Выбор алианы - Валерия Чернованова

Как вскоре выяснилось, сбежав от рыдающей хозяйки, Снежок на беду свою решил заглянуть к эсселин Фройлин. Он у меня вообще любитель прекрасного пола, а к алианам почему-то питает особую слабость и часто захаживает к невестам в гости. В спальне у Майлоны коротала время за послеобеденным чаепитием Рианнон. Маясь от скуки, алианы решили поупражняться в парикмахерском искусстве и превратили кьерда в свихнувшегося модника.

– И как только им позволил? – дивилась я, разбираясь с многочисленными узелками. Завязали на совесть.

– Наверное, подкупили чем-то вкусным, – внесла свою лепту в расследование Мабли.

Вполне вероятно. У Майлоны в комнате съедобное не переводилось. А кьерд, после того как плотно покушает, становится до абсурдного послушным и до безобразия покладистым.

Коварные, коварные алианы.

– Я вот зачем пришла.

Пока я спасала Снежка от участи превратиться в придворного шута, Мабли все неодобрительно косилась на Леана.

Парень приоделся. Сменил затрапезную куртку и протертые до дыр штаны на модные при дворе лосины, темно-синие, и ярко-красную ливрею, на рукавах которой красовался герб Сольверов: голубка, кротко склонившая клюв над зеленой веточкой. И когда только успели вышить… На ногах – нелепые башмаки с длинными, загнутыми кверху носами, под цвет форменного платья. Вот только со светлыми волосами Йекеля ничего не получилось сделать: они по-прежнему напоминали стог сена и живописно торчали во все стороны. На лице россыпь веснушек, в глазах – озорной блеск.

Мабли нетерпеливо кашлянула, отвлекая меня от визуального знакомства с подопечным.

– Ну так вот! Если все же решили оставить… этого у себя, чему эссель Блодейна, конечно же, не обрадуется… Она еще про кьерда не знает, – проворчала служанка и выпалила громко: – Нужно стребовать с него клятву!

– Какую еще клятву? – вскинулась я, пытаясь удержать в руках вырывающегося питомца.

Лучше бы ты так, мой милый, из рук Майлоны вырывался, а не мне сейчас характер показывал.

– Клятву верности. Чтобы не обманул и не предал!

– А ты, хитроумная, клялась? – недобро зыркнул на девушку новоявленный паж.

– Клялась, – гордо вздернула подбородок Мабли. – Всем эсселин Сольвер.

– За что хоть повязали? – перебила я девушку, и не думавшую закругляться.

Леан замялся, а потому слово снова взяла разошедшаяся служанка. Еще немного, и решу, что ревнует.

– А я выяснила! Он нанимался на работу к зажиточным горожанам, уважаемым буржуа, втирался в доверие, а потом их обчищал. Да еще иногда и с хозяйскими дочерями успевал интрижки крутить! Беспутник и плут!

– Все с тобой ясно, – освободила я нервно подергивающийся хвост кьерда от последнего банта. – Ну что ж, Леан, придется брать с тебя эту клятву. Сам понимаешь, сложно доверять такому, как ты.

Парень энергично закивал головой.

– А я разве против? Все понимаю. Еще как понимаю! И я вам так благодарен, ваша луче… утонченность, в смысле. До гроба буду вашим слугой!

– Ну, до гроба – слишком долгий срок. Давай договоримся на год.

На том и порешили.

– Что нужно для принесения этой вашей клятвы?

Прямо день клятвоприношения какой-то. Не уверена, правда, что такое слово существует в природе.

– Понадобится маг и немного вашей с Йекелем крови, – довольно ответствовала служанка.

И здесь тоже кровь.

– Эррол Хордис в качестве мага подойдет?

Мабли кивнула. Порывалась сейчас же отправиться на поиски целителя, но Леан напомнил суетливой нашей, что госпожа алиана приглашена на ужин в Карминовую столовую, на котором пожелал присутствовать его ледяная вельможность. И что мне пора, спотыкаясь и падая, мчаться в купальню, наводить красоту.

В кои-то веки Скальде решил уделить внимание всем своим невестам разом. Интересно, Даливу на сабантуйчик тоже притащит? Или уединится с ней после трапезы?

Все! Ведь пообещала себе больше об этом не думать! Не думать, я сказала! О ней и о нем. Вот и не буду. Как-нибудь вытерплю час-другой в постылом обществе тальдена. А как появится возможность, сразу сбегу к себе и посвящу вечер еще непрочитанным книгам, что приносили мне подруги. Ну а завтра с утра пораньше отправлюсь в библиотеку и буду торчать там до посинения. Лучше – до победного конца.

Если понадобится, раскрою все, все, все тайны Древних, но выясню, как они гуляли по мирам, и отыщу путь на Землю!

– Его светлость тоже выразил желание ужинать с кузеном и алианами, – щедро добавила еще дегтя в полную бочку с дерь… дегтем же Мабли.

Я страдальчески застонала. Только Хентебесира для полного счастья не хватало.

– А еще он вам кое-что передал.

С этими словами девушка вручила мне коробочку, перевязанную синей лентой, и скрепленную сургучной печатью записку.

В ней его липучество в самых витиеватых, слащавых фразах просил прощения за то, что довелось мне пережить по вине Крейна, и выражал надежду, что я быстро оправлюсь. А он, князь Темнодолья, в свою очередь, сделает все возможное и невозможное, чтобы поднять мне настроение.

Он бы поднял его до небывалых высот, если бы сегодня же убрался из Ледяного Лога.

Далее Хентебесир продолжал растекаться патокой и хвалил мою безграничную щедрость, продемонстрированную на утреннем испытании. А также сокрушался по поводу того, что жестокий кузен забрал у меня безделушку, которая, как показалось Игрэйту, была мне безмерно дорога. И чтобы подсластить горечь утраты, тальден предлагал заменить булавку своим подарком.

Я громко хмыкнула, дочитав последнюю строчку. Скомкав листок, швырнула его в огонь. Потянула за ленту, овившую презент. В коробочке оказалась брошка-цветок. Красивая – ничего не скажешь. Но она и рядом не валялась с моей булавкой.

Которую у меня бессовестно конфисковали.

Рубиновые лепестки разметались по ладони, окаймляя бриллиантовую сердцевину. И все это богатство было искусно оплетено серебром, вобравшим в себя золотые отблески пламени.

Подавив в себе желание послать брошь следом за запиской, я раздраженно положила ее обратно.

Его прислужник меня чуть не изнасиловал, а он мне как ни в чем не бывало подарки присылает. Видать, тормоза совсем отказали.

– А я вам тоже кое-что принес. – Подвинув Мабли, снова возмущенно запыхтевшую, словно древний локомотив в момент отправки, Леан шагнул ко мне. – Вот, держите, «Хрустальный вестник».

– Что-то типа газеты? – заинтересовалась я, принимая из рук пажа свиток, тоже красиво перевязанный ленточкой, на сей раз ярко-алой.

Йекель недоуменно развел руками, наверное, не понял, что значит слово «газета».

– Вы, между прочим, в городе самая популярная невеста, – подольстился.