Влада. Перекресток смерти - Саша Готти

– Наивная вы, студентка Огнева, – снисходительно вздохнул декан троллей. – Темный Департамент давно в курсе про версии Энгора, они бродят по миру в большом количестве. Когда светлые охотились на него, тролль отбросил свои фантомы, как ящерица отбрасывает хвост, чтобы спастись. Светлые его убивали регулярно и каждый раз ошибались. Вот таких хвостов у него сотни, если не тысячи… Но если Бертилов действительно его потомок, то неудивительно, что у всего тайного мира с ним проблемы. Да и отец Егора был фигурой скандальной… Алекс, что там в Темном Депе говорили о его отце?

– По сведениям деканата, его отец во Тьме, то есть мертв, – Алекс прищурился, словно припоминая. – Степан Бертилов его звали, кажется… Из Носферона был исключен за хулиганство, зато называл себя «Великим потомком Энгора, теневым правителем тайного мира». После рождения сына в Пестро-глазово не появлялся, но его видели в Москве. Там он тринадцать лет назад ввязался в драку со светлыми, пытался штурмовать Садово-Магическое кольцо, заморочил под это дело немало людей… В результате, согласно Конвенции, дебошир был убит осиновым колом. Кстати, в тролльских семьях часто кого-то из родни заменяют фантомы, это у них в порядке вещей. Что скажешь, Горан?

– Ну да, – нахмурился тролль. – Да, сплошь и рядом такое встречается, но это не повод подозревать троллей во всемирном заговоре и штормах в янве. У меня дома всегда было полно двоюродных сестер и старших братьев. Я с ними играл, бегал, только очень удивлялся, что они не учились в Носфероне. Только потом я узнал, что вся эта липовая родня создана моей матерью, которая без веселой компании даже в магазин за хлебом не пойдет. Для троллей это нормальная практика… Разумеется, натроллеведении в Носфере эта тема не освещается широко, – добавил он, заметив взгляд Влады.

– Все, хватит болтовни, – вдруг сказал Гильс. – Итак, – он постучал ребром ладони по столу. – Если по поводу Огневой все решено, давайте тогда голосовать за то, чтобы выбрать ее старостой. Давайте, ребята, поднимайте руки… смелее!

«Он их подгоняет к этому решению, заставляет почти что, – озадаченно и смущенно подумала Влада. – Разве кто-нибудь из нечисти будет противиться приказу Темнейшего? Это ведь приказ, пусть даже такой мягкий и дружеский…»

– Я за! – Дрина подняла глаза, в них заблестели слезы. Потом вскинула вверх руку, и пальцы ее заметно дрожали. – Владочка, я тебе благодарна за возвращение Егорки. Никакой он не наследник Некроманта, и не он разрушает янв.

– Тоже так думаю, – кашлянув, буркнул Марик, поднимая пухлую руку вслед за кикиморой. – Я вообще за то, чтобы вернуть Огневу и Бертилова в универ.

– Поддерживаю, – холодно отозвался Алекс, но Владу взглядом не удостоил.

– Поддержу Огневу, хотя вы ждете от меня другого, – Варя, упрямо тряхнув копной кудрявых волос, поджала сиреневые губы.

– Я успел Бертилова за годы учебы узнать как классного чувака. Он свой в доску, и никаких подлостей, – заявил Герка, и его рука потянулась вверх. – За Огневу.

– Всеми своими оленями на ужасном свитере, – ядовито подсказала Синицина, и Горан с Янчесом, посмеиваясь, дружно подняли руки.

Решение было единогласным, но в этот момент кухню заполнил гул. На этот раз он был сильнее, чем утром. Тряслись стены, звенели оконные стекла. Дрина, бледная как полотно, поджала губы и трагически поглядела на вампиров, но те сохраняли спокойствие на непроницаемых лицах.

– У вас тут в Петербурге еще и дома трясутся посреди Невского проспекта! – раздался из коридора гулкий бас Раисы Петровны. – Сейчас позвоню губернатору и выясню, чем он там занимается, бездельник…

В кухню, забитую нечистью, бабушка Даши входить не рвалась – наверняка об этом заранее побеспокоился Горан. Грузный силуэт в халате только маячил за стеклянной дверью кухни, гремел раскатами сердитый голос, который призывал невидимого собеседника к ответу и требовал немедленного отчета о том, что происходит.

А вот человеческий мир ничего не замечал и гула не слышал. В кухонное окно было видно, как люди спокойно шли по Невскому проспекту, деловито мчались машины – все как обычно.

– Шторм из янва теперь немного слышен в зловоротнях, – объяснил Гильс слишком спокойным для происходящего голосом. Это был голос специально для девчонок, которых вампир пугать не хотел. – С этого часа в янв никому не заходить, обычная мера предосторожности, – добавил он еще более спокойно. – Темный Департамент – махина медленная и издаст указ только завтра, но вы сейчас предупредите об этом родню и всех знакомых.

– Мне надо к своим. Сказать насчет шторма… – захлопав круглыми глазами, пробормотал Марик.

Началось всеобщее нервное тыканье в экраны телефонов и перезвоны родне и друзьям: из трубок неслись перепуганные голоса.

Влада вдруг поняла, что совсем забыла про свое решение не смотреть на Гильса и впилась в Темнейшего долгим тревожным взглядом, получив ответный – снова странный и изучающий.

Между их взглядами, его и ее, будто натянулась струна, и теперь эта струна звенела и держала их обоих, не отпуская ни на шаг.

– Темнейший, я тут с Огневой на ночевку остаюсь, – вдруг донеслось громко от Вари Синициной. – По плану задушевные беседы до утра, пижамная вечеринка и разговоры о кошмарной жизни старосты Носферона.

– Отлично, Варя, спасибо тебе большое! – весело бросил фурии в ответ Гильс Муранов, выходя из кухни, и Влада вздохнула с облегчением.

* * *

К внезапному появлению новой подруги-фурии Влада морально готова не была. С Ацем настоящая дружба началась только после совместного падения с большой высоты. А Варя Синицина сейчас в друзья набивалась сама, причем совершенно бесцеремонно.

– Будем дружить с тобой, Огнева, – заявила она, тряхнув кудрями и поморщась от звона в голове. Фурия решительно распаковывала мешки с вещами, купленные для Даши Ивлевой, делая это с каким-то особенным мстительным рвением. – Да, мы с тобой теперь подруги, идет?

– До первого фингала под глазом? – уточнила с иронией Влада, но фурия не обиделась.

– Это потому, что я уважаю того, кто может взять и совершить поступок, – призналась Варя. – Сорвать бал, когда Гильс Муранов уже в твоих руках. Представляю себе, каково это. Страшно было?

– Конечно, нет, – Влада пожала плечами. – Я каждый день срываю балы, то один, то другой. Зато Егор жив.

– Еще как жив, – засмеялась Варя. – Стою такая в вестибюле, вдруг в спину золотом – бам! Хорошо, что меня поймали. А так бы встретила открытие Тьмы в больничке…

Влада вдруг поняла, что Варю слегка контузило ударом Дашули и мороком, чем и вызвана ее излишняя откровенность и слишком громкий голос. Было ли дело только в ударе по голове, но фурия явно прониклась к Владе симпатией. Во всяком случае, сейчас она впервые не подкалывала и не старалась уязвить когда-то раздражавшую ее Огневу, а проникновенно делилась мыслями.

Застелив кровать комплектом постельного белья ярко-багрового цвета, Варя улеглась на него прямо в грязных ботинках и с удовольствием распаковывала Дашин набор для маникюра, к которому его хозяйка даже не прикоснулась.