Дракон не отдаст своё сокровище - Алисия Эванс

Я рассказала ей все. Пересказала каждый эпизод нашего общения, свою встречу с Гришкой и то, как на нее отреагировал Дракон. Мама слушала внимательно, не перебивала. Лишь иногда закусывала губу, а взгляд наполнялся чувством вины.

- Мама, ты ничего не хочешь мне рассказать? – спросила я, завершив рассказ. – Что происходит? Дракон ведь не лгал, когда говорил, что ты принцесса?

- Почему ты зовешь его Драконом? – меланхолично отозвалась мама. – Он ведь Родос.

- Он мне не представился, - честно ответила я.

- Идиот, - вздохнула мама, закатив глаза и качая головой.

- Не переводи тему. Мама, ты принцесса? Ты, правда, родилась в другом мире? – я все еще не могла поверить в это. Мои вопросы ничуть не удивили маму, а, скорее, даже вызвали раздражение.

- Ну да, и что? – нервно передернул плечами она. Закатила глаза, вновь надевая на лицо маску надменности и презрения. Не ко мне, конечно, а ко всему миру. Мама всегда так делает, когда приходится обсуждать неприятные ей темы.

- Почему ты сбежала? – пыталась понять я. – И почему ты ничего не сказала мне?

- Потому что я посчитала это необходимым, – изогнула бровь она. – Я хотела, чтобы у моей дочери было лучшее детство, чем было у меня. Я хотела, чтобы ты росла свободной от традиций, правил и догм. Я сбежала от них и всеми силами хотела уберечь тебя от мира Гаррая. Как видишь, не удалось, - с разочарованием прошептала она.

- Мама, я благодарна тебе за все, но почему же ты сбежала? Кто тебя обидел? Что произошло?

- Долгая история, - мама отошла от меня и упала в кресло, закинув ногу на ногу. – Моя семья никогда не любила меня. Это весьма неприятно. Я единственная дочь своего отца. У меня три брата. На Земле принято любить дочерей, особенно, если они единственные в семье. Но не в этом мире. С самого рождения я была лишь товаром. Моих братьев обучали наукам, а мне позволяли знать ровно столько, сколько необходимо для прислуживания мужу. Это невероятно бесило, - рассмеялась она. – Представляешь, я крала книги по истории у братьев, чтобы знать не меньше, чем они!

Так вот, почему моя мама такая пробивная и самовлюбленная. Ей нужно признание, которого она не получила в детстве.

- Так, почему ты сбежала? От нелюбви? – я не смогла сдержать раздражение.

- Да, - загадочно улыбнулась мама, глядя в окно. – Я… Мы… Мы с тобой из императорского рода , детка. Для тебя это звучит странно, знаю, но это так.

- Так ты – принцесса? – не могла поверить я.

- Детка, быть принцессой вовсе не счастье, как думают на Земле. Я терпеть не могла, когда в детстве ты смотрела эти дурацкие мультики про принцесс, - закатила глаза она. – Там одно вранье. Родиться в правящей семье – это наказание. Не знаю, какой грех я совершила в прошлой жизни, что так расплачиваюсь. Наверное, убила пару десятков детишек.

- Что такого ужасного происходило? – впервые мама заговорила о своем прошлом.

- Всего не расскажешь за один вечер, - хмыкнула мама. – Меня никогда не считали за человека. К женщине здесь вообще, как ты заметила, отношение не очень уважительное. Я была лишь товаром, который можно выгодно продать. Меня с рождения готовили к замужеству. А я… Я не захотела жить свою жизнь с навязанным мужем, которого для меня выбрали.

- Это все из-за моего отца, да? – прошептала я. Мать вскинула голову так, словно ее ошпарили кипятком.

- Да с чего ты это вообще взяла?! – закричала она, вскакивая из кресла. Прежде мама никогда не повышала на меня голос. – Я же просила тебя! Я говорила тебе, чтобы ты никогда не упоминала о нем! Вопрос о твоем отце – табу! Никогда, никогда не смей напоминать мне об этом человеке! – она сорвалась на ультразвук.

Я стояла, как громом пораженная. Ее крик оглушил меня. Мама всегда владела собой и никогда не теряла контроль. Сейчас я наблюдала настоящую истерику. Упоминание моего отца задело ее настолько, что случился срыв. Это настолько не похоже на нее, что я по-настоящему испугалась. Не за себя – за маму. Теперь нет ни малейших сомнений в том, что она сбежала в иной мир не от семьи и не от жестоких традиций. Она сбежала от моего отца.

- А о чем мне напомнить тебе, мама? – мой тихий голос прозвучал особенно громко в повисшей тишине. – О том, что меня похитил мужчина и объявил своей женой? Мужчина, который даже не представился. Напомнить о том, что мой жених сейчас сидит в казематах, и его жизнь зависит от воли моего похитителя? Меня чуть не изнасиловали в лохани, мама. Я всего лишь хочу знать, что происходит! И это знание можешь дать мне лишь ты! Кому еще я могу доверять, если не тебе, черт возьми…! – я тоже сорвалась и резко отвернулась от нее. У меня сдают нервы. Сначала Дракон все нервы истрепал, так теперь мама решила закончить то, что не удалось ему.

- Прости, - я услышала мамин голос слишком близко. Обернувшись, поняла, что она практически дышит мне в спину. – Я верила, что никогда не вернусь сюда. Ненавижу этот мир. Здесь у меня нет власти. Меня презирают. Оставаться я не намерена и скоро вернусь обратно. Ты со мной?

- Ты еще спрашиваешь?! – я одновременно восхитилась и возмутилась вопросом. – Конечно!

- Отлично, - расплылась в победной улыбке мама.

- А Гриша? – спохватилась я. – Мы же и его заберем?

- Скорее всего, - уклончиво ответила мама. – Я постараюсь, но если не получится – извини. Ради него я не намерена оставаться. У нас с тобой будет лишь один шанс сбежать, дочка. Если Родос пронюхает, что мы затеяли, он сделает так, что мы не вернемся домой никогда. Ты поняла меня?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Я буду молчать как рыба, - пообещала ей. – Но Гриша…

- Мне потребуется время, - оборвала меня мама. – Что-нибудь придумаем с Гришей. Обещал же Родос его отпустить. Дочь, умоляю, не сорви наш побег, - мама сжала мои руки в своих. – Никому ни слова. Каким бы ласковым и добрым не был Родос, какими бы милыми не казались тебе обитатели дворца – никому ни слова. Не привлекай к себе внимания. Не спорь с Родосом. Притворись тихой и послушной. У мужчин притупляется бдительность, если женщина покорна. Если он будет думать, что ты смирилась, над тобой не будет довлеть его контроль. Понимаешь?

- Да. Быть покорной, не спорить. Я справлюсь. Мама, но вдруг он вновь найдет нас? Что тогда?