Двойной горизонт - Андрей Земляной

Но Веллингтон был действительно опытным генералом, поэтому решение простое и эффективное родилось у него довольно быстро. Собрав командиров полков и капитанов кораблей, он объявил своё решение уже в полдень, когда солнце встало над минаретами Золотой Софии.

– Так, господа. Командуйте срочную погрузку на корабли и баржи всех солдат. Гарри, на тебе эта отрыжка противоестественной страсти козла и ослицы – султан. Выгреби у него все войска, какие сможешь и какие не сможешь, грузи на фелюги, лодки контрабандистов и вообще всё, что найдёшь, и сразу отправляй к Тавриде. Точно так же поступать с баржами, несущими войска Её Величества. Россыпью, разными маршрутами, но сойтись они должны у этой точки. – Герцог обозначил на карте место в полусотне миль от Севастополя.

– Сэр, мы отправим десант без прикрытия кораблей? – подал голос командир флагманского линкора «Британия».

– Да, чёрт меня возьми! А иначе у них не будет ни единого шанса добраться до этих русских! Сейчас, господа, мы должны распылить свои силы по всему морю, чтобы сойтись для высадки. Воздушная армада прибудет туда чуть ранее, для прикрытия высадки и бомбардировки позиций. Кораблям идти скрытно, и упаси вас господь, если кто-то зажжёт хоть один фонарь на борту. К вечеру в порту Истамбула не должно быть ни одного нашего корабля. Я отправил сообщение на флот в Варне и Бургасе, и они прибудут туда же, так что у нас не всё так плохо. Но, господа, это наш последний шанс обзавестись уютным поместьем в этой европейской жемчужине – Тавриде.

Когда командиры разошлись, герцог звякнул колокольчиком, вызывая адъютанта, и, когда тот вошёл, не оборачиваясь произнёс:

– Пригласите баронета Фэрфакса.

– Слушаюсь. – Адъютант испарился, а через минуту в кабинет герцога уже входил высокий стройный молодой человек с вытянутым аристократическим лицом, обрамлённым роскошными бакенбардами. Алый с чёрным мундир сидел на нём словно влитой, и Веллингтон чуть заметно кивнул, оценивая великолепную стать одного из Фэрфаксов.

– Садитесь, мой мальчик. Садитесь. Здесь, пока я командую войсками Её Величества, вы не саб-лейтенант, а мой воспитанник и ученик.

– Благодарю вас, ваша светлость. – Молодой человек сел, держа спину прямо, как и подобало выпускнику «Магазина», как неофициально именовали Королевскую военную академию в Вулидже, готовившую офицеров-артиллеристов, сапёров и военных магов.

– Я знаю, что ты не только был первым на курсе, но и сейчас – сильнейший маг во всём Флоте Её Величества. Для нашей операции – это очень важно, потому как после подлого удара этих бородатых варваров наш Остров, можно сказать, остался совсем без защиты. Тем важнее и опаснее твоя миссия. На тренировках ты мог бить на половину мили^[16]. Можешь насмерть высушить всех своих ассистентов, рабов и вообще всех вокруг, но от места высадки ты должен снести все эти чёртовы батареи русских или хотя бы заставить их замолчать, пока солдаты не развернут пушки. Я дам тебе в охрану роту морских пехотинцев под командой лейтенанта Гизи. Это опытный офицер, и при нём ты будешь в безопасности, как в отцовском доме.

– Не беспокойтесь, сэр. – Джон Фэрфакс кивнул. – Меня снабдили достаточным количеством накопителей благодати, чтобы оставить на месте высадки сплошное выжженное пятно. Русские заплатят за всё, и в первую очередь за смерть моей семьи.

– Это хорошо, мой мальчик, что ты решительно настроен. Порой для победы нам не хватает именно решительности. – Маршал Веллингтон кивнул и, жестом отпустив молодого офицера, посидел ещё какое-то время за столом, подойдя к широким панорамным окнам каюты, сел в стоящее тут же кресло.

Веллингтон был очень опытным военачальником, прошедшим через несколько войн. Голландия, Индия, Дания. После – война с «Маленьким Корсиканцем», которого он не любил, но уважал за полководческий талант. И даже когда Наполеона захватили русские казаки, гнал лошадей всю ночь, чтобы остановить казнь, но не успел. Военно-полевой суд приговорил Наполеона Первого к расстрелу за военное нападение на Российскую империю и тут же привёл приговор в исполнение. Маршалу осталось только присутствовать на его похоронах.

Теперь Веллингтон с армией всей Европы противостоял недавним союзникам, а если бы не недавняя опустошительная междоусобица, европейские силы были бы куда сильнее.

К 1850 году от обретения благодати, Британия была не только сильнейшей в Европе страной, но и самой передовой в техническом отношении, что сказалось и на военной промышленности, и на оснащении флота Её Величества и армии. Корабли получили, кроме мощных пушек, паровые двигатели, что увеличивало их боевую скорость и позволяло двигаться против ветра^[17]. Теперь их строили не из дерева, а полностью из металла, что положительно сказалось на вместимости и мореходности^[18], а бомбические орудия отливались из специального чугуна. Кроме того, во флоте, которым командовал адмирал Эдмонд Лайонс, присутствовали французские бронированные плавучие батареи и большой отряд скоростных кораблей, предназначенный для блокады перевозок по Русскому морю.

Армия, в свою очередь, получила первые многозарядные ружья с нарезными стволами и даже скорострельные картечницы, буквально заливавшие поле боя свинцом.

Всё это позволяло Веллингтону надеяться на скоротечную победоносную кампанию, и единственным тёмным пятном на его планах был воздушный флот русских.

Но британцы сделали свои выводы из воздушного нападения на Лондон, и каждый дирижабль нёс одну скорострельную картечницу и несколько бомбических пушек с картечными зарядами. Таких воздушных батарей у Веллингтона было почти два десятка, а остальные дирижабли должны были воевать в составе армии под командованием маршала Раглана – относительно молодого, но весьма талантливого военачальника. Однако основной удар будет нанесён отсюда. Захватив русские поселения вдоль побережья, Британия не только отрезала России выход к важнейшей транспортной артерии, но и создавала постоянную угрозу военного вторжения с юга, что позволило бы держать Российскую империю на коротком поводке. Лорд Пальмерстон, случайно выживший под завалами своего дома, являвшийся главным организатором и вдохновителем нового похода на восток, этот момент в своём докладе парламенту отразил специально и нашёл полное понимание среди британской знати.

План рассредоточения сил флота был неожиданным и увенчался полным успехом. Прошедшая над проливами воздушная армада не обнаружила ни одного военного корабля и ушла ни с чем в то самое время, когда британский флот уже начинал концентрироваться у Тавридского побережья. Наблюдатели на аэростатах своевременно отследили вражеские корабли в полсотни миль от берега, но силы русского флота и объединённой эскадры были несопоставимы даже после разгрома у Констанцы.