Сдаюсь на вашу милость - Екатерина Полянская

На этом важные новости, которые могла рассказать девочка, закончились. Ничего, объявится Эддар, я сама его обо всем расспрошу. Остается надеяться, что со мной он будет достаточно откровенен.

— Случайно не знаешь, где мой ларец? — Я вспомнила о нем и похолодела. Если, пока я пребывала в беспамятстве, его открыли и книгу забрали, плакала моя надежда поторговаться.

Но подопечная меня обнадежила:

— Здесь. Под кроватью стоит.

До конца не веря своему счастью, я свесилась с кровати и проверила. Точно. Правда, от резкого движения в глазах потемнело и виски больно сдавило, но это мелочи.

— В него заглядывали?

— Нет. Не волнуйся, там все на месте.

Почти. Убийцы семьи шейха украли ожерелье.

И все равно невероятно…

— Щепетильность твоего дяди вызывает уважение, — не смогла удержаться я от замечания.

Зря. Лучше бы мне промолчать.

— Это-то тут при чем?! — искренне изумилась девочка. — Просто… ну что интересного может быть в ларце учительницы? Книги, какие-то вещи, белье. Копаться в этом занятому человеку недосуг.

Самолюбие слегка пнули, ну да ничего, переживу. Мне же лучше, что меня не восприняли достаточно серьезно.

Тем более что несколькими мгновениями позже на ушибленное самолюбие пролили каплю чего-то если не приятного, то хотя бы занятного:

— Знаешь, вроде бы он правильно тебя воспринял. Ну, как кого-то, нанятого заботиться обо мне, — глубокомысленно рассуждала Шанет. — Но при этом в последние дни у меня создалось ощущение, что это ты — ценная особа, которую нужно беречь, а мы с Падом просто шли в нагрузку.

Иногда мне хочется ее стукнуть. Однако избалованная девчонка по-своему права. В том смысле, что я все еще работаю на кого-то.

Хотела сказать ей, чтобы не болтала ерунды, но не успела. Дверь без стука открылась, и на пороге возник Эддар.

Я нервным движением натянула одеяло до самого подбородка.

Шайтан! Только сейчас вспомнила: это тот же мужчина, что поцеловал меня и тем самым активировал печати. Зачем он это сделал?!

Отличная возможность выяснить.

— Шанет, выйди ненадолго, — велел хозяин дома.

Девочка насупилась… но на нее уже перестали обращать внимание. Поколебавшись немного, она все же решила подчиниться.

Жаль, что я не могла последовать ее примеру.

— Вижу, тебе уже лучше, — отметил Эддар, приближаясь.

Кресло, стоявшее в дальнем углу, медленно проскользило по полу и замерло недалеко от кровати. Эддар проследил за ним взглядом и, когда оно остановилось, опустился в него.

Лично мне было бы куда спокойнее, если бы он сел подальше.

— Намного. Спасибо.

Словам он не поверил, оценивающе так всмотрелся в меня. И, похоже, остался удовлетворен тем, что увидел.

— Думаю, нам следует кое-что обсудить, — медленно произнес этот… нарушитель спокойствия.

— И я даже догадываюсь что, — хмыкнула я, натягивая одеяло еще выше.

Цветы… словно пощекотали меня.

Ай!

Пурпурный блик на противоположной стене и на лбу собеседника.

Всемилостивая Айте, они просвечиваются через одеяло! Какой стыд!

— Можно я первая? — выпалила я, понимая, что терять нечего.

Книгу надо бы сначала достать. Но я не была уверена, что способна сейчас отпустить одеяло и потянуться за ней.

— Молчи уж, — усмехнулся маг. Но почти сразу передумал: — Хотя нет, лучше объясни, откуда на тебе печати? Насколько я знаю, Сестры Айте неприкосновенны. Полагаю, этот недальновидный человек уже мертв?

Чем еще можно было бы объяснить тот факт, что чары до недавнего времени были неактивны?

И да, спесивый мерзавец был бы мертв или хотя бы серьезно наказан, окажись на моем месте более ценная представительница ордена.

Особенно унизительно.

Поэтому я, что для меня не слишком характерно, перешла в наступление:

— А что ты делал в гареме своего брата, не хочешь объяснить?

Доверительный разговор, ничего не скажешь.

Кто бы ожидал, что он ответит? Однако Эддар решил удивить:

— Искал, у кого бы поживиться энергией.

— А?!

Он серьезно это сказал?!

Чокнутый.

— Где еще было срочно найти невинную девушку с возможностью подобраться к ней, как не в гареме человека, который… ну, ты, вероятнее всего, в курсе его ситуации. — Зеленые глаза смотрели на меня прямо и открыто, тем самым как бы показывая, что их хозяин не собирается ничего скрывать. — Тем не менее идея трогать женщин брата мне была неприятна. И тут ты. Подходящая и свободная.

Ага. Счастье-то какое привалило.

Особенно мне.

— Кто мог предположить, что одну из девушек ордена украсили узорами? — вполне справедливо заметил он. — Так кто это сделал? И при каких обстоятельствах?

Припертая к стенке, я вынуждена была рассказать. Тот факт, что вопиющее нарушение закона осталось безнаказанным, тоже пришлось упомянуть.

Эддар терпеливо дослушал, после чего милостиво предложил:

— Я готов помочь тебе справиться с давлением печатей.

— Правда?!

Вот так просто?

Неужели у мужчин бывает совесть?

— Разумеется. Раз уж я оказался к ним в некотором роде причастен.

— Каким образом? — Беспокойство смешалось с воодушевлением. — Потребуется какой-то ритуал?

А ведь я даже не успела заикнуться о книге!

— Я бы не стал это так называть. — Он криво усмехнулся и весьма откровенно ощупал меня взглядом. — Хотя для тебя это в первый раз, и ты, вероятно, относишься ко всему серьезнее, чем следовало бы.

Книгу захотелось не просто достать, а с размаху опустить на чью-то дурную голову.

— Я не собираюсь с тобой спать! — рявкнула так, что сама чуть не оглохла.

Улыбка «избавителя» стала чуточку более поганой.

— Как будто у тебя есть выбор.

Магия замкнулась на нем, и он об этом прекрасно знает.

Плохо. Можно даже сказать, кошмарно.

И лишь то, что я все еще достаточно слаба, позволяет мне не чувствовать это так сильно.

— Перетерплю, — мрачно буркнула я сквозь зубы.

Предвкушающе заблестевшие глаза хотелось просто выцарапать.

— Уверена?

— Еще как!

Физиономия в кресле сделалась притворно сочувствующей.

— Будет непросто, учитывая, что жить мы вынуждены в одном доме.