Охота - Роман Глушков

– Мы допустили непростительную ошибку, дама и прочие господа! – с досадой был вынужден признать я. Но, посмотрев в глаза соратников, все же уточнил: – Вернее, это я ошибся, начав поиски в неправильном месте. И тем не менее никто из вас меня не образумил. Из чего следует, что либо вы за три года отпуска потеряли форму, либо по какой-то причине стали бояться критиковать своего босса, когда он на ваших глазах совершает глупости. В любом случае, я вами крайне недоволен. А посему по традиции предлагаю каждому самому выбрать себе наказание. Начнем по старшинству… Бледный! – Давайте список – мы с Захабом идем за покупками, – вызвался майор. – Конечно, я могу сходить и один, если на то пошло. Просто вдвоем сподручнее. К тому же, сами знаете: продавцы в Дубае стали слишком нервными. Чуть что, сразу за ружья хватаются. Поэтому должен же кто-то, в случае чего, помочь мне зарыть несколько трупов?

– Не возражаю, – ответил я, но предостерег: – Только без резни и трупов! Нам еще черт знает сколько в Лагунах торчать. Не хватало, чтобы из-за ваших трупов все здешние продавцы выбежали на улицы и начали искать, кого бы им пристрелить в отместку… Так, кто там следующий? Крупье!

– Пелядь и простипома! Полковник, но ведь я и так уже наказан! – запротестовал капитан.

– Каким образом? – удивился я.

– А разве не мне поручено заниматься бестолковой работой и искать отпечатки пальцев Безликого на наших трофеях?

– Твоя правда, – нехотя признал я. – Извини, запамятовал… Ну, и как успехи?

– На минах пусто, – доложил Крупье. – Железные приманки, под какими они лежали, еще не проверял, но постараюсь за час управиться.

– Да-да, ты уж будь добр, постарайся. Если обнаружишь хоть один четкий отпечаток, думаю, шейх нам за него тоже хорошо заплатит… – Я оглядел оставшихся и остановил взор на Гробике.

– Если отпустите прогуляться по округе, обещаю, что не вернусь, пока не принесу вам голову Безликого, – без обиняков заявил он. – Или, на худой конец, еще чью-нибудь, если сюда опять мародеры нагрянут.

– Не отпущу, и не мечтай. Знаю, как ты обожаешь отрывать чужие головы, поэтому пойдешь заниматься самой мирной и скучной работой: минировать подступы к базе. Спасибо Безликому за то, что он нам целую гору взрывчатки оставил. Вот пусть она теперь благому делу послужит – не выбрасывать же ее в конце концов… Сквозняк!

– Мы с Зельмой ныряем, – отозвался неудачливый охотник на Безликого, обменявшись взглядами со своей пассией. – Да и что нам еще остается?

– Действительно, кому, как не вам это поручить, – согласился я. Кто еще из нас весь последний год на Кокосовых островах загорал? Правильно мыслишь, старлей: назвался дайвером – ныряй куда прикажут… Ну вот, а теперь, когда все при делах…

– Энтшульдиген зи мир, битте, герр оберст, – перебила меня фройляйн Дорф. – Вы сказать, что сами ошибиться. Но не сказать, как вы за это себя наказать!

– А вы говорили, что вас здесь никто не критикует! – усмехнулся Бледный, указав на Зельму. – Даже я столько критики в ваш адрес себе не позволяю, сколько эта дамочка с «кольтом» в бюстгальтере.

– Что ж, вопрос понятен, – кивнул я. – Отвечаю, записывайте. Герру оберсту наказывать самого себя не позволяет субординация. Ибо, где это видано, чтобы полковник наказывал полковника, да еще в присутствии младших по званию офицеров?.. Еще вопросы есть?.. Нет? Тогда разбирайте оружие и – за работу!..

Мародеры, что объявились этим утром в Лагунах и хотели «познакомиться» с Зельмой, стали нашей первой и, увы, не последней сегодняшней неудачей.

Вскоре на звуки выстрелов подоспели приятели несостоявшихся насильников, и прикрывающим мнимую «арабку» Сквозняку и Гробику тоже пришлось ввязываться в драку. Оценив обстановку, Сквозняк решил занять выгодную позицию. И вскарабкался на верхний этаж здания, что стояло на южном конце набережной. Стреляя оттуда, он не только отвлек мародеров от загнанной под скамейку Зельмы, но и перебил их одного за другим, даже без помощи Гробика.

О Кальтере опекуны фройляйн Дорф в тот момент не думали. Как выяснилось, зря. Сопровождая ее, Сквозняк то и дело влезал на крыши зданий, где высматривал вероятные позиции Безликого. Или хотя бы следы его присутствия в Лагунах. Само собой, тщетно, но попытаться все равно стоило – просто, чтобы отметить все эти места на карте. Прикончив последнего мародера и убедившись, что Зельма в порядке, старлей решил попутно проверить крышу и этого дома…

… И практически столкнулся с Кальтером нос к носу!

Конечно, это мог быть и не он, но все признаки указывали именно на него. Быстрота и четкость, с какими он попытался прикончить Сквозняка, были просто невероятными. Если бы наш верхолаз задержался на крыше, через пару секунд он был бы мертв. К счастью для него, он успел подать сигнал Гробику и удрал обратно внутрь здания прежде, чем его разорвала бы хитро брошенная граната.

Впрочем, Безликий тоже счел Сквозняка серьезной угрозой и поспешил убраться из здания. Верхолазное устройство, каким он воспользовался, было нам незнакомо. По крайней мере, в том виде, как его описал Гробик, ставший свидетелем скоростного спуска Кальтера с крыши. У капитана тоже не возникло сомнений в том, что он видит самого Безликого. Поэтому он без колебаний вскинул «милку» и шарахнул по противнику гранатами.

Но они не остановили Кальтера. Дальнейшая охота, которую Гробик и Сквозняк повели на поднятого с «лежбища» хищника, ни к чему не привела. Беглец устроил отвлекающий фейерверк, взорвав зажигательную мину, и пока мои люди соображали, в какую сторону он побежал, его и след простыл.

Убедившись, что легенды о Безликом не лгут, мы стали вдвойне осторожными. И немедля собрались в условленном месте, чтобы подбить итоги. Допросить мародера с простреленным коленом не выгорело. Во время перестрелки он дополз-таки до своего выроненного автомата, и Зельме пришлось его пристрелить. Но имелись и хорошие новости. До того как фройляйн взялась за оружие, ей удалось обнаружить в Лагунах достаточно металлических объектов, схожих с пакалями. И потому, несмотря на неприятности, у нас все же появилась цель, причем не одна.

Впрочем, радоваться пришлось недолго. Скоро в дело опять вмешался Его Величество Случай, который, увы, перестал нам благоволить.