Дракон - Александр Сапегин

– Далеко имперец забрался.

– Господин комендант, – с места поднялся тэг Зидон, – позвольте пару слов?

– Позволяю, – повернулся комендант к коллеге по искусству.

– Я проверял данный экземпляр, – Зидон стрельнул глазами в сторону пленника, – и хочу озвучить некоторые наблюдения. Шкас не понимает и не говорит на общем, что очень странно, так как вмешательств в его разум я не обнаружил. – Ириэль и Фарид ухмыльнулись, они помнили, как маг поминал Тьму, пытаясь проникнуть в разум пленника. – Я не почувствовал в недоделке магии, но свои мысли он защищает выше всяких похвал, кто-то обучал его контролю. Не могу понять – зачем? Что еще… Когда мы его поймали, я насчитал на нем около десятка следов от иголок риксов. После такой порции яда он должен был валяться больше суток, но шкас очнулся через пять часов.

– Твои выводы? – поторопил мага комендант.

– Кто-то специально стер ему знания языка, в дугарии этого сделать невозможно в принципе, мне кажется, что это какая-то хитрая подстава.

– Зидон, ты слишком все усложняешь, такие чудеса случаются, если резко прервать начавшийся процесс изменения. При обрыве нервных связей центрального сростка и нервной системы человека в мозгах образуется такая каша, что не приведи Многоликая. Счастье, что этот недоделок разум сохранил. С другой стороны, разум ему не поможет.

– Вы хотите сунуть его в кокон?

– Да, завершим, что имперцы недоделали.

– Вы даже не попытаетесь узнать, как этот человек смог миновать земли кошколюдок?

– Зидон, как? Вы сами сказали, что он не понимает ни бельмеса. Искать мага-разумника и обучать его языку? А возможно ли? У недоделка сейчас в мозгах такая помойка, что нам придется откачивать уже мага. Все ваши попытки пробить мнимую защитную стену являются последствием этого. Нет там ничего, пусто. Понятно? Я не знаю, за что этого шкаса приговорили к изменению, и знать не хочу, но связываться с «тенями» князя не желаю – себе дороже выйдет, если мы побеспокоим их впустую. Поэтому кокон будет самым разумным вариантом. – Тэг Вигд щелкнул пальцами, из ниши в стене вышли два могутных человека с буграми перекатывающихся мышц, покатыми лбами и отсутствием печати интеллекта на лицах. – Отнести на приемную площадку, – скомандовал комендант дугарам. Зидон осуждающе качнул головой. Нельзя так. Комендант совершает большую ошибку, отличный администратор, он был посредственным магом, если не сказать – плохоньким. Большой личный опыт не заменяет академических знаний и сигналов интуиции. – Пойдемте, – пригласил комендант троицу поимщиков.

Дугары выволокли отчаянно сопротивлявшегося шкаса из кабинета. Худой недоделок на деле оказался очень сильным. Могутные недоумки еле справлялись со своим будущим коллегой.

– Ничего себе, смотри! – Фарид ткнул локтем Ириэля и указал на красотку, которую три дугара и двойка магов извлекли из кокона преобразователя и смывали с нее «маточную» слизь. – Какие формы, сиськи – как дыньки, Тьма, так бы и подмял под себя! – Полуэльф, показав большой палец, выразил одобрение.

– Кого? Этого? – хохотнул комендант.

– Какого этого? – удивился Фарид.

Комендант, глядя на глупую физиономию стража границы, расхохотался.

– Это Фарх Трига, мужик! Насильник, пытался ссильничать камеристку госпожи Летирры, но был пойман на месте преступления.

– Точно насильник? Мозги сканировали? – спросил полуэльф. – А то ведь может статься совсем наоборот: камеристка хотела таким образом отомстить ухажеру.

