Тени снов - Сергей Лукьяненко

Вот только я был поражен не меньше, чем он.

Раньше, когда мы приходили сюда, пост был наглухозаблокирован. Сиди за пультами, барабань по клавишам – ничего не отзовется.Только неяркий свет и тихий шорох вентиляции.

Сейчас пост жил.

Перед главным боевым пультом светился огромный трехмерныйэкран. Схематическое изображение огромного космодрома, каких-то строений,стоящих в уголку кораблей. Множество точек – зеленые и красные, ползающие покарте. Красных было совсем немного, и нетрудно было догадаться, что этопсилонские десантники. Зеленых – куда больше. Но никак не две тысячи, от силы –половина…

– Назовитесь, – прозвучал негромкий женский голос. – Раса,подданство, звание, имя и фамилия.

Я сглотнул застрявший в горле комок.

Компьютерный пост бункера ожил. Видимо, когда началасьатака, какие-то системы начали расконсервацию точки.

– Назовитесь… – с теми же интонациями произнес голос.

– Человек, Империя Людей, ополченец, Алексей Кононов… –прошептал я.

– Опознание завершено. Согласно правилам чрезвычайнойситуации управление боевой точкой «Дельта» переходит к ополченцу АлексеюКононову. Прошу вас занять место командира.

Я оглянулся, ожидая поддержки. Но Эн была ошарашенаполностью. Озиралась, держа бластер обеими руками, словно готовилась отразитьнападение. Вот у Артема в глазах вдруг появилась искренняя детская радость.Мальчишка попал в свои героические сны. Самые-самые героические, когда тебевнезапно дается в руки власть и оружие.

– Принимаю командование, – сказал я, не узнавая своегоголоса. – Доложить обстановку.

Кресло командира было слишком велико, словно я снова сталребенком. Потом я сообразил, что оно рассчитано на человека в тяжелой боевойброне.

– Объект охраны подвергается вторжению. Противникидентифицирован как псилонский десантный крейсер «Лоредан». Силы вторжения:четыре десантных бота, сорок особей десанта, три истребителя типа «Трамп». Кнастоящему моменту планетарными силами уничтожено: один десантный бот и триособи десантников. На объекте в данный момент находится тридцать семь особейдесанта. Истребители осуществляют охрану «Лоредана», вышедшего на посадочнуютраекторию. Расчетное время касания – двадцать четыре минуты.

Компьютер бункера не умел удивляться. Он тоже был тенью издолгих-предолгих снов.

– Вспомогательные точки «альфа», «бета», «гамма» уничтоженыатакой истребителей. Обращаю ваше внимание на точность атаки, предполагаюналичие на планете вражеских агентов. Силы ополчения рассеяны и беспорядочнодвижутся по полю космодрома. Обращаю ваше внимание на некомпетентноеруководство войсками. Продолжается сопротивление наших сил в районе штаба.Предполагаемое время захвата штаба – девять минут. Жду приказаний.

Пульт передо мной сиял сотнями кнопок, сенсорных панелей,индикаторов, мелких экранчиков. Я не знал, как с этим всем управляться, но этобыло, в общем-то, неважно.

– Доложить возможные меры противодействия десанту, – сказаля.

– Атака крейсера «Лоредан» в момент спуска на планету.Вероятность успеха – пять процентов. Атака псилонского десанта на полекосмодрома. Вероятность успеха – семьдесят три процента, с последующимуничтожением бункера космическими силами агрессора.

– Мы же пришли сюда затаиться! – выкрикнула из-за спины ЭнЭйко. – Алексей!

Я читал достаточно книг о войне, да и фильмов повидалнемало. Я лишь не знал, насколько боевые посты стационарных огневых точекдублируют рубки космических кораблей.

Вот и шанс проверить.

– Опасность бунта! – сказал я.

– Выполнено, – отрапортовал компьютер, когда синеватыйстакан защитного поля накрыл кресло. Эн Эйко, уже поднявшая пистолет, нерискнула выстрелить.

Я посмотрел на экран, где красные точки «рассеивали»зеленые, а десяток десантников сходился вокруг штаба.

– Атака десанта, выполнять, – сказал я.

– Выполняется, – подтвердил мягкий голос.

Что происходило над нами, на поверхности, я представлялпрекрасно. Лазерные турели и ракетные трубы, лезущие из земли.Разворачивающиеся чащи радаров. Всполохи энергии – огненные плети, мощностикоторых хватает для боевых кораблей.

На десант, пусть и хорошо защищенный, тоже должно хватить.

– Мы же все равно не победим! – закричала Эн Эйко. – Всеравно! Истребители уничтожат бункер, «Лоредан» сядет и закрепится, планетусожгут мезонной бомбардировкой!

Ее голос был искажен защитным полем, и казался не совсемчеловеческим.

В какой-то мере оно было верно.

– Там мои друзья, – сказал я, кивая на экран, где безнадежноогрызался штаб космопехоты. – Теперь – у них есть шанс.

– У нас? У нас – есть? – крикнула Эн Эйко. Маленькая,хорошенькая, кудрявая девочка Эн, которую очень хорошо научили служить изащищать.

Своих.

Мы все для нее чужие. И нет разницы между псилонцем ичеловеком с фронтира.

– Шанс был бы, – сказал я. – Если бы ты не передалапсилонцам информацию о трех известных тебе боевых точках.

Я смотрел на лицо Артема – мне хотелось знать, известно ли этоему.

Мальчик закусил губу.

Знал.

– Псих! – закричала Эн Эйко. – Это был единственнаявозможность! Нам позволили бы покинуть планету!

Одной рукой она схватила Артема, прижала к себе, словнокуклу. Пистолет смотрел мне в лоб, но стрелять девочка не пробовала. Видимо,реально оценивала мощность защитного поля.

– Сорок процентов боевых систем выведены из строя, – сообщилкомпьютер. – Уничтожено девять вражеских особей.

Я ждал. Мне не надо было касаться кнопок и ловить врагов вперекрестья прицела. Время детских игр кончилось.

– Шестьдесят процентов боевых систем выведено из строя.Уничтожено четырнадцать вражеских особей. Случайные потери наших сил – вграницах допустимых норм.

Игры – кончились. Зато нормы – остались.

– Восемьдесят процентов боевых систем выведено из строя.Уничтожено шестнадцать вражеских особей. Расчету рекомендуется покинутьтерриторию бункера.

– Снять защиту с поста командира, – сказал я, вставая. Наглавном экране красные точки торопливо стекались в нашу сторону. Не уйти. Всеравно – не уйти. Но лучше под небом, а не в раскалившейся от плазмы бетоннойноре.

– Сволочь! – сказала Эн Эйко.