Потерянный игрок - Милослав Князев

– Сочувствую, парень, – раздалось сбоку.

На меня смотрел единственный посетитель, который ненадолго оторвался от своей кружки.

– Не понял, – только и произнёс я.

– А что тут непонятного? Умереть в реале и навсегда остаться в игре – не самая лучшая судьба. Хотя, с другой стороны, умереть окончательно, наверное, ещё хуже.

– И что, любой вот так запросто может это определить? – забеспокоился я.

– Не беспокойся, – усмехнулся он. – Любой не может. Не любой – тоже. Из НПСов только уровнем близкие к богам, а из игроков вообще вряд ли кто. Во всяком случае, я о таких не слышал.

– Тогда…

– Есть ещё и админы, – ответил он на незаданный вопрос.

– Выходит, ты… – начал я и запоздало посмотрел на характеристики собеседника.

Имя – Пьяный Менестрель.

Раса – человек.

Класс – менестрель.

Уровень – 10.

– А ещё я бывший админ, – добавил он, увидев, что информация прочитана. – Активные возможности мне, понятно, заблокировали, а пассивные оставили. Влиять не могу, но всё вижу.

– Даже догадываюсь, почему бывший, – ответил, кивая на кувшин.

– Думаешь? – хмыкнул менестрель. – Тогда должен тебя разочаровать. Ты ошибся.

– Тогда почему?

– Тут более уместно будет звучать другая формулировка вопроса. За что? Если очень коротко, то наиболее подойдёт формулировка «он слишком много знал».

– Тогда не интересно, – пожал я плечами. – И последствия после таких формулировок обычно предполагаются совсем другие.

– Боишься? – удивился менестрель. – Ты ведь уже и так мёртв. Тебе никто ничего не сможет сделать.

– Нет, не боюсь, – пояснил я. – Просто думаю, ты всё равно не расскажешь, раз пострадал уже за сам факт знания.

– Ты прав и не прав одновременно, – ответил собеседник. – Меня сюда затем и законопатили, что если даже проболтаюсь спьяну, то какому-нибудь НПСу. А игрокам – ни-ни.

– Вот видишь…

– В том-то всё и дело, – продолжил бывший админ, – что такие, как ты, уже не игроки. Официально мёртв, реально в основном тоже. Так что по большому счёту ты теперь что-то вроде НПСа с возможностями и памятью бывшего игрока.

– Без памяти, – уточнил я.

– Извини, забыл. В любом случае тебе как раз и могу рассказать. А заодно и о некоторых особенностях «Эвриворлда», которые полезно знать таким, как ты. Я бы даже сказал, жизненно важно.

– Тогда давай, – согласился с предложением.

Слушать исповедь пьяного админа не хотелось, но если это принесёт какую-то пользу, а для меня любая информация может оказаться решающей, то почему бы и нет.

– Хоть это особо и не рекламируется, но почти всем известно, что для создания искусственного интеллекта необходим настоящий человеческий мозг, на основе которого их и производят, – начал менестрель. – Поэтому всё, что ты сейчас видишь вокруг, и даже вино в моём кувшине, находится внутри как раз таких мозгов, в свою очередь, лежащих в контейнерах с питательным раствором и подключённых к электронным схемам. У каждого искина своя ответственность и специализация. Например, боги, считающиеся высшей ступенью эволюции, на самом деле являются мозгами с частично сохранённой личностью. Если донор окажется качеством похуже, то ему отыгрывать какое-то количество НПСов. Следующая ступень – природа, погода и всё прочее.

Я пожал плечами. Понятно, что виртуальный мир – чья-то фантазия. Электронные ли схемы или клетки когда-то живого мозга – дело десятое.

– Зато мало кто знает, что далеко не любой мозг подходит для соединения с компьютером и создания искусственного интеллекта, – продолжил собеседник. – Вернее, присоединить можно почти любой, но вместо стройного виртуального мира в результате получишь никак не контролируемые глюки сумасшедшего.

– И тебя выгнали из админов всего лишь за то, что узнал эту страшную тайну? – удивился я.

– Нет. Тем более что это вовсе не тайна. Просто малораспространённая, да и то в основном по причине незначительного к ней интереса, информация. А тайна заключается в том, что искинов буквально с каждым днём требуется всё больше и больше. Как для замены выходящих из строя, так и для расширения мира. Потребности на порядки превосходят естественные поступления, и за ними идёт самая настоящая охота. В прямом смысле этого слова.

– То есть как? Ловят на улице подходящих прохожих, вскрывают череп и вытаскивают понравившуюся деталь? – усомнился я.

– Именно так, – ответил давно протрезвевший менестрель. – Не буквально, конечно, но суть ты уловил правильно. В первой группе риска люди, подписавшиеся на донорство органов в случае внезапной смерти. Среди них и в обычных-то условиях смертность куда выше, чем у нормальных, а теперь шерстят всех поголовно и изымают подходящих.

– Постой, – возразил я. – Описанная тобой схема в принципе понятна. Если чьи-то органы кому-то очень нужны, устроить несчастный случай нетрудно, тем более и нужная бумага уже заранее подписана. Но с чего ты вдруг решил, что среди них и без чужой помощи смертность должна быть выше среднего?

– А как же может быть иначе?! – теперь уже совершенно искренне удивился менестрель. – Все мы где-то в глубине души считаем себя бессмертными. А человек, добровольно от этого отказавшийся, пусть даже в чью-то пользу и из благороднейших побуждений, уже внутри мёртв. Осталось дождаться, пока того же состояния достигнет внешняя оболочка.

Если честно, никогда не думал на данную тему, поэтому спорить не стал. Вместо этого спросил о второй группе риска.

– А ты разве не в курсе последних тенденций мировой медицины? – спросил бывший админ.

– Если честно, то нет. Старался контактировать с медициной как можно реже. Свою жизнь до того, как начал играть в «Эвриворд», помню прекрасно, ничего там особенного не было.

– Тогда слушай. Раньше как оно было? Почти никакой профилактики заболеваний, а та, что есть, в большинстве случаев чисто формальная. Всё ясно и понятно. Чем больше народу заболеет, тем больше можно заработать на лечении.

– А если у больных нет денег? – вставил я. – На таких точно не заработаешь. И болеют в первую очередь как раз именно они. Не осознают, понимаешь ли, потребностей врачей-капиталистов.

– Их проблемы. И так ещё лучше, – ответил собеседник. – В том смысле, не я считаю, что так ещё лучше, а те самые врачи, делающие деньги на больных. Недаром их давно уже убийцами в белых халатах называют. Чем больше бедных умрёт от вполне излечимых болезней, тем больше богатые и средний класс согласятся платить за лечение. Да что там больше, последнее отдадут.

– Тут я с тобой, пожалуй, соглашусь, – поддержал собеседника. – Сам помню цены на лекарства. Химия, себестоимость которой копейки за грузовик, продаётся буквально на вес золота.