Талисман миров - Инесса Заворотняя

– Мгм. А ты что-нибудь видел? – спросила я. Мне было немного обидно, что я не видела сокола и не являюсь наследницей. Еще кое-что я им не рассказала. После перехода на ту сторону, я некоторое время себя плохо помню, а особенно тот момент, когда я почему-то схватила их за подбородки. Меня как будто оттолкнуло от Тишки, и только тогда я очнулась.

– Нет. Зато после того перехода я понял что именно изображено на этом кольце, – дотрагиваясь до того самого перстня витязей, ответил Тишка. Если честно я очень удивилась, когда вообще увидела это колечко. Мы находили подобный перстень в экспедиции, тогда мы с трудом определили его возраст, кстати, там около двух тысячелетий оказалось, и тогда же я перевернула много, даже по моим меркам, литературы и при этом нашла только одно мимолетное упоминание об этом перстне. В этом упоминании говорилось, что перстень принадлежит витязям, которые выполняли особые поручения князя и волхвов, и только истинный хозяин перстня сможет рассмотреть его рисунок.

– И что же? – подал голос Лорка.

– Сложно описать, – задумчиво проговорил Тишка, разглядывая перстень, – гипертрофированный долг защищать.

– Там нарисован долг? – ошарашено переспросила моя сестра.

– Нет, конечно, – усмехнулся он, – просто этот рисунок вызывает у меня чувство долга и необходимость защищать.

– А что за рисунок? – улыбнувшись, спросила я, но Тишка не ответил, а только как-то странно посмотрел на меня и очень хитро улыбнулся.

На следующий день мы, как это ни странно, отправились к той самой поляне. На счет моих видений, Зосим предположил, что я видела сам Вирий. Вроде как Сокол обозначает охрану Вирия, а Дуб – является его символом. Объяснял он это минут десять, и за это время я в который раз усомнилась в его вменяемости. Все же надо будет как-то уберечь Тишку от этого отшельничества, даже нормальный человек от одиночества потихоньку с ума сходит, а уж с такой наследственностью и подавно.

Лорка же была на седьмом небе от счастья, что в принципе меня удивило. Она-то никогда особо не радовалась моим увлечениям, а тут вдруг такая гордость от того, что она, возможно, является наследницей какого-то мифического служителя Храма. Ну, да ладно. Если она счастлива, то и мне грустить нечего.

– Зосим, а вам про эту тропинку ваш предшественник рассказал? – спросила я, неустанно глядя себе под ноги. Просто в самом начале пути, я так засмотрелась на зеленое великолепие окружавшего нас леса, что Тишке пришлось дважды меня ловить, причем один раз я, пытаясь сохранить равновесие, чисто случайно, дала ему пощечину.

– Да, он. Вот только объяснить не успел. Он сказал, что эта тропинка приведет меня в рай. А надо признаться, что он очень жаловал землянику, которая растет на этой поляне, соответственно и эта поляна была для него просто райским местом. Так что я так и не понял, то ли он мне указал на тот путь, что в вашей книге говориться, то ли просто поделился тропинкой к месту, где растет очень вкусная земляника, – пожал плечами Зосим. Он шел впереди нашего отряда, за ним шла моя сестра и уже в хвосте мы с Тишкой.

– М-да, веселый видимо дядька был, – хмыкнула Лорка.

– Вы даже не представляете насколько! – добавил Тишка.

– А ты что его знал? – удивилась я и ровно на секунду отвлеклась от дороги. К счастью, Тишка был начеку и успел подхватить меня прежде чем я, поскользнувшись, начала падать. Так, ну его этот лес с его красотами. Смотрю исключительно себе под ноги.

– Нет. Лично, конечно, не знал, но я читал его дневники, – проговорил Тишка, – надо признаться, что после их прочтения, я и начал подозревать о семейных проблемах с психикой, – тихо усмехнулся он мне на ухо.

– Что ты там сказал? – удивленно спросил Зосим.

– Я сказал, что читал его дневники, – чуть повысив голос, повторил Тишка, пряча улыбку.

– Ну, и что интересного ты там вычитал? – это уже Лорка спросила.

– М-мм, ну я думаю, про его подвиги вам будет не очень интересно, – протянул он и предупредительно схватил меня за локоть, указывая на корягу посреди тропинки.

– Что за подвиги? – уточнила я, осторожно переступая через нее.

– Личного характера. А так, по большому счету там ничего другого и не было. Пара строчек про этот дом и очень много воды про великое предназначение нашей семьи! – скептично фыркнул Тишка.

– Ты так во все это и не веришь? – тихо спросила я.

– Сложно вот так сразу поверить, когда столько лет сопротивлялся этому, – пожал плечами Тишка.

Через пару минут мы вышли на довольно большую поляну. Она не была какой-то определенной формы и вообще походила на воздушный шар. С одной стороны поляны действительно росла земляника, Лорка с Зосимом сразу же туда отправились, а я засмотрелась на огромные дубы с другой стороны поляны. Больше всего меня заинтересовало то, что больше дубов вокруг этой поляны не было.

– А земляника тут и, правда, вкусная! Попробуй! – Лора подошла ко мне со жменей ароматной земляники, я не стала ей отказываться и попробовала. Действительно, очень вкусно, вот только дальше-то что делать?

– Что-то я не наблюдаю здесь ни ворот, ни табличек с указателями, – скептично хмыкнул Тишка, стоя в центре поляны.

– Веры в тебе нет! – с укором произнес Зосим, продолжая собирать землянику. Интересно, а какую веру он имел в виду?

– Хм, а здесь земляники нет, и трава не растет… – удивленно протянула Лорка, стоя около дубов. Я тут же подошла к ней и с удивлением обнаружила, что буквально вся растительность отсутствуем на узком прямоугольнике земли.

– Такое ощущение, что здесь что-то стояло, – задумчиво проговорила я.

– Или стоит, – веско добавила Лора.

– Думаешь, это здесь? – уточнила я, кивая на проплешину.

– Девчонки, что вы там застряли? – с другого края поляны, крикнул Тишка.

– Да мы тут аномалию заметили. Иди сюда! – крикнула Лора.

– Я и не знала, что ты такими словами пользуешься, – с легким восхищением, проговорила я.

– Я еще и не такие слова знаю! – самодовольно хмыкнула Лора.

– Ну, что вы тут обнаружили? – скептично поинтересовался Тишка.

– Да вот смотри. Случайно, не подскажешь, почему здесь ничего не растет? – скрещивая руки на груди, поинтересовалась Лора. Тишка хмыкнул, присел рядом с этой прогалиной и пару минут щупал, нюхал и перетирал землю с этой прогалины, – Ну, че скажешь, следопыт?

– Ничего, – хмуро проговорил Тишка, вставая. Я подошла ближе и положила руку ему на плечо. Тяжело ему смириться со всем этим. Даже я порой с трудом осознаю реальность происходящего, что тогда говорить про человека, которую всю сознательную жизнь твердо верил, что все это невозможно и даже искал признаки психического заболевания у тех, кто в это верил. Тишка обернулся ко мне, я ободряюще улыбнулась.

– Думаешь, я зря не верил? – тихо, но серьезно спросил он.