Магия лунного света - Мара Вульф

Следующий день начался с боли: горло и голова невыносимо болели. Бри позвонила терапевту, который пообещал прийти в обед. Затем дала мне таблетку аспирина.

– Все будет хорошо, Эмма, – пыталась она утешить меня. – Могло быть гораздо хуже. Не говоря о том, что ты могла упасть или сломать себе что-нибудь, – она покинула комнату, качая головой.

Я зарылась лицом в подушку и попыталась снова заснуть. И вдруг в моей голове возникла ужасная мысль. Бри ни в коем случае не позволит мне в таком состоянии провести занятие с Колламом. Мысль, что я не увижу его сегодня вечером и не проведу время с ним наедине, была для меня больнее, чем стук, раздающийся в голове. Надо встать и пойти на свежий воздух, тогда головные боли сразу пройдут. Я осторожно села на кровать. Хоть и пыталась двигаться как можно медленнее, у меня перед глазами потемнело. Я со стоном улеглась обратно. Встать с кровати было не лучшей идеей. Я прикусила губу. Надо еще раз попробовать. Медленно, как только могла, я выпрямила спину и села, облокачиваясь на спинку кровати. Я спустила ноги на пол, но что-то явно пошло не так. Слишком поздно поняла, что ноги меня подвели, и упала. Удар о твердый деревянный пол оказался болезненным. Когда я пришла в себя, то все еще лежала на полу, но под моей головой находилась подушка. Амели и Бри стояли на коленях рядом и с ужасом смотрели на меня.

– Эмма, все в порядке? – спросила Амели. Я попыталась кивнуть, но голова была готова взорваться от боли.

– Как думаешь, сможешь встать и снова лечь в кровать?

Я облизнула пересохшие губы. Бри подала стакан воды, и я жадно его осушила.

– Что случилось? – спросила я.

– Ты упала в обморок. Мы услышали глухой звук и решили тебя проведать, – ответила Бри.

Объединенными силами они смогли уложить меня на кровать. Сегодня я больше с места не сдвинусь, решено.

– Я попрошу доктора Брента, чтобы он пришел как можно скорее. Может, это что-то серьезное, – сказала Бри, покидая комнату.

– Мне пора в школу, – посмотрела на меня Амели. – Не двигайся, слышишь? В нормальных условиях я бы позавидовала, что ты не идешь в школу, но… – она замешкалась, – ты выглядишь и вправду нехорошо.

– Скажешь, пожалуйста, Колламу, что я заболела и мы не сможем с ним сегодня позаниматься? Пусть даже не пытается идти сюда и навещать меня. Пообещай, что ты отговоришь его, если он собирается. Он ни в коем случае не должен увидеть меня такой.

Амели кивнула.

– Прекрасно понимаю, о чем ты. Не беспокойся, я что-нибудь придумаю.

Не успела она выйти из комнаты, как мои глаза закрылись и я заснула. И только когда Бри осторожно потрясла мое плечо, снова проснулась.

– Эмма, просыпайся, пожалуйста. Доктор Брент пришел, и он хотел бы тебя осмотреть.

Я с трудом открыла глаза. Доктору Бренту было максимум тридцать с небольшим, но он выглядел крайне профессионально. Он осмотрел меня, а потом нахмурил лоб и посмотрел на меня.

– В качестве сувенира с прогулки ты принесла воспаление легких. С этим шутки плохи, слышишь? Я выпишу тебе антибиотики, к тому же ты должна соблюдать постельный режим. Из дома выходить запрещено.

Я покорно кивнула. Наказание имеет место быть, подумала я.

– Как долго? – спросила я, пока он убирал стетоскоп в сумку.

– Зависит от твоего состояния. Думаю, худшие симптомы пройдут через две недели.

Две недели! Это же целая вечность. Можно выбросить из головы мысли о первом соревновании. Мистер Фоллен будет не в восторге.

– Важно, чтобы ты окончательно выздоровела. Но с Бри ты в хороших руках, – он ободряюще улыбнулся и покинул комнату.

У Бри появилась огромная энергия, чтобы выходить меня, и от одной ее активности я вскоре устала. Сначала она принесла мне тарелку нарезанных фруктов, затем стакан свежевыжатого апельсинового сока. Она постоянно взбивала мою подушку и поправляла покрывала. Позже она пришла с миской горячего бульона. Измученная ее заботой, я притворилась спящей и надеялась, что Амели вскоре придет домой. Правда, как всегда, когда чего-то нетерпеливо ждешь, время тянется с черепашьей скоростью.

Когда я проснулась в следующий раз, в комнате было темно. Я нащупала прикроватную лампу. Из-за двери раздавались голоса. Значит, еще не ночь. Я осторожно повернула голову. Боли были уже не такими сильными, как утром. Я уселась на кровати и потянулась за халатом. Мне надо было попасть в туалет. Очень медленно, чтобы снова не упасть в обморок, я шла в ванную комнату. Я умылась и почистила зубы. Из зеркала на меня смотрела незнакомка. Это не могла быть я! Если обычно я казалась бледной, то сейчас была белой, словно стена. Под глазами виднелись темные круги, а губы от холода потрескались и стали кроваво-красного цвета. Я открыла шкафчик в поисках мази, когда в ванную комнату зашла Амели.

– Значит, мне не послышалось. Как ты себя чувствуешь? – она оценивающе посмотрела на меня, но любезно воздержалась от комментариев по поводу моего внешнего вида.

– Не уверена, но кажется, сейчас мне лучше, чем с утра. Мне очень нужна мазь, чтобы помазать губы, – на меня снова накатило ощущение, что у меня больше нет ног, и я резко опустилась на край ванны.

Амели, испугавшись, помогла мне встать.

– Пойдем, я отведу тебя в кровать, а потом спрошу у мамы о мази.

Через пару минут она вернулась с мазью и присела на край кровати. Она смотрела, как я мазала губы.

– Надо поставить колокольчик у кровати, чтобы ты могла звонить, когда тебе что-то нужно, – ухмыльнулась она.

Я проигнорировала это замечание.

– Не хочешь узнать, что сказал Коллам?

Я попыталась сделать равнодушный вид, но мне это не удалось. И Амели в любом случае не могла молчать. Так что я узнаю каждую деталь.

– В общем, он был обеспокоен. Разумеется, хотел прийти вечером. Я задействовала весь свой дар убеждения, чтобы отговорить его, – она окинула меня оценивающим взглядом. – Эмма, ты ничего от меня не скрываешь? Скажи уже, вы что, встречаетесь, но никому не хотите об этом говорить? Ну же, я никому вас не выдам!

– Амели, поверь, если бы это было так, ты бы первой об этом узнала.

– Обещаешь? – она взяла мою руку.

– Честно-пречестно, – мы одновременно рассмеялись.

Спустя несколько минут в комнату пришла Бри. Она принесла антибиотики и немного еды. К собственному удивлению, я заметила, что проголодалась. Это было хорошим знаком, возможно, мне на выздоровление потребуется меньше двух недель.