Человек из прошлого - Максим Резниченко

– Буря через две минуты! – резко бросил Саймон. – Нет, мы не успеваем уйти от нее. Придется встречать на дороге.

– Съезжай, – ответила ему девушка напряжено.

– Уже.

Сквозь узкое лобовое стекло было видно, как наш экипаж замедлил ход и сполз на обочину.

– Одна минута! – это уже Софи. Она перебралась на свободное переднее сиденье и теперь что-то набивала на клавиатуре под одним из мониторов.

– Остановка! – отчитался парень.

– Садимся, – ответила ему девушка.

– Тридцать секунд.

– Есть посадка, – Саймон жал какие-то кнопки на приборной панели.

– Заземление?

– Да, отстрелил еще при посадке.

– Сколько?

– Четыре штуки.

– Нормально. Это даже больше, чем нужно.

Они продолжали что-то нажимать и переключать.

– Отключение.

– Отключение, – подтвердил Саймон. – Десять секунд.

– Успеваем, – и одновременно со словами девушки погасли мониторы на панели, кнопки, переключатели, какие-то показатели, датчики, свет в салоне – все. В наступившей тишине слышалось только напряженное дыхание сидящих впереди ребят. А я краем сознания отметил, что машина была все-таки не совсем уж бесшумной. После отключения питания это стало очевидным – исчез едва заметный гул.

– Ноль секунд, – произнесла Софи, но ничего не произошло.

Света, попадавшего внутрь через узкое ветровое стекло, было явно недостаточно, чтобы развеять полумрак внутри экипажа. Напряжение ребят передалось и мне. Признаться, я думал, что мы попадем в песчаную бурю или же случится гроза с дождем, громом и молниями. Иначе для чего еще нужно заземление, если не для отвода электрических разрядов в землю? Однако видимых изменений погоды я пока не наблюдал.

– Минус десять секунд, – промолвил Саймон.

– Нормально, – ответила ему Софи. – Сейчас начнется… А это что такое? Идиот!

По дороге, с той стороны, куда мы держали путь, неслась машина кислотно-зеленого цвета. Приблизившись к нам, она стремительно сбросила скорость, а из ее крыши вдруг вылетели какие-то предметы. Еще в воздухе они разложились в некие металлические конструкции, и когда те упали на землю, то уже представляли из себя своеобразные ежи из трех игл, каждая из которых достигала в длину, по моим оценкам, около десяти метров. Я успел насчитать их семь штук, но только пять из них разложились полностью и встали, как надо – устремив вверх металлические иглы громоотводов.

– Идиот! – снова прокричала Софи. – Что ты делаешь?! Глуши двигатель!

Необычного цвета машина буквально упала на землю, полностью не остановившись, и подняла в воздух тучу пыли. А в следующую секунду жгут ослепительного белого пламени ударил в нее.

– Глаза! – прокричал Саймон, но опоздал с предупреждением.

Как следствие, вспышка меня ослепила, вызвав в глазах разноцветные звездочки. Я зажмурился, пока зрение вновь ко мне не вернулось. А парень громко и очень эмоционально непечатно выругался.

– Тишина! – громким шепотом яростно зашипела на него Софи, и Саймон умолк.

Все еще лишенный зрения, я услышал, как с громким сухим треском рядом с нашей машиной ударили новые разряды. А я и не понял сначала, почему наш экипаж вдруг начал дергаться и вздрагивать. Или молнии били не рядом? Какая разница, все равно меня охватило неприятное чувство собственной уязвимости. Однако мне это светопреставление что-то определенно напомнило. Совсем недавно, буквально прошлой ночью, я использовал тот же прием с молниями, когда уничтожал небесную рать летающих монстров. Хотя ничем, кроме частоты разрядов, это электрическое безумие не походило на мою работу.

Я так и сидел с закрытыми глазами, а когда разноцветные искры перестали гореть под моими закрытыми веками, то рискнул их открыть. Корпус машины продолжал содрогаться от близких попаданий в землю мощный электрических разрядов. Салон освещался, как от электросварки: ярко и почти непрерывно. Посмотрел вниз, на свои ноги, не рискнув поднять глаза.