Душа наизнанку - Игорь Конычев

– Что ты такое?!

– Белоус?! – ахнула Варвара. – Ты живой?!

– Живой, хозяюшка, живой, – молвило существо вполне себе человеческим голосом. – И ты здрава будь! И ты, хозяин.

– Вы знакомы? – Я переводил ничего не понимающий взгляд с ведуньи на маленького старичка и обратно.

– Это Белоус, – представила незваного гостя Варвара, – он домовой.

При этих словах домовой склонил передо мной косматую голову:

– Благодарствую тебе за угощенье, хозяин. Сметану я люблю. Правда, домашняя она лучше, но и такая сгодится.

– Пожалуйста… – Я сел на кровать. – Это ты тут все убрал?

– Я, – важно кивнул Белоус и подбоченился. – Я же домовой. Ты меня угощеньем уважил да кровом, – он кивнул в сторону той самой коробки, которую я приготовил для кошки, – а я тебе помог, чем смог. Непривычно мне тут, в этих хоромах каменных. Но не кручинься, приживусь. Ты меня и не приметишь вовсе, коли не нужен буду! Но ежели погонишь – уйду, – крошечный человечек горестно вздохнул, – мой-то дом сожгли ироды поганые!

– Влад, – рука Варвары легла мне на плечо, – этот домовой у моей бабушки жил. Ему сейчас идти некуда. Я его потом заберу, честно! Обещаю! Можно, он пока…

– Пусть остается. – Я только рукой махнул – квартира у меня большая, уживемся как-нибудь. Да и чего еще ожидать, раз связался с ведуньей? Любишь кататься – люби и саночки возить, и домовых будь готов приютить. Остается только надеяться, что на этом сюрпризы закончатся.

– Доброго молодца ты себе выбрала, молодая хозяюшка, – обрадовался Белоус, – хоть и тень его чернее ночи теперь.

– В смысле? – Я внимательно посмотрел в желтые глаза домового. – О чем ты?

– А сметанка у тебя еще найдется? – хитро прищурился тот. – Пойдем в горницу, чаю попьем, я и скажу, что знаю.

Пока электрический чайник закипал, домовой наотрез отказывался общаться. Он забрался на столешницу и пялился на синеватую подсветку и пузырящуюся воду. Словно маленький ребенок, он искренне удивлялся и осторожно тыкал пальцем в стекло.

– Вот же диво дивное, – заявило мне существо, которое я до сегодняшнего дня считал сказочным, – чудо чу́дное! А я все брожу да смекнуть не могу: где тут печка?

– Печку я тебе потом покажу, и микроволновку, и мультиварку, и даже тостер, ты только расскажи: что знаешь обо мне?

– Да мне много-то и неведомо, – признался Белоус, перебираясь за стол. Со стула он до столешницы не доставал, поэтому я пересадил его сам. – Благодарствую, – вежливо поблагодарил домовой и выжидающе уставился на меня.

– Чай, – шепотом подсказала Варвара. – Хочешь, я сделаю? Твоя какая кружка?

– Любая. Чай в том шкафу. – Я указал девушке нужное место. – Сладости там же. Ты что-то еще хочешь?

Домовой замотал головой. Варвара быстро накрыла на стол, причем делала это так по-хозяйски, что я невольно залюбовался. Никогда бы не подумал, что хозяйничающая на кухне девушка может быть столь привлекательной.

Белоус проследил мой взгляд и довольно улыбнулся в седую бороду.

– Молодая хозяюшка – девица ладная… – шепнул он мне. – Таких и встарь-то было трудно отыскать, чего уж про нынешнее время говорить!..

– Я все слышу, – предупредила Варя, усаживаясь за стол. – Выкладывай лучше, что тебе известно.

– Видишь, какая? – Белоус и ухом не повел. – Скромная, стеснительная!..

– Ты сюда меня сватать, что ли, пришел?!

– А куда деваться-то? – изумился домовой. – Василисы больше нет, я стар уже, дальше порога выйти не могу, а этот молодец разве тебе не мил? По глазам вижу, что…

Варвара залилась краской, резко подалась вперед и заткнула рот домового пряником. Виновато улыбнувшись, она развела руками:

– Белоус иногда заговаривается. Не обращай внимания.

– Ничего подобного! – Домовой поразительно быстро справился с пряником. – Василиса запрещала тебе с молодцами миловаться, чтобы они тебя, наивную, вокруг пальца не обвели! Переживала за тебя бабка! А этот храбрый да удалой, и…

Второй пряник прервал речь Белоуса, но он не сильно и расстроился, принявшись быстро поедать угощение да хитро таращиться на смутившуюся Варвару. А этот мелкий мужичок начинал мне нравиться!

– Сметанки? – предложил я.

– Не откажусь! – закивал Белоус. – А ты, хозяюшка, расскажи пока, как дело было? Меня-то Василиса укрыла, жизнь спасла, да о тебе заботиться наказала. Вот я и пропустил все.

Пока домовой утолял голод, Варвара вкратце посвятила его в суть дела.

– Вон оно как! – присвистнул Белоус. – Ну что сказать могу: кто на Василису напал – мне не ведомо. Одно скажу – темные они были. Очень. А вот что мне ведомо: каждого встречного-поперечного из-за реки Смородины уже не воротить. Так издревле заведено. Но своего суженого ты вытянула.

– Белоус!

– Видать, люб он тебе…

– Белоус!!!

– Сердце девичье…

– Влад, я передумала – давай выгоним его! – взмолилась Варвара.

– Кхм, – кашлянул Белоус и быстро сменил тему: – Помогли тебе с той стороны, одна бы не сдюжила. Сама Василиса, видать, подсобила.

– Но она же сама мне велела от мужчин подальше держаться! Говорила…

– Что проклятье древнее тебе вместе с даром передалось? Да, знаю. Ты – черная невеста: всяк, кого полюбишь, умрет.

Вот так новость. Я едва сдержался, чтобы промолчать. Да уж, не каждый день узнаешь такое о девушке, которая тебе приглянулась. Вот и верь в любовь с первого взгляда! Варвара покосилась на меня, закусила губу:

– Извини, что не сказала…

– Дык оно и ненадобно теперича, – осклабился Белоус, – суженый-то твой, почитай, уже помер, а проклятье – как молния Перунова, дважды в одно место не бьет! Поэтому Василиса и подсобила тебе своей последней волей. Помогла тебе заступника найти.

– Выходит, мне проклятье теперь не страшно? – Эта новость меня весьма приободрила.

– Агась, но тебе другого опасаться надобно! Душу твою с того света так усердно тянули, что наизнанку вывернули, а внутрь моя прошлая хозяйка гостинец приложила: взяла кое-что из Темной Нави да с твоей душенькой соединила. Все теперь, ты навсегда таким и останешься, – Белоус поглядел на меня, – с тенью, что чернее ночи, позади себя. А к худу это или к добру – ума не приложу. Василиса, может, и знала, а я – точно нет. От вас все зависит.

– Погоди, кто ко мне прицепился? – спросил я. – О чем ты говоришь?

– Да Лихо, вестимо, кто ж еще, – произнес Белоус таким тоном, будто бы все объяснил. – Думаю, оно это.

Хотя, кажется, только я ничего не понял – Варвара побледнела и приложила ладонь ко рту.

– Какое еще Лихо? – я даже привстал.