Рогатый папа - Екатерина Лира

Но реальность оказалась куда более шокирующей.

– Когда дети родятся… ты отдашь мне одного из них на воспитание.

Сначала он решил, что ослышался. Но, прокрутив в голове сказанную фразу несколько раз и наконец осознав ее полностью, понял, что старый ублюдок не шутит.

На языке крутились тысячи самых изощрённых ругательств.

– Нет.

– Я предвидел, что ты так ответишь, – засмеялся Игнат. – Ну что ж, если передумаешь, то я пока буду в городе. Звони на этот номер. Договоримся о встрече.

И, не дожидаясь, пока Герман сбросит вызов, отключился первым.

– Все в порядке? – подозрительно спросил Руслан.

– В полном, – прошипел Нагицкий, вставая с кресла. – Позвони, как будут результаты.

Он кивнул на монитор компьютера, а затем встал.

Репетиция у Ирины скоро должна была кончиться, нужно было ее встретить.

Вот только, подъехав к театру и прождав там битых полтора часа, он так и не дождался девушки. Местный консьерж, Федор, должен был проследить за тем, чтобы Ира не покинула работу через черный вход. Тот не позвонил, значит, девушка еще в здании.

Могло ли с ней что-нибудь случиться? Герман побарабанил пальцами по рулю в нетерпении. Она будет не слишком довольна, если встретит ее сам, но, кажется, остальные танцоры уже успели покинуть здание.

С такими мыслями он вышел из машины и, поднявшись по парадным ступенькам, прошел внутрь.

Через парадный вход попасть к узкому коридору, ведущему в репетиционный зал и гримерные комнаты артистов, можно было двумя способами. Первый – непосредственно через сцену, и второй – пройдя в маленькую неприметную дверь под широкой парадной лестницей.

– Есть еще кто в здании? – спросил Герман зевающего Федора, стоявшего неподалеку.

– Так вот только Эльтова и осталась. Сегодня даже оперные закончили раньше. Спектаклей-то сегодня нет. Все по домам разбежались. А она все сидит. Чего сидит… – начал причитать старик.

Нагицкий кивнул ему и вошел в узкий коридор под лестницей.

Невольно облизнулся. Тут даже пахло по-особенному. Чарующая атмосфера, когда много талантливых людей собирается вместе. Кто-то забыл ленты на приставленном к стенке стуле, а вот, сваленный в кучу, валяется забытый реквизит с позапрошлого спектакля.

Уверенным шагом направившись в гримерную, открыл дверь. Шумела вода, а дверь к закутку с душевыми была чуть приоткрыта.

Сердце на миг дрогнуло. Вдруг что-то случилось?

Просто чтобы убедиться, что все в порядке, он сделал несколько крупных шагов, заглядывая в закуток.

Ряд из пяти смесителей, вмонтированных в стену, был отгорожен один от другого лишь легкими фанерными стенками и не имел четвертой стены или двери.

Ирина, слегка ссутулившись, стояла в том, что был посередине. Повернувшись на шум, она сначала испуганно схватилась за полотенце, пытаясь обернуть его вокруг себя.

– Вы что здесь делаете? – она завернула кран с водой.

– Проверяю, чтобы не утопилась случайно, – хмыкнул Нагицкий, уже было разворачиваясь.

Ирина упрямо сжала губы, а затем вдруг тряхнула головой, словно что-то для себя решила. Полотенце на ней мягко полетело на пол, она, нисколько не смущаясь собственной наготы, шагнула назад, снова включая воду.

– Тогда, может быть, потрете мне спинку?