Аликс и монеты - Александр Андерсон

Подойдя вплотную к двери, девочка потянула на себя круглую ручку, затем сделала шаг за приделы этого, еще не ставшего родным или хотя бы знакомым, мира и вошла в совсем другой. Дверь чуть затворилась за ее спиной, но не закрылась полностью.

Глава 9

Слепые дети и девочка без головы

В приключениях все такое мрачное... и немного пугающее.

Вы боитесь лабиринтов? Нет? А если там кто-то есть?

И смотрит на вас…

Аликс вздохнула.

За дверью, прямо перед ее носом стояла стена. Направо и налево уходили длинные кирпичные коридоры, поросшие мхом и лишайником, но девочка отчетливо видела, что стена эта из черного кирпича.

Никаких перекрытий над стенами не было, но высота их не позволяла лучам солнца коснуться лица Аликс.

Девочка приложила ладонь к одному из кирпичей, и тот вдруг отозвался мелодичным перезвоном и засветился. Сначала ярко, а затем чуть потускнел, но это не было так удивительно, как надпись, медленно проступившая поверх света алыми буквами.

«Путь осилит идущий», - гласила она.

Через мгновение надпись растворилась, вновь став черным кирпичом. Аликс дотронулась до соседнего, и тот тоже коротко дзинькнул и вспыхнул, но уже совсем другой истиной:

«Иногда и слепой может быть поводырем зрячих».

А затем она нажала на следующий, и еще на один. Каждый кирпичик выдавал свою истину. Иногда, дотрагиваясь до одного и того же, Аликс видела разные надписи.

Она двинулась направо и вышла к развилке, а повернув там, встретила перекресток. Пару раз зашла в тупик, но с помощью ленточки из платков легко возвращалась назад и поворачивала в другую сторону.

Этот лабиринт был похож на все те, что Аликс на раз щелкала в книге головоломок, но одно дело, когда ты смотришь сверху и ведешь пером с чернилами, просчитывая наперед ложные повороты, и совсем другое - когда ты сам эта точка, движимая слепой интуицией.

«Если все время поворачивать направо, то рано или поздно ты приходишь к выходу. Единственное, что может помешать, это бесконечность самого лабиринта. Выходит, стоит бояться не потеряться, а умереть от старости. Время так значимо в лабиринтах…» - размышляла Аликс, но шла не по правилам, а искала выход наугад.

«Мастеру Загадок определенно понравилось бы здесь», - подумалось девочке.

Когда ей становилось скучно, она нажимала на кирпичики и получала новые порции знаний, афоризмов и фактов.

«Всегда бежать за поездом - удел мечтателей. Они не ждут подходящий по расписанию».

«Спешка - враг разума, принимать решения нужно после чая, взвешенно и бесстрастно».

«Оторвавшись от земли подобно птице, человек упадет. Он не привык летать».

«Если бы я могла превращаться в птицу, то взлетела бы высоко, это ведь так просто… Почему не может быть просто?» - вздохнула Аликс, споткнулась о какой-то предмет и упала на землю, больно ударившись коленками. Из карманов выпали монетки и черный платок, подаренный Тенью.

Аликс быстро собрала все обратно, потерла ушибы, и только после этого поняла, что споткнулась о маленькую книжку без обложки. Та к удивлению поскуливала.

Даже скорпион, до этого мирно спавший в кармашке, вдруг высунулся, чтобы посмотреть, что происходит, но убедившись, что его это не касается, вновь свернулся клубочком и уснул на дне кармана.

Девочка осторожно подняла скулящую книгу, ей хотелось пожалеть ее и извиниться. Ведь наступила она на нее не специально, и даже не со зла, а по нечаянности. Книга сначала заскулила еще больше, но затем успокоилась и завиляла закладкой, словно хвостом.

Аликс улыбнулась.

- Можно я тебя открою?

Книжка замерла и сама перевернулась в ладонях корешком вниз.

Девочка открыла первую страницу и увидела подпись. Из-за того, что книжка размокла, подпись оказалась чуть размытой, но эта закорючка почему-то показалась Аликс забавной и смутно знакомой.

Она попыталась перевернуть страницу, но листы оказались склеены. Тогда Аликс осторожно, боясь сделать книжке больно, поддела страницу ногтем, и та поддалась. С трудом отклеилась, обнажая запись от руки: «Дневник Маргарет», а ниже - «Мой путь в Междустенье».

Дальше было неразборчивое вступление, почти совсем размытое, но кое-где выделялись предложения, которые девочка прочитала без особых потерь в словах: «…не решусь делать выводы так скоро...», «…побывав всего за несколькими дверьми, могу лишь сказать, что они тоже часть…», неразборчиво, затем еще предложение: «…нельзя называть имя. Теперь я Салли Хилл…», «…никому больше не назову своего истинного имени, потому что…», размыто. Аликс попыталась открыть следующую страницу, но книжка пискнула и, вырвавшись из рук, упала на землю.

- Кто здесь? – раздалось за спиной.

Аликс подпрыгнула, обернулась и увидела маленького мальчика. Он был босиком, одет в обноски, а на глаза ему кто-то натянул кусок тряпки. Девочка аккуратно подняла книжку и только потом сказала:

- Я…

- Кто - я? Ой, кто ты?

Аликс посмотрела на книжку, чуть пискнувшую у нее в руках, затем на мальчика, вспомнила слова Шута и прочитанные слова Маргарет. Локтем она случайно дотронулась до холодного кирпича, и на нем появилась надпись:

«Говорите только правду, умрите с чистой совестью».

- Меня зовут Салли Хилл, - после недолгих колебаний сказала Аликс.

Мальчик, опираясь одной рукой на стену, стал медленно приближаться к ней; кирпичи один за другим послушно загорались и звенели от его прикосновений, будто он нажимал клавиши огромного сказочного рояля.

Подойдя ближе, мальчик улыбнулся и протянул руку.

- Джони. Джони Остронюх, - представился он. - Я почуял тебя за много поворотов и хотел первым привести в дом.

- В дом? В какой дом?

- В наш, там очень много детей. - Джони потряс рукой в воздухе и только после этого Аликс ее пожала. - Пойдем скорее, все ребята очень ждут тебя, Салли Хилл.

- Ждут меня? – еще больше удивилась девочка. – Но почему?

- У тебя есть глаза, - еще шире заулыбался мальчик. - Нам очень нужны глаза, ты сможешь нам читать, - пояснил он, - я чую, как ты смотришь на меня. Мне так приятно, что ты смотришь на меня, Салли Хилл.

- Джони, неужели у вас там все незрячие? – ахнула Аликс.

- Конечно. Пойдем, пожалуйста, мы тебя так долго ждали, - и Джони потянул ее за руку. - Салли Хилл, какое красивое имя - Салли Хилл, мы будем тебя очень любить, Салли Хилл, ты сможешь читать нам сказки.

Мальчик провел ее через несколько хитрых поворотов, куда Аликс и не подумала бы повернуть, а затем они вышли к четырем длинным стенам, образовавшим почти идеальный квадрат, в котором обрывалось множество ходов из разных частей лабиринта.