Сапфирная роза - Дэвид Эддингс

Спархок, задыхаясь от кашля, жестом руки показал на своегорло. Когда же ему удалось восстановить дыхание и утраченное самообладание,граф Лэндийский посмотрел на королеву и спросил:

— Я полагаю, ваше величество приняли предложение вашегорыцаря?

— Конечно. Как раз этим я и была занята, когда вывошли.

— О, — сказал старый мудрый граф, — понимаю.

— Мои поздравления, милорд, — грубовато произнесКьюрик. Он стиснул руку Спархока в железном рукопожатии и энергично потряс ее.

Келтэн не отрываясь смотрел на Элану.

— Спархок? — недоверчиво протянул он.

— Не правда ли странно, мой дорогой, что твои друзьяникогда в полной мере не осознавали твоего величия? — сказала ЭланаСпархоку. — Сэр Келтэн, — затем продолжила он, — твой другдетства самый лучший рыцарь на всем белом свете. Любая женщина почла бы зачесть быть его мужем. — Она довольно улыбнулась. — Однако именно яполучу его. Хорошо, друзья мои, пожалуйста, садитесь и расскажите мне о том,что произошло в моем королевстве, пока я была больна. Я надеюсь, вы будетекратки, ибо нам с моим обрученным необходимо обсудить еще очень многое.

Вэнион оставаясь стоять посмотрел на остальных.

— Если я о чем-нибудь забуду упомянуть или скажуневерно, пожалуйста, не стесняйтесь и поправьте меня, — сказал он ипосмотрел в потолок. — С чего бы начать? — в задумчивости произнесмагистр.

— Сначала расскажите мне, чем я была больна, —предложила Элана.

— Вы были отравлены, ваше величество.

— Что?

— Да, вы были отравлены очень редким ядом из Рендора —тем же самым, что убил вашего отца.

— И кто же это сделал?

— В случае с вашим отцом — его сестра, а вас отравилпервосвященник Энниас. Вам ведь было известно о том, что он метит на местоАрхипрелата в Чиреллосе.

— Конечно, и я делала все возможное, чтобывоспрепятствовать ему в этом. Если Энниас добьется своего, я обращусь вэшандистскую веру или в стирикскую. Ваш бог примет меня, Сефрения?

— Богиня, ваше величество, — поправила ееСефрения. — Я служу Богине.

— Надо же, как интересно! А мне надо будет постригатьволосы и приносить ей в жертву эленийских детей?

— Что за нелепости ты говоришь, Элана, — строгосказала Сефрения.

— Я только шучу, Сефрения, — рассмеяласькоролева. — Но разве не так простые эленийцы рассуждают о стириках? А каквы узнали про отравление, лорд Вэнион?

Вэнион кратко рассказал о встрече Спархока с призракомкороля Алдреаса, о том, как было обнаружен кольцо с рубином, которое теперьиз-за оплошности рыцаря украшало его собственную руку. Затем магистр поведал овозведении кузена королевы в принца-регента, хотя за его спиной государствомправил сам первосвященник.

— Личеас — принц-регент?! — воскликнулаЭлана. — Но это же просто смешно. Он даже одеться не может без постороннейпомощи. — Она нахмурилась. — Если я была отравлена тем же самым ядом,что и мой отец, каким же образом мне удалось остаться в живых?

— Нам пришлось прибегнуть к магии, чтобы сохранить вамжизнь, королева Элана, — сказала ей Сефрения.

И Вэнион рассказал о возвращении Спархока из Рендора, об ихрастущем подозрении, что Энниас отравил ее, чтобы получить доступ ксокровищнице для осуществления своего желания стать Архипрелатом.

Тут рассказ продолжил Спархок и повел речь о том, какнебольшой отряд, состоящий из рыцарей Храма и их спутников, отправился сначалав Чиреллос, затем в Боррату и наконец в Рендор.

— Кто такая Флейта? — перебила его Элана.

— Стирикский найденыш, — ответил рыцарь. — Покрайней мере, мы сначала так полагали. На вид ей, казалось, лет шесть, но насамом деле она гораздо старше. — Далее Спархок поведал о путешествии поРендору, о встрече с лекарем в Дабоуре, который в конце концов рассказал им отом, что только при помощи магии они смогут справиться с недугом королевы. Неупустил рыцарь в своем рассказе и о своей встрече с Мартэлом.

— Мне он никогда не нравился, — фыркнула Элана,состроив рожицу.

— Теперь он работает на Энниаса, — сказал ейСпархок, — и он находился в Рендоре в одно время с нами. Был там одинсумасшедший старик, религиозный фанатик — Эраша, духовный вождь королевства.Мартэл пытался подбить его на вторжение в западные королевства, дабы развязатьЭнниасу руки во время выборов нового Архипрелата. Когда мы с Сефренией вошли вшатер Эрашама, то там мы и застали Мартэла.

— Ты убил его? — с надеждой в голосе спросилаЭлана.

Спархок растерянно моргнул от неожиданного вопроса.

— Момент для этого был слишком неподходящим, моя королева, —извиняющимся тоном произнес Спархок. — Однако мне удалось уговоритьЭрашама отложить свой поход на запад, пока он не получит от меня особойвесточки, чем привел Мартэла в неописуемое бешенство. Затем мы с ним немногопоболтали, и он сообщил мне о том, что именно он нашел этот яд в Рендоре ипередал его Энниасу.

— Подобное действие подлежит наказанию в суде, лордЛэнда? — спросила Элана.

— Это зависит от решения судьи, ваше величество, —ответил граф.

— Тогда беспокоиться не о чем, — сказала неумолимаяЭлана, — потому что я буду и судьей, и присяжными заседателями.

— Это незаконно, ваше величество.

— Ничего, они тоже не особенно церемонились со мной имоим отцом. Продолжай свой рассказ, Спархок.

— Мы возвратились в Симмур и отправились в Замок Ордена.Ночью я получил знак явиться в королевскую гробницу, где встретился с призракомтвоего отца. Он поведал мне об очень важном, и в первую очередь о том, что егоотравила Арисса, а тебя — Энниас. А также о том, что эта парочка находилась винтимной близости, плодом которой явился Личеас.

— Слава Богу! — воскликнула Элана. — Я такбоялась, что он незаконнорожденный сын моего отца. Ужасно неприятно знать уже ито, что этот мерзкий тип приходится мне кузеном, но братом… Это простонемыслимо.

— Также призрак короля Алдреаса сказал мне, чтоединственное лекарство от вашего недуга — это Беллиом.

— Что это — Беллиом?

Спархок вынул из-за пазухи холщовый мешочек и извлек из негопред светлые очи молодой королевы Сапфирную Розу.