Двери во Тьме - Мария Круз

Федька тоже посмотрел на меня вроде как с удивлением.

– А мы знаем намного больше, – обернулся я уже к нему. – Знаем, что Пашка много знает. Он, может, даже знает, где искать записи Серых.

– И че, мы его поймаем и пытать будем? – усмехнулся Федька. – Знает и знает, нам не скажет.

– Ну это еще как сказать. Приглядеться надо – может, что-то и нароем такое, что ему разговорчивости придаст. Еще… еще у шкипера Боталова жена вроде как осталась, помнишь? Надо бы с ней пообщаться.

– Ага… было такое, – оживился Федька. – Но только что-то сомневаюсь я в том, что она знает что-то. Если бы он ей доверял, то с собой бы взял. А так сам смылся, а жену в городе оставил, вроде как в непонятках.

– Это все же «вроде как», – поправил я его. – А может, так надо было.

– Так он же «ушел» уже, чего надо-то?

– А может, и не ушел, – пожал я плечами. – Там же автографы никто не оставлял. Да и этот, Лошаков у нас есть. По нему тоже бы что-нибудь выяснить неплохо было. И этот, комплект еще водолазный. Вот как думаешь, на кой хрен он им нужен был?

– Не знаю… – Федька даже в затылке почесал, а потом отхлебнул пива. – В порту могли зачем-нибудь, еще там, у пристани, где мы «Ваню-комсомольца» нашли.

– Это понятно, – вмешалась в разговор Настя. – А зачем им нырять было? Я вот слушаю-слушаю, а этого никак понять не могу. Вроде выходит, что у них никаких «подводных дел» не было.

– Это верно, кстати, – согласился я с ней. – «Ушли» они с суши… если ушли… и все у них как-то к суше получается привязанным. Комплект ремонтника – типа если что на винт намотается? – предположил я.

– Вов, блин, что тут намотать-то можно? – фыркнул Федька. – Нет тут в воде ни хрена.

– Ну не знаю… на мелководье винт погнуть в незнакомом месте, и потом его снимать… еще что-то, – взялся я импровизировать.

– Прятать что-то можно, – добавила Настя. – А потом с этим противогазом доставать.

– А ведь вполне, – сразу согласился Федька.

– Вполне, – признал и я. – Записки того же Серых, например. А Лошаков у них, как я думаю, был за мастера. Вот его и того, списали, чтобы не разболтал. Кстати, тогда получается, что не все, кто с Серых работал, «ушли», так? Иначе зачем так старательно концы в воду прятать? Кто-то еще остался.

– Пашка, – ухмыльнулся Федька.

– Да не только, я думаю, не только. Не один Пашка остался, люди остались. Нам поосторожней быть надо, к слову. Если они своих в расход пускали, то о нас, как мне кажется, тоже не сильно задумаются.

Я ожидал, что Настя сейчас возмутится и начнет требовать «все это прекратить», но ничего подобного не случилось. Она лишь кивнула и непроизвольно поправила кобуру с парабеллумом. Все верно, не тот типаж – пилот все же, а не маникюрша, да и вообще у нас ставки слишком высоки, чтобы задний ход давать. Мы с ней хотим отсюда уйти, вдвоем, вот для этого и рискуем.

– Ну пока мы до чего-то реального не добрались, дергаться они не будут, – сказал Федька, поразмыслив. – А вот если найдем что-то…

– Могут и сразу, если до них информация с Фермы доходит, – возразил я. – А я это вполне допускаю. Сам же Серых откуда взялся? Во-во. Кстати, нам бы найти способ эту самую Альбину Скляр проверить… Как это сделать?

– Если от самого начала, то на Ферме инфа должна быть, – сразу сказал Федька. – Милославский же всех новых опрашивает – и ее должен был.

– А ведь точно, – я даже по лбу себя ладонью хлопнул. – Надо… надо как-то Ваньку на это дело растрясти. Или… или в РОПП заглянуть. Кстати, Федь, РОПП вообще режимный?

– Не, не очень, вроде загса. Можно справочку попросить.

– Вот и попросим, – сказал я удовлетворенно, определив следующий шаг. – Наше здоровье.

Оловянные кружки вновь со стуком соприкоснулись боками.

– Кстати, – вдруг замер я, вспомнив, как рассматривал ботинок сгоревшей в костре женщины. – Федь, а ты инициалы на ботинке Скляр помнишь?

– Ну да, «Е. Скляр», – кивнул он и тоже озадачился. – А у нас ведь Алевтина, так?

* * *

Ванька, то есть Иван Зарубин, наш непосредственный начальник, появился с утра сам, привычно уже заехав на «шевролете». Сам он к роскоши владения автотранспортом начал явно привыкать и даже получать от нее удовольствие, потому что Федьке он сегодня места за рулем не уступил и повел машину к порту лично.

– А Степаныч где? – спросил Федька, заметив то, что за механиком мы заезжать не стали.

– Приболел, соплями гремит, – отмахнулся Иван. – Да для него пока все равно толком работы нет, сами разберемся.

– А с чем разбираться будем? – поинтересовался я.

– А с «Ваней-комсомольцем» для начала. Там сейчас обыск пойдет, надо приглядеть. А то им не свое – дай волю, так все переломают. А нам потом чинить.

Мы с Федькой переглянулись, пораженные скоростью роста в Иване всяких частнособственнических и просто жлобских инстинктов. Скоро так и нас догонит, прогресс налицо.

– А на Ферме чего сейчас? – уточнил я на всякий случай.

– Да ничего, все как после прошлого выхода, – махнул рукой Иван. – Милославский в думы погрузился, про нас на какое-то время забудут – до тех пор, пока опять куда-то сгонять не понадобится, куда ворон костей не заносил. Так что пока так… своими делами.

– Вань! – оживился вдруг Федька. – Раз ты у нас теперь кругом не халявщик, а партнер, то не прикроешь на денек?

– В смысле? – не понял Иван.

– В том, что приглядеть за пароходом ты и один пока сможешь, а нам бы с Вовкой сгонять на халтуру на денек. Ты в доле, однозначно.

Почему-то от такого прямого предложения Иван смутился и даже немного покраснел, но потом сказал:

– Можно, наверное. А что за халтура?

– А за машинами, – ответил Федька. – Одну в городе сдадим, а вторую… ее под конкретного покупателя, с очень большой скидкой… но человек очень полезный. Но все равно наживем, тут без вариантов.

– Блин… да на хрена вам рисковать? – чуть подумав, удивился Иван. – Нам и за буксиры премии, и вон свой «Титаник» заимели, чего дергаться?

– Обещали, – пояснил я. – Как раз этому «полезному покупателю» обещали «кюбеля» до холодов пригнать. Иначе нехорошо получится – обидится.

– М-да? – Иван опять призадумался. – Когда собираетесь?

– Да завтра бы и сгоняли с самого ранья, – ответил я. – Сегодня приготовились бы.

– Эх-ха… ладно, – согласился тот. – Сейчас со мной в порт давайте, а потом через часок я вас закину куда скажете.

– Лады! – хлопнул его по плечу Федька.

Окончательное искушение непосредственного начальства свершилось, похоже. До того бескорыстный Иван начал испытывать заметную страсть к наживе. Ну и хорошо, нам проще.