Шанталь. Ход королевы - Ирада Нури

– Рад приветствовать вас на свободе, mes amis! И раз вам удалось освободиться самостоятельно, не дожидаясь нашей помощи, то не будем терять ни минуты!

Капитан Лефевр, а это был именно он, в сопровождении трех угрожающего вида мавров, самым удивительным образом выполняющих все его распоряжения, махнул в сторону стоящих на якоре кораблей:

– Красавицы ждут нас!

Сотня вопросов вертелась на языке, но, памятуя о времени, которого у нас практически не оставалось, решила задать их после того, как мы окажемся в безопасности подальше от острова. Кивнув Патрису, взявшему на себя командование, я вместе с остальными бросилась вперед.

Крепость находилась практически на берегу, поэтому нам хватило и пяти минут, чтобы добежать до воды. Но тут на пути возникло новое препятствие в виде полудюжины берберов, несущих вахту возле вытащенных на песок лодок. Не ожидающие, что пленники смогут сбежать, они всего на миг растерянно замерли, сами не осознавая, что этим дают нам преимущество, коим мы не преминули воспользоваться. Схватка была жестокой, но очень короткой. Жажда жизни придавала сил, и по прошествии всего нескольких минут заполненные до отказа лодки отчалили от берега в сторону стоящих неподалеку на якоре «Смерча» и «Жюли».

– Поднять якорь! Рубить канаты! – ощутив под ногами привычное покачивание палубы, каждый почувствовал себя увереннее. И когда в этот самый момент на берегу показались бегущие в нашу сторону вооруженные люди, никто не растерялся, все точно знали, что нужно делать.

– Открыть порты! Пушки к бою! – скомандовал капитан Патрис, занимая свое место за штурвалом «Смерча», и, словно продолжая его мысль, капитан Лефевр прокричал своим молодцам на «Жюли»:

– Стрелять по моей команде! Мачты на прицел! Стрелкам занять позиции! Целься! Огонь!

– Огонь! – эхом отозвался Патрис.

Пушечными выстрелами и картечью оба корабля, набирая ход, намеренно наносили сильнейшие повреждения стоящим на якоре судам, не давая возможности их командам приблизиться из риска расстаться с жизнью.

Дым, грохот, треск рушащихся мачт и проклятия, сыплющиеся на нас со всех сторон, – Джерба надолго запомнит чужаков, сумевших утереть нос его обитателям.

Один из снарядов попал в уже порядком развороченный трюм, где хранился запас пороха. Раздался страшный взрыв, и пламя вырвалось из недров корабля как вестник из преисподней, грозя перекинуться на стоящие поблизости суда. Угрозы сменились криками отчаяния, когда до неприятеля наконец дошло, как жестоко его провели.

На то, как враг терпит поражение, можно смотреть бесконечно, однако ради собственной безопасности пора было воспользоваться образовавшейся форой и начать уносить ноги, прежде чем пираты смогут исправить повреждения и броситься нам вслед. Но перед этим следовало закончить то самое незаконченное дело, ради которого рискующие жизнью матросы волокли всю дорогу связанного пленника с шебеки. Следовало передать привет Демир рейсу, по вине которого мы оказались во всей этой передряге.

Трясясь от страха, юноша с ужасом уставился на красный от крови клинок, все еще зажатый в моей руке. Подозвав одного из членов экипажа, говорящего по-арабски, я велела ему дословно перевести мое поручение:

– Не бойся, убивать тебя я не стану. Пока… Мне нужно, чтобы ты передал своему хозяину то, что я сейчас скажу: – И после того, как тот согласно кивнул, явно обрадованный таким поворотом, я продолжила: – Ты скажешь ему: «Демир рейс, береги себя и ни в коем случае не позволяй, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Потому что очень скоро я вернусь за твоей головой, которую хочу видеть прибитой над воротами Сфакса, в назидание каждому, кто оскорбит короля!»

Это не было пустым обещанием. Просто мой список пополнился еще одним кандидатом на тот свет, с которым я непременно расквитаюсь при первой же возможности.

Юноша удивленно посмотрел на переводящего, видимо, не вполне уверенный в том, что правильно понял услышанное, но переспрашивать не стал, а только вновь согласно кивнул, пообещав передать мое поручение адресату слово в слово.

Этого было достаточно. Его освободили от пут и посадили обратно в лодку, где он не мешкая схватился за весла, спеша побыстрее убраться отсюда, пока странные чужаки не передумали. Вот только судьбе его никто из нас не позавидовал бы. Демир рейс наверняка поспешит выместить свою злость и досаду на принесшим дурные вести гонце, так что судьба его была решена. Впрочем, мне не было до этого никакого дела. С недавних пор я перестала испытывать муки совести по таким мелочам, как участь противников, жаждущих моей гибели. Они получали то, что заслуживали, выбирая не ту сторону, и то, что возмездие настигало их самих, было целиком и полностью лишь их виной.

– Поднять паруса! Полный вперед! – донеслось со стороны мостика, и больше не раздумывая, мы бросились выполнять приказ.

Два красавца корабля, почти одновременно расправив паруса-крылья, поймавшие попутный ветер, понеслись вперед, оставляя за кормами пылающий берег и сыплющих от бессильной ярости проклятиями пиратов, которых оставила с носом горстка отчаянных чужаков. И пока они тщетно пытались потушить все сильнее разгорающийся пожар и оценить нанесенный им ущерб, бывшие пленники беспрепятственно покинули залив и вышли в открытое море.