Тайный Дозор - Николай Желунов

То, что он сейчас делает, – хождение по лезвию. Одна ошибка, одно сомнительное воспоминание – и Инквизитор вцепится в нас мертвой хваткой.

Вот я стою у окна и оцепенело смотрю вниз, во двор дома Нелли. Девушка подходит ко мне и порывисто обнимает:

– Бедный, бедный мой, ты же ни в чем не виноват.

Я рефлекторно обнимаю ее в ответ… Наши губы сливаются в поцелуе.

– Хватит, – остановил я, – это уже слишком личное. Какие еще доказательства вам нужны?

Целующиеся фигурки в «хрустальной сфере» замерли.

– Застеснялся? – промурлыкала Алиса. – Продолжайте, продолжайте! Только началось самое интересное.

– Интимных сцен не смотрим, – отрезал Скиф.

– Ну, по-моему, главное мы услышали, – крякнул сильно смущенный Натан Иванович, – девочка наедине с Матвеем говорит, что он не виноват. Не могла же она в самом деле знать, что ее будут ментоскопировать…

– О, вы недооцениваете этих интриганов, – закатил к небу глаза Гантрам.

– А ты что молчишь? – набросился на меня Инквизитор. – Отвечай как на духу: вы со Скифом все это спланировали или нет?

– Клянусь вам, я сегодня впервые в жизни увидел этого Иного, – твердо сказал я, глядя Кролевскому в глаза.

Это было правдой – и Инквизитор опустил голову, принимая ее.

И вот теперь я понял – мы победили. Темные подключили Инквизицию только сегодня утром, когда поняли, что ее вмешательство неизбежно. Наверное, в тот момент, когда я воспользовался магической игрушкой. Призови они судью раньше – у того могло быть гораздо больше вопросов ко мне. А сейчас обе стороны наперебой обманывали старика. Мне даже стало немного жаль его.

Гантрам закряхтел что-то под нос, бочком пошел в сторону, затем принялся яростно рыться в своей папке с бумагами. Алиса закурила длинную сигаретку, с деланым равнодушием глядя на Сета. Тот все еще прохаживался перед червем, помахивая палкой, но монстр растянулся на земле и не подавал признаков жизни.

Я взглянул на Скифа – он оставался непроницаем и холоден, как морской змей Куш-рам-гудур.

– Претензия Дневного Дозора отклоняется… ввиду недостаточности доказательств, – резюмировал Кролевский и вздохнул. – Как же вы, черти неугомонные, можете душу вымотать. Только я лунки провертел, только мормышку достал, эх…

– Не пойман – не вор? Да, мой сладкий? – сказала мне Алиса. – И думаешь, все на этом кончилось?

Я открыл было рот, но Скиф опередил меня:

– Я официально предъявляю обвинение Дневному Дозору в серии провокаций, направленных на нарушение баланса Сил в Москве. Я заявляю, что готовящееся шоу «Вальпургиева ночь» – не что иное, как тайная операция Завулона, во время которой планируется какая-то неслыханная пакость. И все происходящее в последние дни связано с этим. Прошу Инквизицию взять на контроль этот гнусный шабаш Темных и оградить ни в чем не повинных Иных от их посягательств.

– Нет уж, Андрей, – сердито сказал Инквизитор, – наловчились вы мне голову морочить. Когда будет конкретика – обращайтесь. А обвинять друг дружку вы горазды, вам только волю дай. Вот мое решение: на сегодняшний день каждый остается при своем. Но тебя, – Кролевский ткнул мне в грудь пальцем, – я на всякий случай запомнил. Ты теперь у меня на карандаше, понял, парень?

– Я тоже вас запомню надолго, Натан Иванович.

– И не дерзи!

Старый Инквизитор провел в воздухе огненную черту, перешагнул через нее и исчез. Сразу же после него сквозь мерцающую сетку своего портала ушли Гантрам, Алиса и двое их молчаливых телохранителей. Я посмотрел вдаль – Сета тоже след простыл. В Сумраке таяло полупрозрачное, сморщенное, как лопнувший шарик, тело червя.

Мы остались втроем.

– Прости за тот поцелуй, – сказала Нелли, опуская длинные ресницы, – теперь понимаешь: он был нужен для дела.

– Речь шла о жизни и смерти, – серьезно ответил я, – не стоило ограничиваться поцелуем.

Скиф положил руку на мое плечо:

– Теперь о главном, Кот. Темные тебя запомнят, да и старика Кролевского не стоит сбрасывать со счетов. Твоя прежняя жизнь сегодня закончилась. Вот мое предложение: ты работаешь на меня, а я обеспечиваю тебе защиту. Как ты мог убедиться сегодня – я слов на ветер не бросаю.

– Иными словами, ты предлагаешь мне… «крышу»?

Если б он сказал «да», я бы тут же отказался. Но он сказал:

– Типун тебе на язык. Я предлагаю работу на Ночной Дозор.

– Так же, как… Герда? – Я посмотрел на девушку.

Скиф кивнул:

– Это ее кодовое имя.

– Что я должен буду делать?

– То, чем привык заниматься. К чему у тебя талант.

– Ты в курсе – я был склонен ко Тьме в юности? И только хитрость Светлой колдуньи изменила мою судьбу.

– Тем более ты ценен для нас. И да, твоя биография мне известна.

– Ведь это было испытание, так? – сказал я, переводя взгляд со Скифа на Нелли. – Все это – чудак Омогой, заказ, погоня… вы испытывали меня перед вступлением в вашу… как это назвал Гантрам, шайку?

Впервые за сегодняшний день Скиф слегка улыбнулся:

– Я не ошибся в тебе. Это и есть вторая половина правды. Нам нужен высококлассный вор. Так каков будет твой ответ?

В любом случае это обещало быть интересным.

– Согласен.

Мы пожали друг другу руки.

– Первое, с чего нужно начать, – улыбка Скифа исчезла, – ты должен научиться держать язык за зубами. Официально в Ночном Дозоре ты не числишься. Кроме меня, ни с кем там не знаком. О том, что мы делаем, не должен знать никто на свете. Даже если сам Гесер явится к тебе и спросит отчета в делах, ты должен сделать вид, что не понимаешь его. Возьми, – он снял с шеи янтарный амулет и протянул мне, – не снимай никогда. Это защита.

Я надел цепочку с амулетом на шею.

– Если вопросов больше нет, – Скиф посмотрел на часы, – я возвращаюсь в офис. Герда, ты еще мне нужна сегодня.

Он похлопал меня по спине на прощанье:

– Смело иди домой, тебя не тронут. А завтра ровно в девять жду на работе.

– В девять утра?

– Почему утра? – удивился он. – В девять вечера, конечно. Вот что – на первый раз я сам за тобой заеду. Счастливо!

В воздухе вспыхнула золотистая кромка портала, и Светлый маг исчез за ней.

– Я верила, что ты согласишься, – подмигнула мне Нелли, – это я предложила тебя на вакансию вора. Увидимся!

И она шагнула в портал следом за шефом.

Я остался один посреди широкой заснеженной площади. Ветер успокоился. Вокруг было множество отпечатков ног, словно кто-то устроил танцы на снегу, и все отпечатки шли из ниоткуда в никуда – ни одна цепочка следов не вела к шоссе. «Вот так и возникают легенды об инопланетянах», – устало подумал я. Солнце уже почти село за горизонт, и студеный январский вечер был прекрасен и тих.