Недетские игры - Наталья Бульба

– Поэтому его ищете вы, а не…

– Шторм, – закончила я за него. – Но это не самый любопытный момент.

Виктор, наполнив стакан водой, выпил ее несколькими глотками.

Мужчин не жалела принципиально, но Шаевскому сейчас сочувствовала – положению, в котором он оказался, не позавидуешь.

Но… это был его выбор, да и не производил Виктор впечатления растерянного, просто позволил себе выбраться из брони. То ли признал своей, то ли посчитал, что в моем случае подобное безрассудство ему ничем не грозит.

– Сканеры Зерхана не могли засечь Горевски. Я проверила. После того как суд признал его погибшим, опознаватели остались только в базах центральных планет Союза.

Во взгляде Виктора, обращенном ко мне, появилось что-то похожее на уважение.

И ведь не скажешь, что не было приятно. Я этого действительно не обязана была делать. У нас считалось, что все озвученное Странником не имеет смысла подвергать сомнению.

Я и не подвергала – просто перепроверяла.

– У вас есть версии?

Я кивнула.

– Целых две. Вторую считаю более вероятной.

– Тогда давайте первую.

Изумительная логика! Чисто мужская…

Я язвила, хоть немного отыгрываясь. Виктор всего лишь давал себе возможность прийти к тем же выводам, к которым уже пришла я.

– Первая звучит так… – Я попыталась устроиться удобнее – спина ныла все настойчивее, – но не получилось. Поднявшись, двинулась в сторону двери. – Предположим, что Шторм узнал о том, что кто-то из его подопечных собрался отдохнуть на Зерхане. Все бы ничего – пусть гуляет, но не в то время, когда в секторе этой самой планеты вояки вздумали испытать нечто настолько сверхсекретное, что СБ просто стоит на ушах, только бы не допустить утечки.

Виктор как-то неоднозначно дернул плечами. Я сочла это за согласие: насчет вояк я угадала.

– Оснований влезть в эту операцию у Славы не было, но ничего не предпринять он не мог. Обостренное чувство ответственности. – В последней фразе звучал сарказм. Шаевский на него никак не отреагировал. – И тогда он вспомнил про своего друга детства – Геннори Лазовски. Крючок явно был создан заранее, и Шторм лишь ждал, когда его мрачные прогнозы начнут сбываться.

– Про предчувствие полковника это вы верно заметили, – ввернул Виктор, дождавшись паузы.

– Про все остальное – тоже, – нахмурилась я.

– Это про то, что вас вынудили залезть в это дело?

– Я влезла в него значительно раньше, правда, поняла это только теперь, – скривилась я. Если так и дальше пойдет, то ближайшие сутки мне придется провести в постели. Не удивлюсь, если это тоже было частью плана. – Теперь вторую?

Шаевский задержался с ответом, просто наблюдая, как я в очередной раз прохожу мимо него.

Он был профи, но… ему не хватало даже не изощренности, а извращенности мышления, которой обладал Шторм.

Я Славу знала значительно меньше, чем Виктор, но… на моей стороне было женское чутье. Просчитать я его не могла, если только прочувствовать.

Дожидаться, когда Виктор выскажется, я не стала. Его ждал сюрприз. Весьма необычный, даже с учетом того, что он был знаком с методами полковника.

– Мы выходили на след Горевски двенадцать раз. Двенадцать раз он ускользал прямо из наших рук. Информаторы, средства слежения, сканеры, спецы… Все было лучшим, но… каждый раз что-то происходило, и он вновь исчезал, словно мы были сосунками, а за его спиной стояла могущественная система.

Я замолчала, давая время Виктору воспользоваться интуицией. Фактов не было, только догадки. Он оправдал мои ожидания, на это у него ушла всего пара секунд.

– Горевски – человек Шторма? – Шаевский не шелохнулся, но я видела, что это была заслуга его самообладания. – Неожиданно, но не лишено присущего полковнику изящества.

Я только кивнула.

– И тогда становится понятно, почему отправили именно меня.

Тот приподнял бровь, предлагая продолжить. Я не стала его разочаровывать.

– Я встречалась с Валесантери. Давно, мне было лет четырнадцать-пятнадцать, но…

– Вы его видели вживую, так же, как и он вас. А еще Шторм рассчитывал на вашу сообразительность.

– Но важнее в этой версии другое.

На этот раз Виктор закончил сам:

– Шторм предполагает, что передача информации произойдет на Зерхане?

Говорить, что он на правильном пути, я не стала. К чему подтверждать очевидные вещи.

– На проблему наткнулся Ромшез?

Шаевский дернул уголком губы.

– Многоуровневая проверка. Не он, так другой бы выявил, что часть информации по проекту копировалась микроблоками. На последнем этапе анализу подвергалась вся структура, обнаружения не избежать.

– Весь вопрос в том, что могло быть поздно? – качнула я головой. Он пытался объяснить, почему, поверив, продолжал подозревать и Ромшеза. Я спорить не собиралась.

Арестовав Истера, он сделал то, что не получилось бы со мной. Дал понять сволочи, которую мы искали, что опасность миновала. Пусть и временно – вдруг возьмут и разберутся, но запас в несколько дней тот точно получил.

– Прописные истины говорят: ищи, кому выгодно.

– Любому из нас, – машинально отозвался Шаевский, продолжая думать о своем.

– Ошибаетесь, – остановилась я напротив него. Провоцируя и заставляя нервничать от излишней близости. Маленькая, но месть. – Мой опыт утверждает, что в вашем списке было только одно заинтересованное лицо.

Вопреки ожиданиям Виктор беспокойства не проявил. Смотрел на меня снизу вверх явно не с платоническим интересом.

– Между вами и Стасом что-нибудь…

Мне оставалось только засмеяться. Кажется, меня здесь держали за полную идиотку. Чтобы у ставленника Шторма во время операции заработал второй мозг…

От смешка я удержалась. Пусть считает, что ему удалось меня развести.

* * *

В отличие от Станислава Виктор переступать черту не стал.

Поднялся, сумев не коснуться меня, отошел к двери.

– Отдыхайте пока. А я поработаю над вашей идеей.

– Инфа по Горевски нужна? – вяло поинтересовалась я. Развернувшись, но не сдвинувшись с места.

– Еще бы знать, чем придется рассчитываться, – вздохнул он с улыбкой, но, заметив, что я к шуткам не расположена, продолжил уже серьезно: – Сбрасывайте. Вдруг и я чем пригожусь.

– Пригодитесь, – тут же ухватилась я за его оговорку. – Мне нужен закрытый канал связи.

Тот задумался лишь на мгновение.

– Дайте мне пару часов. Надо доложиться…

Он не закончил. Видно, предполагал, что это самое «доложиться» может закончиться для него совсем не так, как ему бы хотелось.