С правом на месть - Юрий Ландарь

– Не таких сусликов выливали, – дрожащим голосом произнес Гартош.

«Идиоты! – прошипела змея. – Тенос, ты что, совсем с ума сошел, забыл, чем закончилось неконтролируемое призвание духов в прошлый раз?! Ты бы еще демонов вызвал!»

«Успокойся, Алаза! Справились ведь! Ничего страшного не произошло. Если носитель не будет паниковать, сможем справиться и не с такой ордой духов. И даже демонов», – отрезал шнурок.

– Может, потом продолжите разборки, – отрезвила всех Алеандра. – Остатки противника бегут. Вы что, собираетесь их отпустить?

Почти полтысячи гробросцев улепетывало с поля боя. Кавалеристы подымали пыль уже вдалеке.

«Алькон! – с помощью магии крикнул через сотни латонов Гартош. – Перехвати засранцев!»

Почти в тот же миг в нескольких местах пузырем вздулся воздух, и сотни боевых единорогов вылетели на перехват врага. Два полка вихрем налетели на убегающих в панике пехотинцев, и тем не осталось ничего другого, как побросать оружие и сдаться в плен. Оно и не удивительно, лучше уж неволя, чем тот ужас, с которым пришлось столкнуться несколько минут тому назад. Полки Алькона и Тереса перехватили кавалерию противника. Состоялся короткий, но жаркий бой, конница все-таки надеялась прорваться к своим. В плен попало всего лишь сотня кавалеристов.

Пока единороги выстраивали пленных под стенами Зелисара, атраты вновь устроили эмоциональный разбор прошедшего боя.

«Я всегда была против такого масштабного привлечения обитателей тонкого мира в войны и прочие разборки смертных! – горячилась Алаза. – Я уверена, что вполне можно было обойтись применением обычной боевой магии!»

«Духи решили проблему гораздо быстрей и эффективней нас, – возражал Тенос. – Они немного потрепали нам нервы в конце, но при должной сноровке и тренировке наш носитель уже не будет теряться при встрече с таким количеством опасных духов. А я уверен, что с обитателями тонкого мира ему придется столкнуться еще не раз. И бой с духами нужен в первую очередь для него, для того, чтобы он познакомился как можно с большими видами магии».

«Он и без нас очень хорошо справляется, – ядовито прошипела змея. – Вон как лихо сжег город, вместе со всеми обитателями».

Гартош ожидал, что Алаза не обойдет стороной уничтожение города, так и случилось. Алеандра, Квирт и Аруш тактично отошли в сторону, чтобы не мешать носителю выяснять отношения со своими атратами.

– Если бы я оставил Ритсолу в покое, то большинство владетельных лордов до сих пор строили бы козни в нашем тылу. И не забывай, что Жеран тоже не дремлет, и я сомневаюсь, что он стал бы дожидаться, пока мы разобьем Гроброс. – Носитель старался объясняться спокойно, но получалось плохо, эмоции так и рвались наружу, тем более он сам не был уверен в правильности своего поступка. – Если бы я не сделал то, что сделал, то погибло бы многократно больше людей. Я знаю, что многие не различают большее и меньшее зло, но для меня есть разница. Я свой выбор сделал, нравится он кому-то или нет. Хотя он мне и самому не по душе.

«Я поддерживаю носителя, – твердо заявил Тенос. – Иногда действительно приходится делать тяжелый выбор, и малодушие оборачивается гораздо более серьезными последствиями».

«Я тоже поддерживаю носителя, – не замедлил со своей оценкой Фатар. – Акт устрашения возымел свое действие».

«А ты, Венера, тоже считаешь, что Гартош поступил правильно?» – спросила змея.

«Я не знаю, Алаза, – жалобно ответила цепочка. – Мне жалко людей, сгоревших заживо, но если бы они сдались, то этого бы не произошло. Может, он действительно правильно поступил?»

«Все с вами понятно, – холодно сказала Алаза. – Я не буду никого переубеждать. Но знайте, по моему мнению, наш носитель все больше становится похож на Дривела, которого он сам же и убил. Если, конечно, кому-то интересно мое мнение».

– Мне очень важно твое мнение, Алаза, и я всегда к нему прислушиваюсь. Но иногда решения нужно принимать самому, даже если оно не правильное. Может быть, я не самый лучший носитель, но другого у вас пока нет. Так что потерпите.

Дискуссию носителя и атратов снова прервала Алеандра:

– Может, это кому-то интересно, но за нами наблюдают, не только с помощью магических окон и зачарованных животных, но и напрямую.

– Ты о чем? – встрепенулся Гартош.

– О ком, – поправила его вампиресса. – В ста шагах от нас стоят трое. Это не простые маги, скрытые пологом невидения, а кто-то гораздо более сильный.

С помощью атратов носитель и сам смог рассмотреть три размытых силуэта, которые, казалось, парили над землей в ста шагах.

* * *

– Что ты думаешь о бое с духами? – спросил один из таинственной тройки.

– Не особенно впечатлило, – ответил второй. – Да, Оскол довольно неплохо справился с высшими духами под Ритсолой и сумел обуздать «диких» духов здесь, но сделал он это, на мой взгляд, на пределе своих возможностей. Я разочарован. Мне казалось, что обладая полноценной семьей атратов, он должен чувствовать себя уверенней.

– А может, он просто не хочет показывать всей своей силы? – вступил в разговор третий.

– Вряд ли, – покачал головой второй. – Вы же видели, насколько тяжело ему дался этот бой. Дело скорей в другом. Он просто не успел освоить атраты в полной мере. Его собственной силы, его возможностей не хватает для раскрытия всего потенциала семьи. Либо сами атраты не желают раскрываться полностью. А может, и одно и другое вместе.

– Так может, пока Оскол не набрал полной силы, избавиться от него? – спросил третий. – Или хотя бы поставить на место. Ведь он в открытую противопоставил себя богам?

– Не всем богам, а только Клокии, – уточнил второй.

– Значит, то, что в этом бою смертные вступили в бой с духами, которые служат тебе, ты не считаешь своим личным оскорблением? – спросил первый из тройки, он же бог войны – Терхон.

– Нет, – невозмутимо ответил второй из собеседников, точнее ответила. Женщиной оказалась Зала – богиня смерти. – Мои духи всего лишь выполняли свою работу – собирали души умерших. Воевал Оскол и его друзья с «дикими» духами. Хотя то, что он помог стольким обитателям тонкого мира войти в мир живых, меня очень возмутило. И я придумаю ему наказание. Я думаю, Терхон, тебя больше волнует тот факт, что с возвращением Оскола, вооруженного семьей атратов, расклад сил в Иктиве изменится кардинально, и война, скорей всего, пойдет по другому сценарию.

– Да, – нехотя согласился Терхон, – сей факт меня весьма настораживает. Но война пойдет по тому сценарию, который я напишу.

– А они нас видят, – снова подал голос третий участник разговора – один из демонов войны, служащих Терхону. – Причем видит не только Оскол, у которого атраты, а и вампиресса. Очень подозрительная особа, должен сказать.

– Здесь все подозрительно, – сказал Терхон. – Особенно подозрительно, что одна из ключевых фигур Иктива, после продолжительного отсутствия, возвращается с семьей атратов.