ноль.

В нем почти полностью снята проблема обычного вирта, чувствуется усталость и боль, правда, в сильно уменьшенном объеме, так как целью является все же развлечение, а не учеба.

Чтобы в полной мере задействовать обучающие возможности виртуальной реальности, была создана версия, условно называемая «три – ноль». В ней игрок испытывает те же ощущения, что и в реале, без смягчений, зато благодаря непосредственному воздействию вирта на мозг обучение ускоряется в десятки раз по сравнению с обычной реальностью. В нормальной жизни ты всегда на что-то отвлекаешься: у тебя чешется правая пятка, девушка на соседней парте «засветилась» нижним бельем или под потолком противно жужжит большая жирная муха. В виртуальности есть возможность исключить все посторонние факторы.

– Так это ж золотое дно, – сказал я, подумав. – Странно, что компания не делает на этом деньги. Доходы от игры – ерунда по сравнению с тем, что создатели могли бы получать от обучающих программ. Подготовка пилотов, солдат…

Батя задумался, затем ответил осторожно:

– Игра и так приносит очень приличные деньги, позволяющие участникам проекта не бедствовать и оберегать новые возможности вирта три – ноль от широкой огласки.

– Все равно не понимаю, – развел руками я. – «Дрим кингдом» с подобной обучающей технологией мог бы запросто бросить вызов «Эппл» и «Майкрософт». Это уже не миллиарды, а сотни миллиардов долларов.