Янтарь на снегу - Оксана Глинина

В назначенный час Вардас прошел в бывшие конюшни в подвале дальней от основных покоев башни, больше напоминавшие лабораторию алхимика с подкопченными сводчатыми потолками. Многочисленные заставленные склянками и замысловатыми приборами столы занимали почти все пространство. Высокий подсвечник, дающий тусклый дрожащий свет, встал на деревянную кафедру, установленную перед большим рунным кругом. Многостраничный том в медном окладе был раскрыт на нужной странице. Можно начинать.

Пальцы скользнули по строкам, и поток древних слов слился в единый шепот. Руны на пергаментной странице заметно подрагивали. Круг призыва на каменных плитах пола слабо замерцал, начал вращение вокруг вспыхнувшего столба света. Мрак в углах комнаты сгустился и пульсировал, как живой. Яркая вспышка ослепила на мгновение и…

Ничего…

Зал, как и прежде, был пуст, лишь слабый запах смолы в воздухе говорил о столкновении зарядов потусторонних сил.

— Да что же это? — Канцлер раздосадованно огладил бороду. Он обошел два раза вокруг исписанного рунами участка пола, потирая руки и тщательно проверяя правильность написанного. Бронзовые сферы, покручиваясь на столе, показывали постоянный поток нагнетаемой мощи. Астролябия даже не дернулась при повторной проверке связующих каналов через звездные мосты.

Вторая попытка. Спина Вардаса заныла от напряжения. Если бы ему пришлось рассчитывать только на свои силы без подпитки от подземных водных жил, он давно потерял бы сознание, как опустошенный йодас после танцев на раскаленных углях нави.

Руны прочитаны, кольцо замкнулось, вспышка…

— Не понимаю, ничего не понимаю!

Все это совсем не нравилось канцлеру, очень не нравилось. Но он слыл не только лучшим воином в королевстве, а еще и ученым человеком, сведущим в запретных тайнах и наравне с этим в тонких сферах дворцовых интриг. Будь он только хорошим бойцом, его племянник не сидел бы на троне, а тихо гнил в подземных казематах, куда его спровадили бы добрые намерения многочисленных «заботливых» родственников по линии монаршей батюшкиной особы. Так вот, благословляя лорда Браггитаса на рейд за потерянной родственницей, Майло передал таинство печати портала Легарту, несмотря на запретность этих знаний в глазах главного дознавателя и всего ордена. Поэтому связующий, тонкий, как нить, канал нужно было держать открытым, сколько бы на это ни понадобилось времени и сил. Канцлер Вардас стал в середину круга и расставил руки в стороны, пытаясь сосредоточиться на личном контакте. Время, им нужно время…

Перед его носом в воздухе возникла слабая искра…

Майло Вардас — грозный канцлер Великого Латгельского королевства, был слегка обескуражен, немного ошеломлен и если не сбит с толку, то точно сбит с ног. В него еще никогда не врезались молодые девицы. Обычно они обходили его стороной, осеняя себя знаком Пречистой. А тут со всего разгона в него врезалась девчонка, судя по одежде — служительница этой самой Пречистой, чтоб ее. Неприглядность данной ситуации скрывалась в принадлежности самого канцлера к культу Темной богини. В былые годы представители столь разных воззрений трудились совместно — в Темные времена, когда эти территории стали заселять люди, местные леса и болота наводняло столько нечисти, что просто жуть. Вот и отправили жриц Живы и служителей Брексты «чистить» местность от всякой гадости самым что ни на есть естественным способом. Жрица колдовством выманивала всякую нежить, а воин эту нежить освященным мечом быстренько отправлял в Навь. Ну, насколько быстро — зависело от мастерства самого воина. Как показали совместные «чистки», служители разных культов были слишком противоположны в методах работы. А противоположности, как выяснилось, по всем законам мироздания притягиваются.

В общем, запретили совместный труд служителей разных культов под предлогом катастрофического уменьшения поголовья нечисти. И хоть леса и болота по-прежнему населяли йодасы, кадуки и прочая пакость, пусть и не в таких количествах, как раньше, но увеличение площади пашен и пастбищ стало приносить немалую прибыль лордам. А тут еще и пары служителей начали образовывать семейные союзы. Тогда высшим духовным советом было решено выселить служителей Брексты с земель, на которых этот культ зародился. Так оплот повелительницы темноты оказался в Ивелессе, а сами воины-храмовники перековались в элитных наемников и телохранителей. Все же лучше, чем сгинуть в пожарах междоусобиц со своими тысячелетними знаниями!

Теперешнее столкновение с послушницей культа милосердия и доброты грозило Майло утратой телесного здоровья.

Изначально было решено открыть портал до полуночи. Рунический круг заклеймили на боевой лошади самого Вардаса, которую он великодушно предложил Браггитасу для его кузины, так как Смерч был опытным боевым скакуном с обширным послужным списком, включающим и погони, и засады, и лобовые столкновения. Высокородной деве вряд ли придется драться, но непредвиденные ситуации Майло держал в уме.

Позволить канцлеру понять, что происходит, не дала круговерть последовавших событий. Наместник короля увернулся от вылетевшей из пылающего портального разлома палки и едва выпрямился, как оттуда же вывалилась груда серого тряпья и со всей силы толкнула его в широкую грудь. Когда пораженный во всех смыслах мужчина оказался на полу с тяжелым, барахтающимся и извивающимся свертком в руках, ему в голову пришла мысль, что это вовсе не походный вещмешок Браггитаса, а нечто живое. Приподняв край ткани, Майло решил рассмотреть, что за сюрприз ему достался. Каково же было удивление канцлера, когда его взгляд наткнулся на пару возмущенных глаз, выглядывавших из-под хламиды! Он сразу понял, кто перед ним, но, оказавшись в довольно неприглядном для своего сана положении, поспешил спихнуть девушку с колен и убраться от греха и от открытого светящегося зева портала как можно дальше. Силу, конечно, не рассчитал, поэтому послушница Пречистой Живы щелкнула зубами, приземлившись коленями на твердый камень плит. Сделал это Майло вовремя, потому что через портал на эту сторону выскочил конь, тот самый Смерч, потерявший седло, с окровавленным боком и дико выпученными глазами. Не разбирая дороги, он налетел на столы, опрокинул реторты и стопки книг. Девушка как будто и не обратила на это внимания. Даром что являла собой потрепанное чучело, растирающее ушибленную коленку. Гинтаре Браггитас, а это могла быть только она, попыталась съязвить.