Ее темные рыцари - Лана Ежова

Вампир уронил с лопатки отбивную на пол. Руслан, бедняга, закашлялся, чем-то подавившись. Не ожидали, что я помню? Или мой оскал впечатлил?

– Герда, ситуация была такова, что… – начал осторожно Лазарус, подбирая слова, но я его перебила:

– Я так понимаю, что прыжки по крышам вычерпали всю силу Гласа? И понадобилась срочная подзарядка? Спасибо, что спасли мне жизнь.

Краем глаза заметила, что напряженные плечи Руслана расслабились. Невозмутимое лицо Лазаруса также выражало облегчение. Решили, что пронесло, мальчики? Не совсем.

– Только не вливайте в меня больше кровь, хорошо? По моральным причинам я не ем ни гематоген, ни кровяную колбасу. И не вздумайте кормить сырым мясом – суши, карпаччо и тартар меня тоже не привлекают. И от сладкого меня в последнее время воротит.

Закончив монолог, испытала гордость за то, что сумела высказаться. А когда вампир, выключив под сковородой газ, присел за стол напротив, почувствовала, как смелость меня покидает.

Опустив подбородок на сцепленные домиком руки и устало глядя мне в глаза, Лазарус тихо произнес:

– Кровь, сырое мясо и глюкоза – три источника из четырех возможных, откуда Глас может черпать энергию. Ты от них отказываешься? Тем самым давая понять, что согласна на последний?

– По словам куратора, перечисленное тобой – всего лишь временная мера. Этим нельзя пользоваться постоянно. И прошлой ночью кровь не помогла, ведь так?

Затаившийся было Руслан отмер, кивком подтверждая мое предположение.

– Поэтому я согласна на подзарядку напрямую от вас. Но, – сделала паузу, – я не переменила решения и не собираюсь становиться Гласом через четыре месяца. Поэтому будьте джентльменами, не распускайте рук.

Выйдя из-за стола, думаю, добила своих рыцарей угрозой:

– А кто решит поиграть в рокового соблазнителя, будет спать на коврике.

Развернулась и направилась к себе. На полпути поняла, что поступаю как свинья. Поэтому, вернувшись на кухню, с улыбкой произнесла:

– Лазарус, спасибо, было очень вкусно.

Закрывшись в спальне, дрожащей рукой включила компьютер. И пока он загружался, прокручивала в памяти разговор, размышляя, правильно ли поступила, выдав свою осведомленность. В общем, я рефлексировала.

С детства читаю быстро, поэтому позавчера за один присест успела просмотреть почти все письма куратора. А их за два месяца пришло немало – Альбина добросовестно относилась к своим обязанностям и писала обо всем, что казалось ей важным. Особенно серьезно она подошла к теме способностей Гласа.

Регенерация, скорость, выносливость и физическая сила – все дается нам на определенное время, «взаймы». В свою очередь Глас тоже изменяет рыцарей, делая их лучше. Поэтому в первое столетие после создания ритуала через него принудительно проводили полуночников-преступников – мол, невинная дева усмирит жестокие натуры. Неудивительно, что в то время Гласы умирали, как мухи от дихлофоса. Попробуй выживи с вампирами-маньяками и оборотнями-каннибалами.

К слову, и без специальных ритуалов люди каждый день энергетически взаимодействуют друг с другом. Это может быть как равноценный обмен, так и энергетический вампиризм. Поговорив с одними, заряжаемся позитивом и жаждой действовать, общение с другими портит нам настроение, порой вызывая серьезный упадок сил и нежелание жить. Но все это происходит незаметно, редко кто уделяет этому естественному процессу пристальное внимание. Тогда как в случаях с Гласами энергетический обмен имеет явное подтверждение в виде сверхчеловеческих способностей.

