Кольцо ненависти - Кит Р. А. Де Кандидо

Но не успел он сделать и нескольких шагов, как солнце скрылось за тучами и запахло дождем. Мордоворот терпеть не мог сырость и счел изменение погоды за дурной знак. И точно, ближе к концу пирса громко пререкались орк и человек. Слишком громко. Такие бурные выяснения отношений часто заканчиваются дракой с кровопролитием.

Ускорив шаги, охранник заметил, что корабли спорщиков стоят на якорях борт к борту. Приглядевшись, он узнал орка — это же старина Клатт, капитан торгового судна «Ракнор». Он часто привозил дары садов и огородов, выращенные неподалеку от Колючего холма. Имени человека Мордоворот не помнил, но узнал капитана рыболовецкой фелуки под странным названием «Расплата за страсть». Просто удивительно, откуда люди берут подобные названия? Взять, к примеру, Клатта. Он назвал корабль в честь брата, погибшего на войне с Пылающим Легионом. А «Расплата за страсть» — название непонятное и очень мало подходящее для корыта рыбаков.

Словесные перепалки возникали и прекращались на причале ежедневно. Вырастить урожай в Пылевых топях, где жили люди, представляло нелегкую задачу, зато в море так и гуляли косяки рыбы. Ну а Колючий холм стоял в глубине суши, где особо не порыбачишь. Так что орки продавали излишек урожая людям, а те старались выгодно обменять его на излишки даров моря. И частенько спорили из-за цены.

— Как я могу обменять моего замечательного лосося на эти отбросы?!

Мордоворот вздохнул. Все-таки нынешний день добром не кончится.

— Отбросы?! — Клатт гневно топнул, — Ах ты, мерзавец! Это наши лучшие плоды!

— Значит, ваши крестьяне — полные неумехи! — не сдавался рыбак, — Они выглядят так, будто по ним топтался огр. Да и воняют не лучше!

— Я не собираюсь выслушивать оскорбления от человечишки!

Человек вытянулся в струнку, даже на цыпочках едва доставая орку до плеча.

— Это ты меня оскорбляешь! Я привез чудесную рыбу, а что вижу взамен? Дырку от бублика?!

— Да твой лосось не сгодится даже на удобрения для огорода!

Слишком поздно Мордоворот заметил, что человек вооружен длинным тесаком или мечом, а огромный Клатт безоружен. Это уравнивало силы спорщиков, и человек мог полезть в драку.

— Твои овощи даже собаки есть не станут!

— Трус!

Мордоворот вздрогнул, услышав оскорбление, брошенное Клаттом. Орки называли кого-либо трусом, только желая смертельно обидеть.

— Ах ты, мерзкий зеленокожий! — взвился человек. — Да я тебя!..

Что там собирался сделать рыбак, осталось неизвестным, ибо в этот миг Клатт зарычал и набросился на противника с кулаками. Выхватить меч человек не успел. Удары могучих кулаков обрушились на него, словно ураган, и повергли наземь. Рыбак вцепился в орка, и драчуны покатились по грязным бревнам пристани.

Трое охранников в пластинчатых доспехах из числа солдат леди Праудмур перепрыгнули борт «Расплаты за страсть» и оторвали Клатта от своего капитана.

Однако, чтобы остановить орка, их силенок оказалось маловато. Одного он ударил кулаком в живот, а второго сграбастал в охапку и толкнул на третьего. От «Ракнора» уже бежали орки, стремясь поучаствовать в свалке. Мордоворот понял, что пора вмешаться, а то будет поздно. Отчаянно надеясь, что ему не придется пускать оружие в ход, он покрепче сжал приклад самострела и заорал, напуская грозный вид:

— Всем стоять! Разойтись, а не то сейчас у меня попляшете!

Намеревавшийся снова броситься на рыбака Клатт зарычал, но застыл на месте. Его жертва, размазывая кровь по лицу, возмущенно ответила:

— Он первым на меня напал!

Голос человека звучал гнусаво. Скорее всего, из-за сломанного носа.

— Ты бы за языком следил! — набычился орк.

— Слова — не повод убивать человека!

— Я сказал — стоять! — Мордоворот не дал вновь разгореться перепалке. — Вы оба арестованы. И мне без разницы, целиком вы пойдете в тюрьму или по частям!

Он искоса глянул на орков и людей.

— Эта земля принадлежит гоблинам! Значит, приказы здесь отдаю я! У вас, парни, есть два выхода: или помочь мне отвести этих двоих в каталажку, чтобы их спор разобрал судья, или убираться из Кабестана на все четыре стороны. Выбирайте.

Мордоворот старался говорить негромко и уверенно, весомо. Он прекрасно понимал — у него нет ни малейшей надежды остановить людей и орков, если те затеют драку. А если он выстрелит, то в лучшем случае поймает в сетку швартовочный кнехт. Поэтому слова одного из людей принесли ему несказанное облегчение.

— Будь по-твоему.

По всей видимости, оркам тоже не хотелось ссориться с гоблинами Кабестана. Они поспешили присоединиться к солдатам.

— Да, хорошо. Будет как ты скажешь.

Уводя Клатта и избитого рыбака в город, Мордоворот пытался унять бешено стучащее сердце. Эти испытания не для него. Должность охранника причалов уже не казалась привлекательной и спокойной. Может, стоит подыскать другую работенку?

С огромным трудом успокоившись, майор Дэвин прекратил дергать себя за бороду. Ярость яростью, а в последний раз он вырвал несколько клоков, подпортив ухоженную внешность, которой гордился.

Гнев коменданта вызвал доклад капрала Рича, прибывшего в Крепость Северной Стражи из Кабестана.

— Так что, капитана Джока в самом деле арестовали?!

— Сказать по правде, сэр, того орка задержали тоже. Когда они начали драку, вмешался наемник гоблинов.

— И вы позволили им арестовать капитана Джока?

— У меня не было выбора, сэр, — сморгнул Рич, — В Кабестане заправляют гоблины. Мы не можем…

— Да. Наша власть на порт не распространяется, — Дэвин поднялся и принялся расхаживать по кабинету. — Бред какой-то. Нельзя допускать подобных унижений…

— Сэр, я не понимаю, почему…

— Орки испытывают наше терпение.

Майор подошел к окну.

— Так точно, сэр! — вытянулся капрал, — Овощи и впрямь отвратительны! Слово чести! А потом орк набросился на капитана. Без всякой причины.

Дэвин смотрел на Великое море. Невысокие волны ласкали песчаную косу. Картина почти умиротворяющая. Но старый вояка знал, насколько она обманчива.

— Ситуация становится неуправляемой, — проговорил он. — Если орки не изменят поведения, мы окажемся на грани войны.

— Вряд ли, сэр, — недоверчиво пробормотал Рич.

— И не сомневайся, капрал! Все выйдет, как я сказал. В союзе с тауренами и троллями они сокрушат нас, если… Если мы не подготовимся как следует.

Повернувшись к дверям, комендант позвал:

— Рядовой!

Как всегда, при виде вбежавшего Орейла майору захотелось горько вздохнуть. Сколько этот солдат ни ходил на примерку, камзол всегда сидел на нем, как мешок.