Старая Контра - Павел Марушкин

– Ух!!! Вот мы и дошли до точки, парень. То-то я смотрю, мне всё время эта история с возрастом покоя не даёт… Говоришь, временем тоже можно повелевать? С помощью палочки?

– Ну… С такими вещами шутить жутко опасно, и сам я никогда не прыб… не пробовал, как ты понимаешь… Но вообще время – это всего лишь одна из функций пространства и тоже поддаётся манипуляции… Или что-то в этом роде. Э… А шо такоэ?

– Ты вот что, давай-ка тоже рассольчику, по-моему, мы малость перебрали. Забористое пойло, однако… – Иннот закрыл глаза и сосредоточился. – Смотри, что получается: три месяца назад Чаква Шамполамо бежит из монастыря в Вавилон, прихватив волшебную палочку. Там он каким-то образом активизирует её и перемещается в прошлое! То есть он оказывается в Вавилоне семнадцатилетней давности в возрасте двадцати двух лет, и с тех пор стареет, как и любой другой… И сейчас ему тридцать девять! Всё сходится, иерофант! Ты как вообще, понимаешь, о чём я?

– Аэтхр-р… Ан-на кой?

– Не знаю. Но он обладает реальной анонимной властью, в точности, как ты и сказал: это власть над жизнью практически любого человека в Бэби. Не знаю, зачем ему это понадобилось, но если… Если его мечтой было стоять за сценой и дёргать ниточки, на которых мы все танцуем… Великие предки, ну я набрался! Да, если такова была его цель, он её достиг! Он стал живой легендой, неуловимой тенью, крадущейся в сумраке по крышам Аппер Бэби; он ухайдакер-призрак! Эй! Иерофант! – Иннот запустил непослушную руку в волосы. – Смотри, какая у меня фенечка есть! – Пальцы почему-то гнулись плохо, и он добрых пять минут распутывал пряди.

Старец медленно сфокусировал взгляд на чёрной голове демона. Видно было, что он пытается протрезветь усилием воли, но зелёный змий легко задушил этот порыв.

– Чужеземец! Как там тебя? Енот? Ик! Ин-нот, во! Ну-ка – стоять, бояться! Отвечай, как на духу: откуда У тебя наш прибамбас?

– Девушка хорошая подарила. – Инноту всё труднее становилось справляться с опьянением; организм не успевал расщеплять алкоголь. – А она купила в какой-то аттинк… Антинк… Антикварной лавке.

Язык казался неповоротливым и толстым, как сарделька.

– Это… Знаешь, шо я тебе скажу?

– Н-нет, – честно ответил Иннот, пытаясь свести воедино раздваивающийся мир.

Иерофант некоторое время озадаченно молчал, ловя ускользнувшую мысль.

– А! Это… Слушай сюда. Ты… – Старец икнул. – Ты… С-сейчас… Сделал большое и доброе дело, вернув в башню талисман огромной мощи…

Он снова сбился с мысли и замолк, озадаченно глядя на собеседника. Каюкер усилием воли развёл съезжающиеся в кучку глаза.

– Э?

– Большое и доброе дело, – продолжал иерофант. – Поэтому я… Я, поэл? От яйца… То есть от лица коллегии корифеев, предлагаю тебе… Короче… Проси, чё хошь!

– Ну, это… Мне бы до кореша моего побыстрее добраться… – Однако, произнося эти слова, Иннот не больно-то верил в то, что метеорологи способны ему помочь.

– Слушай, друг… Френд! Амиго! Вот ты… Только как на духу: тебе правда надо?

Каюкер, не мигая, уставился в налитые кровью глаза иерофанта.

– Ты понимаешь… Предчувствия у меня больно тяжёлые. Чем скорее я окажусь рядом с ним, тем лучше.

Верховный Метеоролог выставил ладонь.

– Ни слова больше! Пет! Я сказал… Моё слово – ууу! Ни разу, короче… Завтра, поэл? Завтра мы тебя пошлём… – Тут наконец организм иерофанта не выдержал и сдался.

Старец мягко ткнулся лицом в стол и захрапел.

– Закуси мало, – глубокомысленно произнёс Иннот. – Вот она, извечная беда технической интеллигенции: всегда кажется, что надо добавить выпивки, в то время как добавлять следует закусь. Иерофант! Ты слышишь? Мардух! Э-э… – Иннот огорчённо вздохнул, глядя на спящего, и вновь потянулся за огурцом. – Жаль, вы тут все вегетарианцы. Я бы сейчас сальца с чесночком навернул бы… Колбаски копчёненькой…

* * *

Шаман кипадачи застонал сквозь зубы и вцепился пальцами в кучерявую шевелюру. Эти два идиота снова попались ведьме в лапы! И что хуже всего, именно тогда, когда им в руки вернулась наконец Книга! Стоит только инфернальной старухе понять, что оказалось у неё в руках… Склянка с зельем, позволяющим духу освободиться от оков тела, повалилась от неосторожного движения прямо в костёр. Клубы едко пахнущего пара с пронзительным шипением заполнили всё вокруг. Чихая и вытирая слезящиеся глаза, шаман на четвереньках вылез из хижины. Свежий воздух привёл его в чувство. Неподалёку перестукивались тамтамы: молодые охотники вернулись с богатой добычей, и праздничная шумиха ещё не успела утихнуть. Мне бы ваши заботы, подумал шаман. Выследить и убить зверя, завоевать сердце какой-нибудь красотки, одолеть в поединке врага… И не знать больше ничего, и быть счастливым. Отойти со спокойной душой к предкам, когда пробьёт час…

Господин Повелитель Погоды последнее время занят… Тучи призраков кружатся в незримом хороводе вокруг башни. Великие Силы чем-то встревожены… Вряд ли ему удастся выйти на связь. Некогда, давным-давно, Повелитель Погоды дал шаману кипадачи очень хороший совет. «Если ты не знаешь, как поступить, – изрёк он, – а башня молчит, то просто подумай: какой совет я мог бы дать? И поступай соответственно».

– Значит… – прошептал шаман, запрокинув голову и уставившись невидящим взглядом в лунный диск, – надо мне самому отправляться туда. Вот ведь какая фигня получается.

* * *

Сипапоккулы по натуре своей – существа любопытные и непоседливые. Кроме того, как и большинство лесных куки, они и знать не хотят о том, что такое дисциплина. О'Да и Такери-Такери не составляли исключения. К назначенному сроку оба, как всегда, опоздали. Старший агент презрительно поморщился: от снайперов ощутимо попахивало спиртным. Если бы не тот факт, что лучших стрелков просто не существовало в природе, их и близко не следовало бы подпускать к нашим операциям, мрачно подумал он. Не раз уже из-за этой беспечности и расхлябанности всё оказывалось на грани провала…

– Что новенького, шеф? – развязно спросил Такери-Такери, непринуждённо развалившись в кресле для посетителей. – Кому мы будем делать каюк на этот раз?

– Да, действительно! Слушайте, шеф, до сих пор все задания были очень лёгкими. Надеюсь, на этот раз дельце интересное?

– Очень интересное, мои дорогие! – Каракозо был само радушие; лишь те немногие, кто знал его достаточно хорошо, могли заметить, что он находится в последнем градусе ярости. – Нам предстоит отправить к предкам предателя и захватить опасного преступника. Как, не самая простая задачка?

– Ну, это смотря по обстоятельствам… – начал было О'Да, но Такери-Такери тут же его перебил:

– А кто предатель-то?

– Ваша соплеменница, вот кто. Адирроза.

– Адиррозка?! Ты что, предлагаешь нам подстрелить девчонку? Да чего она такого натворила?