– Точно-точно, – подтвердил комендант. – Прилетали драконы, все подтвердилось. Фарха после суда отдали Летирре. Так как самого факта лишения девичьей чести не произошло, а была только четко зафиксированная попытка насилия, то по решению суда он поступил в полное распоряжение госпожи на три года. Летирра отдала его нам с условием засунуть в женскую часть преобразователя, а после изменения продать на весь срок службы в портовый бордель. Через три года к Фарху вернется память. После этого ему останется только повеситься. Все еще хотите уединиться с нашей «красоткой»? – спросил тэг Вигд Ириэля и Фарида и расхохотался еще сильнее, увидев, как брезгливо сморщились их лица. – Что вы скисли? Смотрите, какая баба! Ха-ха-ха! Пришли, Марк, принимай клиента, – комендант хлопнул по плечу мага, контролировавшего «приемник».

Марк кивнул начальнику и закрыл глаза. Одна из ветвей гигантского дерева с десятками коконов, в которых – на просвет – угадывались фигуры заключенных внутри людей, опустилась к узкой площадке. Раскрылись створки ближнего к людям места заключения…

Андрей перестал сопротивляться. Бесполезно, гориллоподобные мордовороты держали крепко. Лучше поберечь силы, если интуиция ему не изменяет, они ему понадобятся. Его вынесли на улицу. Компания о чем-то переговаривающихся людей и один эльф шли в сторону громадного дерева, увешанного зелеными ракушками. По крайней мере так казалось издалека. Мордовороты молча топали за хозяевами. Чем ближе небольшая компания подходила к древу, тем больше становился размер мурашек на спине Андрея. Дерево нагоняло на него иррациональный страх.

«Близнецы всемогущие!» – прошептали непослушные губы. В ракушках были люди! Андрей вывернул шею, глаза его не обманули. Метрах в десяти от их группы гориллоиды и пара магов извлекли из такой «ракушки» женщину с фигурой порнозвезды и смывали с нее какие-то сопли, все бы ничего, да в глазах «звезды» была пустота и рабская покорность чужой воле. Толстый человек в красном камзоле оглушительно рассмеялся, остальные почему-то не поддержали его, видимо, шутка была понятна ему одному. Шагов через десять гориллоиды подошли к небольшой площадке, язычком выдвигавшейся к страшному гиганту. Нижняя ветвь опустилась к самой земле. От осознания, что сейчас произойдет, Андрей забился пуще прежнего. Гориллоиды размахнулись и бросили его в сторону раскрывшейся ракушки.

– Не-е-е-т! – во все горло проорал Андрей.

Из раскрытых створок навстречу добыче выстрелили зеленые слизистые щупальца и обвили ноги и руки жертвы. От прикосновения слизи рассыпались путы, Андрей попытался вырваться, но щупальца сжались плотнее, прижав руки к телу. Ракушка с противным чавком раскрылась еще сильнее. Щупальца поволокли его к истекающим слизью створкам. Когда до «ракушки» осталось сантиметров тридцать, из нее выпало еще несколько щупалец. Конец самого толстого разошелся в стороны, образовав что-то вроде цветка на восемь лепестков, края лепестков были усеяны мелкими крючками, а в центре извивались сотни белесых жгутиков. «Цветок» ударил в грудь, крючки глубоко вонзились в кожу. Дернувшись изо всех сил, Андрей смог освободить правую руку, он не придумал ничего лучшего, как подтянуть свободной рукой «цветочное» щупальце к себе и впиться в него зубами. Из ракушки полились белесые сопли. Щупальца, державшие человека, выпрямились и отпустили свою жертву. Андрей с высоты пяти метров шлепнулся на площадку (ветка дерева успела подняться вверх). Не успел он перевести дух, как на него навалились гориллоиды…

* * *

– Что ж, – глядя на шкаса, скрученного дугарами, сказал комендант, – я хотел как лучше. Надо избавиться от него. Дугарий не примет мразь повторно, а везти этого недоделка в другой будет накладно, стационарного портала у меня нет, окраина, Тьма ее дери.