Давай станцуем в бессмертие - Дора Коуст

— Перед выступлением зайду.

В будни клуб открывался раньше, поэтому к шести я уже должна успеть переодеться и поговорить с начальницей. В принципе, могла особо не торопиться — еще полчаса в запасе имела, но лучше сразу пройти к сцене. По крайней мере, оттуда меня вытащить будет проблематичнее.

Раскрыв шкаф, с удивлением обнаружила свою пропажу. Мой огненно-красный костюм как ни в чем не бывало занимал одну из вешалок. Монетки поблескивали, отражая свет ламп.

Погладив мягкую невесомую ткань ладонью, достала костюм и положила его на кресло. Радовалась, что Эшли вернула его на место, но это одновременно и настораживало. Обычно она никогда не исправляла то, что натворила, и логика в этом была самая что ни на есть прямая. Навредить конкуренткам — это в ее духе.

Этот костюм был самым дорогим в моей коллекции. Строго говоря, я на него угробила целых две зарплаты, но нисколько не жалела. Огнеупорная ткань стоила недешево, а пошить из нее топ и сложную юбку с отделкой — заоблачная сумма, но для моего выступления — самое то.

Такую ткань в одежде использовали иллиты, выходя охотиться за стену. Она защищала тело от огня, а волосы опрыскивали специальным раствором. Все это имелось у меня в наличии, хоть пламя и не вредит мне, однако конспирация — наше все. Даже монетки были вылиты из жаропрочного металла, который использовали для создания клеток.

Уложив волосы, скинула джинсы и футболку. Костюм сел как влитой, а юбки приятно касались кожи ног, словно их обернули в шелка. Наносила макияж. В этот раз использовала красную помаду, но не потому, что это нравилось начальнице, а потому что подходило к образу. Огненная девушка — дикое пламя Дженифер.

Когда выбралась в коридор и не наткнулась на разъяренного иллита, облегченно выдохнула. Уже не боялась его, но его сущность заставляла оставаться начеку. Я — феникс, а он — иллит, и этого не изменить.

Девушки, готовящиеся к выступлениям, поглядывали на меня с удивлением. Ничего удивительного я в себе не находила, но приписывала излишнее внимание костюму. Он действительно был прекрасен и стоил того, чтобы им восхищались. Точки на часах отсчитывали последние десять минут перед выступлением, когда я остановилась перед дверью в кабинет начальницы. Казалось, что что-то поменялось, но нет — место встречи изменить нельзя. Эшли, как и в прошлый раз, подпирала стену.

— Что ты здесь забыла? — возмутилась дамочка, накручивая светлую прядь на палец. Как-то не везет мне в жизни с блондинками. Что ни дама, так беспринципная стерва.

— Тебя забыла спросить, — усмехнулась, собираясь войти.

— Кристи сказала, что ты уволилась, так какого каравараза ты тут делаешь?! Теперь я первая выхожу на сцену!

Оглядев ее снисходительным взглядом, вошла в кабинет начальницы. Такого бреда я еще от Эшли не слышала. Нет, ну надо же придумать, что я уволилась. Да не дождется!

— Дженифер? Почему ты в костюме? Разве Морган тебе ничего не сказал?

— Не сказал чего? — вот теперь я откровенно насторожилась.

Начальница смотрела на меня виновато. Начальница! Виновато! Это прямо сродни фоксу, свободно разгуливающему по городу, — зрелище почти невозможное.

— Мне очень жаль, но ты больше здесь не работаешь, — проговорила она, делая вид, будто очень занята документами.

— Ты не забыла, что у нас контракт? — главное — не кричать.

Спокойно, Дженифер, спокойно. Все еще можно уладить. Это какое-то недоразумение.

Кристи со вздохом отложила документы и нагнулась, почти полностью скрываясь под столом.

— Твоя зарплата за отработанные дни. — На столешницу шлепнулся белый конверт. — Пересчитывай и иди. Мне проблемы не нужны. Контракт расторгнут, — ответила, упрямо поджав губы.

— Какие проблемы? Почему ты расторгла контракт? — машинально подошла ближе, но конверт не трогала. Не нравился мне этот разговор.

— Спроси у Карто Тиэк.

Так и знала! Вот гаденыш! Чтоб его каравараза покусала!

— При чем тут он? Это ты расторгаешь контракт.

— Если я оставлю тебя, то он закроет мой клуб. Ты не настолько незаменима, чтобы я лишалась дела всей своей жизни.

— Хорошо, но сегодня-то мне можно выйти на сцену? Так сказать, прощальное выступление. — Да я к этому выступлению почти месяц готовилась! Столько денег угробила, чтобы просто убрать все в шкаф и забыть? Ну уж нет! Я буду сегодня выступать!

— Ладно, — нехотя согласилась начальница, оценивая мой костюм профессиональным взглядом, который сразу переводил представления в перто. — Выступаешь и забираешь вещи. Мне не нужны проблемы, — зачем-то повторила она, словно я не поняла с первого раза, по чьей милости меня выставляют на улицу. Да, невелика потеря, но придется поднапрячься, чтобы найти похожее место.

— Отлично. Только не забудь добавить в этот конверт еще и неустойку. Все-таки это именно ты расторгаешь контракт.

Заглянув в гримерную, убрала в сумку два белых конверта. На сцену спешила как никогда — уже слышала звуки музыки, обозначающей начало вечера. Мимо Эшли промчалась с особой улыбкой. Придется ей сегодня побыть второй, хотя навряд ли кто-то из девочек уступит ей свое место, а значит, снова пойдет последней. Да, упивалась злорадством, но если вспомнить, сколько она мне попортила нервов, то совесть сразу же как-то уходит на последний план.

— Дамы и господа, встречайте! Наше дикое пламя — Дженифер!

Ведущий покинул сцену, а я продолжала стоять за кулисой. Постепенно зал погружался во тьму, и лишь свечи на столиках освещали лица гостей. Музыка, едва слышная вначале, начала набирать темп, а я спешно вышла на середину сцены, крепче ухватываясь за рукояти золотых крыльев.

Прожектор столпом ударил в глаза, освещая мою фигуру, закрытую крыльями, а ноги уже сами понеслись вперед. Кружилась, делая мелкие шаги, а ткань вокруг развевалась, то походя на самые настоящие крылья, то на длинную юбку, то на плащ. Создавала волны не только тканью, но и бедрами, животом. Ослепленная, не видела гостей, но точно знала, что делаю. Этот танец станет самым эффектным не только сегодня, но и останется таковым навсегда.

Темп смягчился, а движения стали плавными, страстными. Улыбалась широко и открыто, всматриваясь в темный зал. Такие взгляды не проходили даром — каждый мужчина хотел, чтобы на него посмотрела так танцовщица, но никто из них даже не догадывался, что перед глазами чаровницы стоит темнота.

Кружилась по сцене, чтобы вновь оказаться в самом центре. Отбросить крылья и поднять металлические веера — любовь в каждом шаге, страсть в каждом изгибе. Музыка льется, мелодия сводит с ума. Мягкие шаги к лестнице — девушки, выступая, редко спускаются в зал, но сегодня как раз тот случай.

Крутила незажженные веера, танцевала перед первыми столиками, даря улыбку каждому гостю. И даже вон тому — задумчивому, который сидел так вальяжно, невозмутимо, словно не на него я смотрю последние секунды, будто наши прямые взгляды — само собой разумеющееся.