Дар богини: моё проклятие - Мия Ловиз

Очередной сон без сновидений оборвался голосом Лизки в голове «Вставай, соня!». Приоткрыла один глаз, блиииин утро. Не соврал Альдар, когда сказал с первыми лучами, реально — первый луч светит прямо в глаз. Я повернулась на бочок, прячась от него и проговорила скороговоркой:

— Солнце светит прямо в глаз, надо ехать на Кавказ, — голос в голове Лизкиного ржания (по-другому и не скажешь — 100 % лошадь) меня разбудил окончательно.

— Нам надо к горе Ин-Колерз, — сказал эльф, который копошился и собирал свои вещи.

— Ну, почти угадала. Альдар, а дорога слишком опасная? — решила я уточнить. Надо знать, чего ожидать.

— Так как мы идём в обход, то нет, просто длинная. На землях Варен-Илирис не слишком много живности. Их богиня не дала им ничего, кроме жизни. Я про вампайров, суккубов и инкубов, — махнул куда-то в сторону и добавил:

— Жизнь эти земли получили тогда, когда построили храм для Нириарии.

— Это тот, где ты меня нашел? — помню Богиня говорила, что я в её храме появилась.

— Совершенно верно. Тот храм возвела супружеская пара вампайров, они хотели иметь детей, что по их природе не могло случиться. Иллиада убила супругов и уничтожила храм. Мужчину уничтожила сразу, а женщину принесла в жертву на алтаре в столице у кровавого родника. После этого она и стала Императрицей, благословленной самой Иливариэль, — за его рассказами я окончательно проснулась. Мы собрались и пошли к выходу с этой тайной поляны. Впереди долгий путь.

— А Император есть? — не знаю почему я решила спросить.

— Был, — я удивленно посмотрела на эльфа показывая всем своим видом, что жду продолжения истории.

— Его звали Варенарн. Неплохой был инкуб, только одна ошибка — слишком он любил свою супругу, — я удивилась еще больше после его слов.

— Разве это плохо, когда любишь свою же жену? — спросила и вскарабкалась на анвару. Альдар сел на своего вороного и тогда только продолжил:

— Это не плохо, если жена не само зло. Иливариэль, благословив, дала ей в дар магию: иллюзия, гипноз и управление самой тьмой, этого оказалось достаточно, чтобы получить признание и власть. Только все это было рождено страхом, манипуляциями и кровавыми жертвоприношениями… — я слышала, как тяжело ему было все это рассказывать, как он зол на Иллиаду.

— Так что? Она убила своего мужа? — решила все-таки узнать, чем закончилась эта их «любовь-морковь».

— Возможно это была и она, но обвинили в этом светлых эльфов. И мир, который почти был заключен, не осуществился. Император был братом твоей Варсалиссы, она не говорила? — я лишь открыла рот от удивления. — Значит не говорила, — сделал выводы Альдар.

Я тоже сделала для себя выводы почему она меня не выдала, хотя отлично знала кто я. Уверена, про то, что меня ищут демонионы, да и чего уж там и её Императрица, тоже. Думаю, не только в эмоциональном питании все заключается, брат Лиссы главная причина. Благодаря ненависти к Иллиаде меня приютили, кормили и дали возможность заработать. Но я очень надеюсь, что мы подружились.

Большую часть пути мы проехали молча, да и Лизка ни слова не произнесла за это время. Я уже испугалась не пропала ли наша связь.

«Лиза? Тебе не тяжело?» — спросила у нее мысленно.

«Нет!» — раздалось в ответ, а потом тихое хихиканье.

«Я уже испугалась, что наша связь исчезла или что ты в обиде может на что-то», — поделилась с ней своими предположениями.

«Не думаю, что так просто избавиться от нашей связи, так что не переживай подруга. Обижаться у меня нет причин, я просто обдумывала своё», — ответила она и было слышно, что говорила с улыбкой.

«Может и так. Слушай, тут у меня одна идея появилась. Мы ведь как-то не так начали наше пребывание в этом мире: шок, драки, погони и тому подобное — не жизнь, а блокбастер. Как ты смотришь на то, чтобы по одной металлической кружечке принять коллекционного винишка от моей новоиспечённой подруги? С Альдариком, за знакомство, после ритуала, а?» — я знаю любовь подруги не к алкоголю, а скорей к дегустации этого замечательного продукта. Поэтому я так красиво и подчеркнула «коллекционного» — поведётся же. Три. Два. Од… Не успела досчитать мысленно, как послышался ответ:

«Вот это я понимаю предложение! Пора уже начинать относится ко всему, как к приключению, а не трагично вздыхать и рыдать. Котись оно все колобком с этого. Как эго…»

«Кавказа?» — спросила недоумевая, о чем она.

«Во, Ин-Колерза!» — махнула головой на гору, заснеженную шапку которой уже было видно. Мы взорвались смехом и замечу я, что не мысленно. Вот так, думает небось Альдар, ни с того ни с сего смеются, причём вслух смех львицы был с похрюкиванием.