Признаюсь, я расстроилась, что фактически являюсь «пиявкой», паразитирующей на парнях. С другой стороны, становясь рыцарями, Лазарус с Русланом знали, что ритуал делал их «батарейками». Чтобы Глас оставался в тонусе и в любой момент мог воспользоваться суперспособностями, его помощники всегда обретались рядом с ним. И чем плотней был физический контакт, тем быстрей происходила подпитка… А что может быть тесней близости между мужчиной и женщиной? М-да, все-таки маги, авторы ритуала, еще те распутники…

От воспоминаний, как парни обнимали меня с двух сторон, согревая и делясь силой, бросило в жар. Так, что-то мысли пошли не в ту сторону. Схватив со стола бабушкин травник, воспользовалась им в качестве веера. Уф, полегчало…

Из тетрадки выглянул краешек шартрезовой бумажки. Хм, памятный цвет. Раскрыв сборник рецептов, убедилась: действительно, закладкой послужил пригласительный билет на провальный вечер поэтессы-алкоголички. Женщина сама придумала дизайн флаеров и настаивала именно на ядреном оттенке зеленого, который якобы выбирают гении. Я перевела взгляд на страницы, между которыми лежал пригласительный. О! Как говорили предки, на ловца и зверь бежит. Рецепт настоя для похудения и чая для лечения дистрофии. Странно, карандашом обведен второй сбор. И сделала это, по всей видимости, я – бабушка считала, что черкать в книгах, пускай и рукописных, дурной тон.

Прочитала оба рецепта. Подумала. И перечитала еще раз.

Как говорил герой одного советского мультика, ничего не понимаю. За десять лет вкус бабушкиного чая для похудения закрепился в моей памяти намертво. Хочешь не хочешь, а забыть горечь полыни не сможешь. В первом рецепте этой травы не было, зато во втором… Да еще приписка, что для лечения дистрофии и анорексии полынь в умеренных дозах незаменима и творит чудеса, разжигая в больном зверский аппетит, и он «пухнет» как на дрожжах. Что-то мне это напоминает, м-да…

Я перелистала всю тетрадь в поисках другого сбора от лишних кило, такого, в состав которого входила бы полынь. И ничего не нашла. Я даже тетрадку встряхнула. Из нее выпал альбомный лист, сложенный пополам. Бабушкиным почерком на нем стояло одно слово – «Герде». Трепеща, я развернула его и… и ничего не увидела. Абсолютно. На белоснежном поле ни единой строчки, ни малюсенькой буковки. Это розыгрыш? Или бабушка не успела ничего написать? А может, послание написано невидимыми чернилами? Улыбнулась, вспомнив, как в детстве с Тимуром посылали друг другу записки, написанные лимонным соком или молоком.

Подойдя к окну, рассмотрела лист на свету. Ничего. Идти на кухню за свечой не хотелось, а придется, если хочу проверить версию домашних симпатических чернил. Тяжко вздохнула, поняв, что доведется продолжить разговор с витязями. Вверху листа на миг проступили буквы: «Герда, солнышко мое…» Я подула на бумагу уже специально – и на белом фоне запрыгали черные буквы. Ого! Магические чернила? Интересно, письмо проявляется только от моего дыхания или без разницы, кто на него дует? Зачем подобные сложности? И что было бы, если бы я не начала вздыхать над ним? Впрочем, бабушке была известна моя дотошность, поэтому письмо в любом случае я бы прочитала. Легонько дуя на бумагу, я вскоре узнала то, что должна была услышать с глазу на глаз, если бы моей родственнице хватило смелости.

«Герда, солнышко мое ясное!

Если читаешь эти строки, значит, ты искала рецепт сбора для снижения веса, тогда как я ушла вслед за моим Игнатом. Боюсь, ты обозлишься, когда узнаешь всю правду, и решишь, что я тебя бросила разбираться с чужими проблемами. Что ж, внучка, так и есть. Прости старую эгоистку. Надеюсь, когда-нибудь, полюбив столь сильно, как я, ты меня поймешь и простишь. Жить без половинки души невозможно, и я ухожу вслед за супругом, в надежде, что там мы снова будем вместе.