Девятый талисман - Лоуренс Уотт-Эванс

— Я… Могу я говорить откровенно, Артил?

Лорд-Чародей, откинувшись на стуле, махнул рукой:

— Да конечно, говори все!

— На первый взгляд, твои планы кажутся чудесными, но хоть я и молод, все же пожил достаточно, немало поездил и повидал и отлично понимаю, что далеко не всегда вещи оказываются такими, какими кажутся на первый взгляд. Я не готов вскочить и громко объявить, что твои замыслы — задел для великого будущего. Так что я подожду высказывать свое мнение, пока не увижу больше.

— Честные слова, — снова широко взмахнул рукой Лорд-Чародей. — Ты только дай мне шанс, и увидишь, что я руководствуюсь лишь благими намерениями и готов изменить все, что приносит больше вреда, чем пользы. — Повернувшись, он указал на очередное принесенное блюдо, на котором лежал десяток жутких мертвых паукообразных тварей: — Попробуй-ка вот это. Это называется крабы. Они водятся в мелководных морях возле Северных Болот. Я специально в первую очередь проложил дорогу до Северных Болот, чтобы их могли поставлять сюда и мне не приходилось бы летать туда всякий раз, когда захочется отведать крабового мяса. Леррами воздуха управлять труднее всего, и часто летать даже самому сильному чародею не так-то просто.

— Крабы? — вытаращился Меч.

— Да-да, крабы. Вскрываешь панцирь и высасываешь мясо и сок. На побережье и Западных Островах они считаются деликатесом. Но пока не проложили дороги, их было невозможно доставить в глубь страны. Они не хранятся долго, и приходится их везти живыми в бочках с морской водой, а затем уже варить. Такое было невозможно, пока не построили дороги и фургоны. Правда, попробуй. Объедение!

Меч поглядел на мерзких тварей и содрогнулся.

— Нет, спасибо.

— Как хочешь. — Лорд-Чародей был явно разочарован. Он с хрустом оторвал ногу одной из тварей, вскрыл руками и, как и говорил, с явным удовольствием высосал мясо.

Меч отхлебнул пива, вытер губы и сказал:

— И еще одно.

— Что же?

— Я хочу поговорить с тобой частным образом. А потом с Фарашем и Всезнайкой. По очереди. Есть вещи, которые мне неловко обсуждать при всех. — Меч обвел рукой стол, за которым, помимо Лорда-Чародея, двух его советников и самого Меча, сидели еще пара дюжин секретарей, служащих и придворных, затем охватил еще и стражников в дверях и прислуживающих за столом служанок.

— Ну и насколько «частным» тебя устроит?

— Я имею в виду — наедине с каждым из вас. Без охраны, без слуг, и ты дашь слово, что не станешь использовать магию или какие-либо приспособления, которыми ты нашпиговал этот дворец, чтобы подслушать, о чем я говорю с другими.

Лорд-Чародей, немного подумав, подозвал одного из стражников.

— Воин, это Азал ори Таф, капитан моей гвардии, — сказал он, когда стражник приблизился к столу.

Меч кивком приветствовал капитана.

— Капитан, ты слышал, что он сказал?

— Конечно.

— И что думаешь?

Капитан окинул Меча оценивающим взглядом:

— Если он разденется догола и пойдет на встречу с тобой в той одежде, что мы ему дадим, и в то место, что мы укажем — где точно будем знать, что не припрятано никакого оружия, — и если ты будешь вооружен, то я считаю, что риска особого не будет.

— А моего слова, что я его не трону, недостаточно? — спросил Меч.

— Нет. Не тогда, когда жизнь моего господина под угрозой.

— Я не собираюсь делать ему ничего дурного.

— Ну, значит, тогда не станешь возражать и против выставленных условий.

— Ладно, принимаю, — вздохнул Меч. — Просто я считаю, что это лишнее. В конце концов, ты уж точно не заставляешь всех и каждого, кто приближается к Лорду-Чародею, следовать таким правилам.

— Ты не «каждый», — указал капитан. — Ты один из Избранных.

— Я и впрямь один из Избранных, — кивнул Меч. — Что ж, так тому и быть. Значит, после ужина?

— О времени договоримся, — сказал Лорд-Чародей. — Еще пива?