Страж - Кэтрин Ласки

– Но если мы не знаем его имени, то как пустить слух о том, что волки Кольца украли медвежонка?

«Дураки!» – подумал Тоби. Мама же сразу заметит, что он пропал. Неужели эти волки настолько глупы, что не понимают, что медведица разозлится не на шутку, заметив его отсутствие?

– Давайте придумаем имя. Допустим, Иан.

– Иан – это волчье имя! – огрызнулся волк со шрамом.

– Но мы не знаем медвежьих имен, – сказала волчица.

– Тогда спроси его, Фретта. Просто скажи: «Ну ладно, придумай какое-нибудь имя, чтобы мы так тебя называли».

– Хорошо, я попробую.

Маленький умишко Тоби заработал изо всех сил.

– Эй, ты… – Фретта одернулась. – То есть послушай, малыш.

Никогда это ласковое слово не произносилось таким неестественным тоном. В нем не было ни единой ласковой нотки.

– Малыш, – продолжила Фретта. – Наверное, не говорить своего имени – это какой-нибудь древний медвежий обычай.

«Замечательно!» – подумал Тоби. Эта глупая волчица подала ему еще одну блестящую идею. Он кивнул.

– Не скажешь почему?

Он склонил голову вбок, будто размышляя над смыслом древнего обычая.

– Это принесет несчастье.

– Кому? Тебе или мне?

Медвежонок пожал плечами, словно ему было все равно. «Молчание лучше болтовни», – подумал он.

– Ну ладно. Нам все равно как-нибудь нужно тебя называть. Не хочешь выбрать имя?

Он посмотрел на волчицу непонимающим взглядом.

– Скажи какое-нибудь медвежье имя.

«Медвежье имя!» Тоби на мгновение действительно задумался. Он понимал, что нужно этим воспользоваться. Что, если он скажет какое-нибудь не подходящее для медведя имя? Тоби нравились разные слова, нравилось играть ими и складывать из них новые. Они с братом Берни часто развлекались подобным образом. У него, конечно, получалось лучше, чем у Берни. И откуда этим глупым волкам знать, какое имя медвежье, а какое нет? «Иш… иш…», – перебирал он в памяти. Действительно, звучит смешно. Нужно еще какой-нибудь смешной слог. Или «чудной» – это словечко куда забавнее, чем «странный» или «чужой». Чудной… чудной… «чудд».

– Послушайте, – вмешался волк со шрамом. – Я не собираюсь тратить целый день на игры с именами. Поход и так затянулся на полдня дольше, чем мы рассчитывали. Как только мать обнаружит пропажу и впадет в ярость, пойдут слухи. Нам нужно подготовиться…

Но тут Тоби прервал речь Дунбара.

– Называйте меня Ишчудд.

В наступившем молчании отчетливо прозвучало клацанье, с каким Дунбар захлопнул свою пасть. Волки выглядели изумленными. «Что же я сказал?» – пронеслось в голове у Тоби.

– «Ишчудд!» – в глазах Фретты засверкали злобные огоньки. – Звучит очень… э-э-э… по-волчьи. На древнем волчьем языке.

– Правда? – широко раскрыл глаза Тоби. Он выпалил это слово случайно, но можно было этим воспользоваться. Было видно, что Фретта чем-то раздосадована. – И что же это означает по-волчьи?

– Не могу сказать.

Она вся напряглась и подалась назад, как будто чего-то испугавшись.

– Наверное, приносит несчастье, – тихо добавил Тоби.

Фретта осторожно отошла от края ямы. Медвежонок внимательно наблюдал за ней и за тремя другими волками. Волосы у них на загривках встали дыбом, уши прижались к голове, в глазах затаился страх. «Что же я наделал? – думал Тоби. – Как мне выбраться отсюда? Отпустят ли они меня?»

В это же мгновение пошел снег. Волки посмотрели на небо.

– Плохо дело, – сказал один из них. – Помните, о чем предупреждала Эдме?

– Она просто дура, – прорычал вожак.

– Но это же очень странно, милорд, – сказала Фретта. – В Праздник Крови и Шипов тоже шел снег. Посмотрите, он идет, несмотря на то что ярко светит солнце.

Она помолчала и добавила тише:

– Погода стала совсем кэг-мэг. А еще и этот медвежонок, назвавший себя именем «Ишчудд».

Она украдкой бросила взгляд на волка с пенной пастью, который слегка раскачивался на ногах, стоя вдалеке.

Волк со шрамом снова беспокойно посмотрел на небо.

* * *

Дунбар Макхит спустился с безопасной насыпи, схватил Тоби за ухо и подтащил его поближе к волку с пенной пастью. Отпустив медвежонка, он тут же побежал назад, на насыпь.

Тоби крепко зажмурился. Ничего страшнее волка с пенной пастью он в жизни не видел. Глаза волка были красными с желтыми прожилками. Десны его покрывал зеленый налет, а из пасти доносилось ужасное зловоние.

– Старый Кагс, это Макун. Макун, поприветствуй Старого Кагса! Надеюсь, вы подружитесь. Если, конечно, ты останешься в живых, Макун.

– Макун? – распахнул глаза Тоби. – Меня зовут не Макун. Я Ишчудд! Иш-чудд!

Он произнес это имя медленно, смакуя каждый слог. Волки, в том числе и Старый Кагс, задрожали. Дунбар Макхит глухо зарычал.

– Скажи еще раз, и я откушу тебе ухо!

Но Тоби не слушал его. Он молнией бросился через всю яму, вскочил в трещину в каменной стене и попытался протиснуться в нее как можно дальше.

* * *

Солнце медленно перемещалось по небу, падающие в яму тени становились все длиннее, а Тоби оставался в расщелине. Четверо поймавших его волков направились прочь, переговариваясь между собой. До медвежонка по-прежнему доносились обрывки их разговора:

– Просто не верится! Ишчудд. Выбрал же имечко!

– Дурной знак.

– Да и погода странная…

Почему они так волнуются? Его мама говорила, что многие волки из страны Далеко-Далеко очень суеверные, не как медведи. Может, он случайно произнес слово, похожее на их проклятье или на ругательство? И почему важно, чтобы волк с пенной пастью знал его имя?

Тоби с трудом развернулся и выглянул из своего убежища. В центре ямы прыгал и вертелся безумный волк, охотясь за собственным хвостом. Когда он увидел мордочку Тоби, то тут же устремился к нему. «Нет, он слишком большой, чтобы пролезть сюда! – успокаивал себя медвежонок. – Урсус, спаси меня! Я не хочу умирать».

Волк с глухим звуком обрушился на каменную стену, прорычал и громко завыл. Вой его чередовался с бормотанием, но Тоби не мог разобрать ни слова – вся речь волка с пенной пастью казалась ему совершенной бессмыслицей. Раз за разом волк бросался на щель в стене, и постепенно воздух в ней наполнило его едкое дыхание. А потом что-то скользкое пробралось внутрь, похожее на темно-красную змею в желтой слизи.

– Урскадамус! – воскликнул Тоби. Это был язык Старого Кагса, жирный вонючий язык. Воздух в маленькой расщелине наполнило зловоние. Язык этот шевелился в поисках медвежонка, и Тоби подался назад, наткнувшись задней лапкой на острый камень. Даже не задумываясь, Тоби схватил его и изо всех сил вонзил в вонючий кусок мяса.