Делу время, потехе час! - Клэр Вирго

Глава 11

Натали

Сперва кабатчик, который не хочет возвращаться домой, а потом еще этот маг, который твердит, что домой вернуться никак не получится…

Сказать, что меня накрыло — не сказать практически ничего. В горле тут же встал ком, глаза защипало от слез, а внутри все натянулась струной, и казалось, вот-вот она порвется.

Еще и Макс… Усердно пытался сделать вид, что расстроен не меньше моего, а по факту — радостнее некуда!

Хась вообще предатель. Мало того что сказал останется здесь, если я уйду домой, так еще и воссиял, когда меня загнали в угол.

Нет, этот мир не для меня. Я не знаю его законов, совершенно не приспособлена к жизни здесь! Что мне делать? До конца дней сидеть в этом доме и зависеть от дознавателя, с преогромным удовольствием закрывшегося в четырех стенах? Или уходить и пытаться выжить самостоятельно? Что я чувствую к Максу? Не понимаю. Я ничего уже не понимаю!

Добежав до дома, закрылась в комнате дочери артефактора и разрыдалась. От всей души, до припухших глаз и севшего голоса. Макс попытался прийти выразить свое сочувствие, но я выгнала его. Не нужно меня обманывать, я буквально спинным мозгом чувствую, насколько он рад этой новости!

Рыдала взахлеб, пока не село солнце, а когда плакать уже не осталось сил, собрала себя в кучку и пошла в душ.

Кое-как помылась, завернулась в полотенце и вышла в комнату. На кресле лежала моя одежда. Моя зимняя одежда. Любимая кожаная куртка, майка, джинсы и кеды с белыми носочками, вставленными в них. Очередная волна истерики подступила к горлу.

Я подошла, достала из кармана телефон и попыталась его включить, но батарея села окончательно и бесповоротно.

Фотки, любимые фильмы, клевая музыка, научный прогресс — все это осталось там, в моем родном мире, а здесь… дерьмо на разбитых дорогах да люди, погрязшие в своих тараканах и с удовольствием плодящие новых. Зачем? Кому это надо? Почему им так нравится прозябать вместо того, чтобы жить по-настоящему?

Здесь я чужая, никому не нужна, никто меня не знает и не любит. По крайней мере, не знает меня настоящую.

Останься я в этом городе, наверняка и для меня найдется какой-нибудь жирный таракан, который превратит мою жизнь в рутину, и я больше не смогу радоваться мелочам.

— Наташ, — позвал из-за двери пес.

— Уходи! — крикнула севшим голосом.

— Может, хватит болото разводить? — спросил Хась.

— Какое тебе, предателю, дело до того, что я развожу у себя в комнате? Макс вон развел пыль и плесень по всем углам, а мне что, нельзя? — Голос дрогнул, и я захлебнулась очередным приступом слез.

— Ну вот, раз в жизни попытался настоять на своем мнении и уже предатель… Злая ты, Натаха… — сказал он, и я услышала цокот когтей по полу.

Ушел. Сама виновата. А как было бы здорово сейчас уткнуться в его мягкую шубку и уснуть, стараясь не думать о завтрашнем дне.

Как-то же люди живут в рутине, как-то успевают разрываться между домом и работой, семьей…

Семья, которой у меня никогда не было. Отец, который отказался от меня, потому что не сделала так, как он велит, мама, погибшая слишком рано, чтобы меня чему-то научить. Вот и вся семья. Не было ее у меня, нет и вряд ли будет.

А Макс… Он странный. Конечно, красавчик, и гормоны тут же взыграли во мне, но я же совершенно его не знаю, а он абсолютно не знает меня.

Взялась за голову и смерила шагами комнату. Семь шагов в длину и четыре в ширину.

— Натали… — донесся из-за двери голос Макса. — Наташ… ты там?

Он попытался открыть дверь, а я залезла под кровать. Не хочу его видеть, не готова, не могу! Ненавижу за его реакцию, за его радость от моего безвыходного положения.

Он прошелся по комнате, заглянул в ванную, проверил гардероб, пошевелил занавески.

— Да под кроватью она… — подсказал ему пес.

— Спасибо, Хась! — Я даже точно знала, как в этот момент улыбается Максимилиан. Он улегся на пол и закатился ко мне. — Удобно тут? — спросил, заигрывающе изогнув бровь.

— Без тебя было лучше… — пробурчала и отвернулась к стенке. — Оставь меня, Макс. Уходи! — попросила со вздохом.

Даже несмотря на то, насколько на него злилась, мне не хотелось, чтобы он видел мое опухшее от слез лицо.

Как говорила моя универская подружка Лиза: при мужчине женщина всегда должна оставаться женщиной, красивой и изящной, даже если она в гавно или с бодуна!

Я никогда не понимала смысла этой фразы, потому что ни первого, ни второго со мной не было, а вот сейчас, кажется, осознала.

— Я могу выйти, но коль уж ты не в состоянии спуститься и нормально поесть, хотя бы ужин тебе принесу… — сказал Макс и погладил меня по волосам, словно маленькую девочку, у которой забрали игрушку. Только вот, во-первых, я большая, а во-вторых, у меня забрали не игрушку, а целую жизнь!

— Макс, не надо меня жалеть и ужин не надо. Я не голодна! — сказала слишком резко, практически перейдя на крик.

Он попытался подползти ближе и приобнять меня.

— Не смей! — рыкнула, забилась еще сильней под стенку.

— Да что я тебе сделал? Понимаю, расстроена, но зачем срываться на мне? Я-то уж точно не виноват в том, что ты попала сюда, ровно настолько же, как не виноват, что есть шанс того, что тебе не удастся выбраться отсюда! Даже наоборот, готов поддержать в обоих случаях, хотя, конечно, мне не хотелось бы, чтобы ты уходила из этого мира… — наконец-то признался он, помолчал пару секунд, и только я набрала воздуха, чтобы ответить, продолжил: — Уютной ночи под кроватью, отвлекать больше не буду, а если вдруг передумаешь — приходи ко мне. Я буду рад твоей компании… — сказал и вылез, а потом вообще из комнаты ушел, довольно громко хлопнув дверью.