Поступь инферно - Карина Вран

Мантия Хранительницы Леса.

Тип: тканая броня.

Класс: редкое.

Защита: 60. Прочность 70/75.

Живучесть: + 12.

Мудрость: +8.

Необходимый уровень: 15.

Переоделась Хэйт перед выходом из здания, в пустом коридорчике (отсутствие лишних глаз в этот момент успокаивало). А уже на пороге нос к носу столкнулась она… с Барби.

— О! — удивилась адептка (подумав про себя, что весь день только и делает, что удивляется). — Вы же собирались сегодня пить коньяк?

— Они и пьют, — фыркнула орчанка без особого дружелюбия.

— А ты? — робко спросила Хэйт.

— А что я? — Барби хохотнула. — Мужики о деле говорят, контора Рэя предлагает работку Кену. Мне при этом присутствовать ни к чему…

Орчанка запнулась.

— Баба-бафф, пойдем выпьем? А, забыла, ты же не любительница… Просто посидишь рядом, лады?

Хэйт, хоть и устала жутчайше, почему-то не смогла вежливо отказаться. "Не зря говорят, что любопытство сгубило кошку: та просто забывала про отдых и сон, чтобы не пропустить ничего интересненького", — подумала адептка, вслух соглашаясь на поход в питейное заведение…

— Эх-х, хор-рошо! — пророкотала Барби, опрокинув разом кружку пива вместимости такой, что иная кастрюлька проиграла бы в сравнении. — Хозяин, еще парочку!

Хэйт заулыбалась, припомнив мамину присказку к разным застольям и крупным покупкам: "Кутить, так кутить! Официант, еще барбариску!"

— Что меня поражает, — сказала адептка. — Что ты их и вне игры называешь по именам персонажей, будто это их всамделишные имена.

Барби заливисто засмеялась, отчего парочка, сидевшая за соседним столиком, торопливо засобиралась на выход.

— Я открою тебе страшную тайну: нас всех так и зовут. В ролевке. Кен — своего рода сокращение от Константина, Барби — мое прозвище с институтской скамьи, а Рэй… Любимый писатель у него — Рэй Брэдбери. Как-то оно и прилипло… Теперь мне придется тебя убить!

Адептка хмыкнула, отхлебнув из своей, значительно меньшей кружки, травяного настоя.

— Клянусь молчать до гробовой доски! — заверила она орчанку.

— Только не надо высокопарности, — поморщилась Барби. — А то у меня пиво скиснет. Вот чем вы мне с малой нравитесь: никаких закидонов вроде "ой, какой миленький монстрик, давайте не будем его убивать?" или "я же испорчу маникюр, и платьице помнется, если вы заставите меня драться"… Не дуры вы, словом.

— Ну спасибо, — Хэйт, представив себе озвученные орчанкою сценки, чуть не захлебнулась отваром. — Ты как скажешь, так хоть стой, хоть падай.

На лицо "бабы-танка" словно набежала тучка.

— И почему ему не попалась вместо той… шалавы… такая, как вы? — она пристукнула кулаком по столу, от чего тарелки с закусками подпрыгнули, жалобно тренькнув. — Всем бы только лучше было!

— О чем это ты? — осторожно спросила Хэйт разбушевавшуюся напарницу.

— О жене его, — Барби всю перекосило, как от чего-то кислого до невозможности. — Рэя.

— Рэй женат? — непритворно изумилась квартеронка.

Орчанку перекосило еще сильнее.

— Был. Красивая, стерва, только ноги вместе держать не умела. Хозяин, где мое пиво?!

Хэйт ошарашенно молчала. Такого откровения она точно не ожидала!

— Он, как развелся, подсел на эту игру. Почти год был, как бешеный, только недавно пришел в себя… Любовь же была, высокие чувства!..

— Год? — с недоверием в голосе уточнила адептка. — Но у него же всего двадцатый уровень?

Барби вздохнула.

— Это его третий персонаж. Третий убийца… Но не третий ПК, и это странно. Я уж было решила, когда Рэй про вас с малой рассказал, что он на одну из вас глаз положил — а нет, ровно он дышит к вам обеим…

Подоспел хозяин харчевни с заказанным пивом.

— То есть, раньше Рэй был ПК? — спросила Хэйт, уставшая удивляться. — И пересоздавал героя? Но зачем?

— Больше тысячи на счетчике, и в город не зайти, даже если красная метка смыта на мобах, — пояснила Барби. — Ты не подумай лишнего — раз он нас всех собрал, ничего не изменится. В худшую сторону. Ни он, ни мы с Кеном, предавать или продавать друзей не умеем.

Хэйт долго колебалась, стоит ли задавать этот вопрос, но все же не удержалась:

— Почему ты все это мне рассказываешь? Мы знакомы всего ничего…

— Такие, как ты, тоже предавать не умеют, — без капли веселости усмехнулась Барби. — Я это всегда чую… Что ты, что малая, что монах наш — не из тех, кому нельзя доверить спину.

— Чуешь?..

Чего Хэйт точно не ожидала, так это того, что сделала орчанка в следующий миг. Откинувшись на деревянную спинку дурно сколоченного стула, она, смежив веки, глухим, завораживающим голосом, продекламировала: