Агент тау-класса - Селина Катрин

Раита неодобрительно покачала головой:

– Ну и сколько же ты горевать по своему защитнику будешь? Тебе с распущенными волосами ходить надо, может, кому в нашей деревне приглянёшься. Если кто из наших тебе представится, то ты отвечай согласием – не пожалеешь. У нас все мужчины сильные, гены хорошие, а детишки крепкие получаются.

Я не успевала поспевать за напором Раиты. Из её слов я только поняла, что подобру-поздорову лучше всё время буду ходить с собранными волосами в пучок.

– А сама-то ты почему с косой тогда ходишь? – спросила я больше из желания поддержать разговор, чем действительно интересуясь причёской ларки.

Мы к этому моменту обошли дом и оказались возле крыльца. Двое ребятишек, качавшихся на каком-то странном продолговатом бревне с опорой по центру, увидев Раиту, тут же взвизгнули и бросились к ней на руки. Старший пепельный блондин лет шести и младший с очаровательными веснушками, точная копия Раиты, лет четырёх.

– Так мне-то можно уже, – простодушно произнесла девушка, – у меня уже вон, двое детишек. Старшего Марика подарила хайда. Повезло, крепыш, лунной породы. Станет настоящим воином, с другой стороны, по-другому и быть не могло. А вот младший Шетур рождён от моего защитника. – Она с любовью провелась по волосам обоих мальчишек, что-то шепнула им на ушко, и те резво побежали в дом.

Я переводила удивлённый взгляд с Раиты на убегающих мальчишек и обратно, думая о том, сколько же девушке лет. На вид – не более тридцати, это при этом, что ларки без вмешательства медицины живут даже дольше таноржцев. Сто пятьдесят лет для них не предел. Я приняла Раиту изначально за молодую девушку, а оказывается, она уже давно мама. Необычный менталитет… Цварги детей раньше семидесяти вообще не заводят. Пятьдесят – самое раннее, когда мы вступаем в брак, а там уж как повезёт.

Слова про лунную породу показались странными, но отдалённо что-то напоминающими. Похоже, на Захране так тоже когда-то называли людей со светлыми, почти серебряными волосами. А вот неизвестное слово «хайда» мой переводчик никак не перевёл. Неужели это какой-то аналог местного усыновления или удочерения? Может, у Раиты есть погибшая сестра, ребёнка которой она приютила у себя?

– А что такой хайда?

Я всё-таки набралась храбрости и спросила.

Раита посмотрела на меня как на неразумное существо с огромной долей сочувствия.

– Хайда – это хайда. Чего тут непонятного?

«Дело ясное, что дело тёмное», – со смешком подумала я про себя, отмечая мысленно, что надо всё-таки будет выяснить данный момент.

– А твой защитник тебе детишек подарил? – тем временем бесхитростно поинтересовалась ларка.

Я отрицательно покачала головой и извиняюще улыбнулась. Именно в этот момент через два дома я увидела вышедшего на крыльцо Джереми. Он что-то обсуждал с местным ларком, жителем этой деревни. Его короткие волосы влажно поблёскивали на солнце, а свежий костюм облегал фигуру, подчёркивая аристократичную худобу. Я помахала рукой, привлекая внимание к себе, и поспешила к историку.

– Лейла, неужели это ты? В платье тебя и не узнать! А ты уже видела, какая у них здесь мебель? Всё из натурального дерева, представляешь? И нет ничего трансформируемого, никакого пластика или синтетики… – с ходу затараторил Джереми, буквально упиваясь восторгом от деревни ларков. – А крыши? Ты заметила, что они покатые? Это специально, чтобы сходила вода. И никаких солнечных батарей, лишь аккуратные доски! А вот эта штука, – он указал на вращающуюся фигурку того самого мохнатого животного, что я увидела в деревне издалека, – называется флигель. Она указывает на направление ветра.

Я вежливо покивала, думая про себя о том, что ни электричеством, ни серверами здесь даже и не пахло.

– Джереми, а это именно деревня? У них есть здесь города? Там… с электричеством и серверными?

Сейчас, когда мы остановились в данном поселении, у меня стали закрадываться нехорошие подозрения, что, быть может, ларки – и вовсе отсталая цивилизация. Планета планетой с её странными загадками, но ведь у меня есть задание найти и разобраться в технологии обнаружения цваргов. Сердце пропустило удар в ожидании ответа историка. Тот почесал затылок рукой и всё-таки ответил:

– Что? Электричество? Да-да, конечно, у них есть города в традиционном понимании. Не такие современные, как наши. Но разве тебе это интересно? По-моему, вот такая жизнь с традиционным укладом ларков куда интереснее! Тебе разве так не кажется? Ах, ну да, ты же программист-аналитик…

– М-м-м… – я еле удержалась от облегчённо вздоха.

Значит, поживу какое-то время здесь, и если ничего не выясню на словах от Арх-хана или Шонхорна, то, видимо, попрошу показать мне город.

– По-моему, Лейла уже тяготится своим решением продолжить путешествие по Ларку, – произнёс неожиданно вышедший из дома Логан.

Он посмотрел на меня в платье, затем перевёл внимательный взгляд на Раиту. Та, к моему удивлению, громко фыркнула и отвернулась.

– Дикарка, – с пренебрежением произнёс телохранитель в её адрес. Как и историк, он говорил со мной по-таноржски. – Что касается городов на Ларке, то да, разумеется, они тут есть. Я уже договорился, чтобы за нами прислали корабль в Шарршеорон – столицу, где проживает вождь этого клана. Как только Джереми, – он бросил недовольный взгляд на историка, – соберёт достаточно информации о коренных традициях этих животных, мы двинемся в путь. Тут недалеко и, слава Вселенной, по пустыням идти не придётся.

Я кивнула и, чувствуя себя неуютно, потому что Раита стоит рядом, но ничего не понимает, попрощалась с таноржцами. Меня покоробили слова «дикарка» и «животные» в адрес ларков, но я постаралась не выдать своего к этому отношения, чтобы ни у кого не возникло ненужных вопросов. Раита предложила показать деревню. Как только мы отошли от дома, куда поселили Джереми и телохранителей, ларка поморщила нос и глубокомысленно произнесла:

– Если у вас все защитники такие, то неудивительно, что у тебя нет детей.

То, что на Ларке в первую очередь уважается грубая сила, не стало для меня открытием. Понятно, что интеллектуал Джереми вряд ли вызвал в Раите хоть какую-то симпатию. Но чем ей Логан-то не угодил? Внешне крупный и накачанный, почти как обычные мужчины-ларки.

– А что не так с нашими м-м-м… защитниками? Ты что-то поняла из того, что они говорили? Ты обиделась?

Девушка покачала головой.

– Нет, не поняла, но тут и понимать-то нечего. Тот, что стоял слева, у нас даже инициацию не прошёл бы. Слабых выгоняют из стаи ещё подростками. А тот, что позднее подошёл и встал справа… – Раита прикусила нижнюю губу, пытаясь подобрать объяснение. – Пахнет он плохо. Страхом и ненавистью. Гнилое, нехорошее семя.

Вот так вот… Оказывается, у ларков ещё и инициация какая-то есть, и предрассудки против определённых запахов. Я не почувствовала ничего особенного в запахе Логана, но у меня и не обоняние ларка.