Второй шанс для попаданки - Сусанна Ткаченко

Девочкам повезло с родителями: симпатичная пара напоминала моих квартирантов, от них тоже исходило душевное тепло и позитив. Сестрички унаследовали от Аарона Бакунина рыжие волосы, а лицом походили на маму Дору.

Вскоре последний студент, а им был Маркус Шоу, подошёл к своей семье, и все  повернулись к дверям в ожидании важных гостей. Наконец, двери распахнулись, музыка стихла, и нас почтили присутствием главные люди Ворожеи.

Когда главнюки растеклись по залу, музыка заиграла вновь, давая сигнал к началу праздника.

Мистер Х оказался в кругу семейства Каролины Обережной, обнял и расцеловал её в щёки, а та повисла у него на шее. Вот тут-то я и вспомнила, почему мне казалось знакомым её лицо. Тогда, в ресторане, она была в его компании.

— Глянь-ка, Мил, как твоя соперница обнимается с другим мужчиной на глазах у жениха, — привлекла я внимание подружки к сладкой парочке.

— А чего бы ей с родным братом не обняться? Это Демиан Обережный, глава корпорации «Непробиваемый щит».

Вот так мистер Х обрёл своё имя.

Тем временем в зале началось движение под музыку. Нет, не танцы, а хождение по кругу в заданном темпе. Мы с Миланой взяли под руки Аарона и побрели против часовой стрелки по внешнему радиусу, а по часовой нам навстречу, по внутреннему, двигалась вторая волна.

К заинтересовавшему студенту подходили представители власти и предлагали пройтись вместе, чтобы познакомиться ближе и поговорить о планах на дальнейшую жизнь.

Вот такой странный бал, вот такие странные танцы.

Не успели мы обойти полный круг, как к нам подошёл отец Маркуса Шоу и предложил мне прогуляться. Я приняла его руку, и мы шагнули во внутренний поток.

— Меня зовут Бредли Шоу, я отец Маркуса, он много о вас рассказывал. — Правда, что ли? Никогда бы не подумала, что напарник уделяет мне столько внимания. — Вы знаете, что сильные менталисты очень востребованы в шоу-бизнесе?

— Мне кажется, что сильные маги востребованы в любом бизнесе, — поддержала беседу я.

— Вы правы, например, мой сын, к моему величайшему сожалению, хочет податься в боевики. Но я вам хочу предложить волшебную жизнь! Жизнь-сказку! Вы подумайте над моими словами, работа на меня может быть очень интересна для молоденькой девушки.

Ну, для молоденькой оно конечно! Вот только мне-то не двадцать пять, я давно знаю цену всем этим сказкам.

Беседа с мистером Шоу была лёгкой, он не уговаривал, не давил, просто заинтересовывал перспективами. Меня у него перехватил Уилям Терр.

—  Ты подвела меня, дорогая, — заявил друг, выводя меня во внешний круг, — не могла раньше рассказать о даре и силе, чтобы к этому дню я уже завербовал тебя в единоличное пользование?

— Мы не настолько близки, дорогой, — подхватила я его шутливый тон, — тем более, я пацифист.

— Ты разбила мне сердце, но я не буду терять надежды. Кстати, выглядишь великолепно! Очень запоминающийся образ.

 Мы продолжали перебрасываться ни к чему не обязывающими фразами, пока меня не увёл во внутренний круг министр здравоохранения.

— Ментальная медицина очень важна! — повёл свою агитационную компанию Силантий Здравый. — Вы не представляете, сколько достойных магов страдает от ментальных ударов демонов. Подумайте над карьерой в этой области, Стефания, и министерство возьмёт на себя все расходы по обучению.

Я пообещала подумать, ведь медицина мне всегда была близка.

Собеседники менялись, предложения сыпались, ноги гудели, голова шла кругом. У очередного попутчика меня перехватил Гай Полянский.

Вот о нём-то я совершенно забыла, даже не знала, что он тоже здесь. А с какой стати?

Второкурсник не повёл меня по залу, а за руку проводил на балкон. Я не сопротивлялась, сама бы вышла куда-нибудь в тишину, да и что он мне сделает?

— Ты приняла решение? Время вышло, — разговор он завёл сразу, как только стихла музыка.

— Приняла. Мой ответ прежний. Я не заинтересована в твоём предложении. Заводить отношения я пока вообще ни с кем не планирую.

— Что-то я не заметил этого, когда ты флиртовала с Терром, — парень начинал злиться.

— Тебе показалось. Гай, ты меня совсем не знаешь, чего ты ко мне прицепился?

— Я так хочу.

—  Ты похож на избалованного ребёнка, которому не купили игрушку. Я не буду с тобой ни спать, ни встречаться, — я тоже начала заводиться, заряжаясь его настроением.

— Будешь. У меня есть доказательства того, что ты дикая, и если не придёшь в понедельник вечером ко мне в коттедж, я поделюсь ими с остальными.

— Делись, я не веду переговоров с шантажистами! — я попыталась вернуться обратно в зал, но он не пустил, больно ухватив за локоть.

— Не боишься огласки, и того, что от тебя все в страхе отвернутся? Ладно. А за сына не волнуешься? — тут он вытащил из кармана телефон и показал мне фото Даньки. Раскопал-таки, гад малолетний!

Вот тварь! Меня затрясло, и перед глазами появилась красная пелена.

— Если ты хоть пальцем прикоснёшься к моему сыну, — зашипела я ему в лицо, — я кастрирую тебя тупым ножом, и мне плевать, что за это будет.

Я вырвала руку и, выбегая с балкона, заметила мелькнувшую в углу тень. Час от часу не легче, похоже, у нашего разговора был свидетель.

— До понедельника, дикарка, — донеслось мне вслед.

Продолжать общаться с гостями и делать вид, что всё хорошо, было совершенно невозможно, да и приём подходил к концу. Сославшись на усталость, я попрощалась с Бакуниными и уехала в отель.

Долго металась по номеру, не зная, что делать. А потом позвонила Михаилу: мне срочно нужен был совет. Договорившись, что он придёт ко мне домой завтра в три, я немного успокоилась, сняла, наконец, бальный наряд, приняла ванну и отправилась в постель. Полночи провалялась без сна, перебирая в голове варианты развития событий, потом тревожно продремала до утра и проснулась разбитая, с синяками под глазами. Ни о какой прогулке по столице, которую я планировала, не шло и речи. Хотелось домой, под защиту созданного Мефодием уюта, к любимым кошкам, и срочно хотя бы созвониться с сыном.

Дома в УМИЖ, мне действительно полегчало.  Первым делом я поговорила с Даней, а потом домовой завёл серьёзный разговор о кошках.

— Скорее бы ты, хозяйка, смогла научить их разговаривать, — он кивнул на внимательно слушавших нас Тишь и Таша.

— Мне только разговаривающих кошек не хватало! — не стала я сообщать домовому, что даже не знала о таких возможностях, но улыбнулась, только представив такую перспективу.

— Зря смеешься, говорящими, они могут даже пользу в хозяйстве приносить.

Я продолжала улыбаться, представив весёлую жизнь с домовым и двумя разговорчивыми кошками.

— Какую?