Ночные стражи. Изгнанник - Кэтрин Ласки

Мэгз не нужно было целое лицо, ее интересовал только глаз. Она была без ума от глаз Других, и аккуратно вырывала их из разных картин. Глаза сводили ее с ума, ведь они были разноцветные — черные, коричневые, тускло-желтые, зеленые, серые и даже голубые, самые редкие и прекрасные из всех.

Мэгз надеялась, что когда-нибудь ей повезет найти красные или фиолетовые глазки, но пока они почему-то не попадались. Возможно, эта одержимость глазами объяснялась тем, что сама Мэгз была одноглазой. Много лет назад глаз ей выклевала шальная ворона, и с тех пор Мэгз приходилось скрывать свой изъян под косо подвязанной банданой. Труднее всего было научиться летать с одним глазом, но за несколько лет сорока сумела привыкнуть и к этому.

В этот день Мэгз, как всегда, сортировала и раскладывала товары вместе со своей помощницей Болтушкой. Работа не клеилась, потому что сорока постоянно думала о картинной галерее. Наконец, она не выдержала и повернулась к Болтушке.

— Хорошая ночка для полета, — кашлянула она.

— Точно, мадам, уж такая хорошая! — охотно подхватила Болтушка. Помощница Мэгз была на редкость бестолковым созданием, однако и от нее бывала какая-никакая польза.

— Хочу заглянуть в портретную галерею, поискать глазки.

— И правильно, мадам, отличная мысль. Раз уж вы туда собрались, то не забудьте оторвать в большом салуне несколько кисточек с занавесок! Страсть какие хорошенькие там кисточки, ну просто загляденье!

— Не в салуне, а в салоне, дурочка, — поправила помощницу Мэгз. — Сколько раз тебе повторять? Это совершенно разные слова, и смысл у них тоже разный.

— Да какая разница! — еле слышно пробурчала Болтушка.

— Поторгуй тут без меня, дорогая. И запомни главное: серебро мы меняем только на серебро. Никаких стекляшек, ясно? Честно говоря, я думаю вообще завязать с этим товаром. Мы и так завалены цветным стеклом по самые клювы, уже девать его некуда! И смотри в оба за глазами. Их меняй только на самое ценное, поняла?

— Да, мадам.

— Ну, тогда ату! — прокричала Мэгз. Она очень любила это непонятное выражение.

Одна из ее лучших покупательниц, мадам Плонк с Великого Древа Га'Хуула, как-то объяснила ей, что в давние времена так кричали Другие, когда охотились в лесах верхом на своих четвероногих животных. Совы с Великого Древа вообще знали много всего интересного, потому что умели читать, а Мэгз еле-еле разбирала слова по складам.

Мэгз завораживало все, связанное с жизнью Других, когда-то обитавших в этих краях. Она часто думала о том, куда и почему они ушли, оставив после себя все эти потрясающие вещи и постройки.

Вскоре после отлета торговки Болтушка услышала снаружи громкий шелест крыльев. Она немного удивилась, поскольку все знакомые ей совы летали гораздо тише. Болтушка высунула голову и увидела покрытую копотью сову из племени кузнецов. Кузнецы нередко наведывались в жилище Мэгз, пытаясь обменять свои угли на что-нибудь более ценное.

Когда Нира неловко поставила на камень свою корзинку и остальные вещи, Болтушка с любопытством уставилась на нее своими блестящими черными глазками. Похоже, эта сова совсем недавно взялась за кузнечное ремесло! Как ни глупа была Болтушка, она все-таки знала, что опытные кузнецы всегда очень ловко обращаются со своим скарбом.

— Угли не берем, не обессудьте, — бросила Болтушка, не поднимая головы от своей работы.

— Я принесла не угли, — ответила Нира.

— Тогда показывайте, — кивнула Болтушка, откладывая в сторону осколки стекла.

— У меня тут вещицы поинтереснее, — пропела Нира. — Торговка Мэгз дома?

— Нет, она полетела по делам.

— Ах, какая жалость! У меня несколько прелестных серебряных вещиц, просто загляденье! Они не для пользы, а для красоты, понимаете? Это искусство.

— Ах, искусство! Торговка Мэгз без ума от искусства, — закивала Болтушка.

— Значит, ей очень повезло, — сказала Нира, вытаскивая из корзины какой-то спиралевидный прут.

— Какая прелесть! — ахнула Болтушка. — Расплавленное серебро, не так ли?

— Да, дорогая. Но расплавить серебро было не самым трудным делом. Гораздо сложнее придать ему нужную форму.

— Представляю, что это за работенка, — кивнула Болтушка, припоминая наказ торговки Мэгз. Как там она сказал? «Серебро за серебро, никакого серебра за стекляшки…» — Хотите взглянуть на нашу коллекцию серебра?

— Меня интересует не только серебро, милочка. Могу я порыться в вашем товаре?

— Конечно, выбирайте, что приглянется. Стекло вот тут, здесь ткани. Тут бусинки, бисер и камни. Чайные чашки интересуют? — затараторила Болтушка, но Нира уже заметила корзинку, почти доверху полную выклеванными из портретов глазами.

— Вот это очень интересно, — пропела она.

— Да уж, ценный товар, — закивала Болтушка. — Торговка Мэгз особенно любит эти нарисованные глазки.

— Глаукс Великий, зеленый глаз!

— Да, мадам. Это мы добыли из портретов Других, ведь у них, как известно, глаза были самых разных цветов.

— Никогда в жизни не видела зеленых глаз! — продолжала восторгаться Нира.

— Да вы ройтесь, не стесняйтесь!

— Спасибо, золотко.

Болтушка задумчиво наклонила голову. Эта любезная и ласковая сова была совершенно не похожа на сварливых кузнецов, не отличавшихся хорошими манерами. Чудеса, да и только!

Нира неспроста заинтересовалась заветной корзинкой сороки Мэгз.

Она где-то слышала, что у страховолков из Далеко-Далеко глаза зеленого цвета, и решила, что сделает им роскошный подарок. Нира принялась деловито выбирать из кучи обрывков кусочки зеленого цвета.

— Я бы хотела обменять свое серебро на эти глазки и еще парочку безделушек, — сказала она через какое-то время. — Вы не будете возражать?

— Да что же вы, променяете свое чудесное серебро на старые раскрашенные глаза? Это было бы несправедливо, мадам. Моя хозяйка наказала менять серебро на серебро.

— Не беспокойтесь, дорогуша! Это будет честный обмен, ведь мы с вами меняем не серебро на ткань, а искусство на искусство!

— Ну если так поглядеть, то пожалуй, вы правы, — пробормотала Болтушка. — Ох, не знаю я… Видите ли, Мэгз просто помешана на этих глазах, она в них души не чает.

«Этого только не хватало!» — подумала про себя Нира.

Она не ожидала, что эта сорока окажется такой дурехой. Нира не хотела убивать Болтушку, ей не нужны были лишние осложнения. И тут ее осенило. Зачем ей таскать с собой тяжелый кузнечный инструмент? Может быть, добавить к серебру клещи?

— А если я отдам вам свои клещи в придачу?

— Ваши клещи, мадам? Но вы же кузнец, разве нет? Как же вам без клещей-то?

— Ах, не тревожьтесь обо мне, душечка! У меня в кузнице много других клещей, без инструмента я не останусь. Хотя, честно говоря, я уже устала от своей работы и подумываю уйти на покой…