Сердце ангела - Вячеслав Грацкий

«Ну-ну. С чего ты взял, что он будет помогать тебе? А скажем, не мне? Ему ведь нужен проводник. Живой и здоровый. И чем меньше хлопот с ним, тем лучше. А ты ведь даже не в состоянии позаботиться о себе. Подумай хорошенько, чью сторону он примет?»

Эрик подумал. И заскрежетал зубами.

— Убирайся! — прошипел он. — Я хочу спать!

«Врешь. Ты не хочешь спать. Но я великодушен. Я уйду. В смысле замолчу. На время. А ты пока успокойся и подумай. Завтра начнем тренировки».

— Пошел к дьяволу со своими тренировками!

«Счастливо оставаться».

Беседа с Дитусом ничуть не способствовала сну. Напротив, Эрик принялся усиленно измышлять всевозможные способы извести проклятого. Идеи приходили в голову одна изощреннее другой, но все они были ужасны и нереальны — тело-то одно, а заниматься самоистязанием виконт де Мержи не собирался.

Когда запал мстительности поутих, Эрик вновь попытался заснуть. И на этот раз ему повезло больше. То ли разговор с Дитусом окончательно вымотал, то ли исчерпался запас бодрости, переданный магом еще утром, но Эрик скоро заснул и проспал до глубокой ночи.

Проснулся он от грубого тычка в бок. Не открывая глаз, Эрик хотел было выругаться, но его губы плотно запечатала чья-то ладонь, ему осталось только возмущенно мычать. Разлепив веки, Эрик обнаружил над собой Берсеня. Темный силуэт мага на фоне звездного неба выглядел особенно зловещим, и Эрик запаниковал. «Он все слышал! — мелькнула у него мысль. — Он слышал наш разговор! Он меня убьет!» Душа Эрика трепыхнулась от ужаса и юркнула в область пяток.

— Правильно, — прошептал маг. — Хочешь жить — не дергайся и не ори. Понятно?

Эрик послушно кивнул, и Берсень медленно, очень медленно, явно не доверяя ему, убрал ладонь. Но Эрик и не думал кричать. Что-что, а чутье на опасность у него было не хуже, чем у иных воинов. Он наработал его еще в раннем детстве. В имении дядюшки. Где большую часть времени он проводил вместе с детьми слуг и крестьян. Дети частенько забывали о его дворянском статусе, так что Эрику, не отличавшемуся ни силой, ни храбростью, иной раз приходилось весьма туго. И все же благодаря тому самому чутью, помноженному на быстрые ноги, Эрику в большинстве случаев удавалось избегать разного рода передряг. Со временем, когда количество драк, которых удалось избежать, относилось к числу драк, которых избежать не удалось, как десять к одному, Эрик даже стал гордиться таким полезным навыком…

— Что происходит? — едва слышно вымолвил он.

Берсень поманил его пальцем, и они вместе осторожно выглянули за каменный парапет. Внизу кишмя кишели зеленоглазые. На Стене, в казарме, на плацу благодаря яркой луне Берсень насчитал не меньше сотни. Они бегали, прыгали, дрались друг с другом, наиболее ретивые пытались пожирать покойников, но их отгоняли другие твари. Почти такие же, только повыше и покрепче, но главное отличие состояло в другом — эти твари передвигались на задних лапах. Если бы не хвосты, густая шерсть, оскаленные морды да сверкавшие в темноте зеленые огни глаз, их, пожалуй, можно было бы принять за людей.

— Аколиты, — прошептал Эрик. — Вожаки зеленоглазых, или, скорее, что-то вроде надсмотрщиков. Настоящие вожди — это архонты. Надеюсь, этих мы не увидим. Очень надеюсь…

Уверенности, правда, в его голосе не было. Успокаивало одно: он слышал, что архонты крайне редко показывались людям. По обыкновению, они не атаковали Стену, не участвовали в набегах на приграничные селения, и, только когда карательные отряды Армании проникали далеко за Стену, архонты выходили из своих убежищ, чтобы показать людям, кто истинный хозяин в Финмаре.

Аколитов было намного меньше обычных зеленоглазых. Хейлоты без труда перерезали бы их, буде случится такое желание. Но желания не было. Аколитов слушались почти беспрекословно. И к трупам кидались только уж очень оголодавшие. Глядя, как аколиты освобождают воинов от железных лат, как совсем по-звериному нюхают воздух, Эрик подумал, что они и сами не прочь отужинать, но…

То, что не давало им пожрать человечину, как и то, что заставляло хейлотов подчиняться своим «прямоходящим» сородичам, носило одно и то же имя. Архонты. Вожди зеленоглазых, могущественные колдуны и, как сообщалось в учебном курсе, самые опасные бестии Финмара. Если от зеленоглазых, пусть даже от аколитов, еще как-то можно было отбиться, а от райгера спрятаться или убежать, то встреча с архонтом означала неминуемую смерть. Даже для святого отца самого высокого ранга.

И если эти чертовы твари так боятся дать волю своим инстинктам, не означает ли это…

— Именем Господа нашего и архангела его Уриэля… — не выдержал Эрик.

Ладонь мага, закрывшая ему рот, прервала молитву. Берсень покрутил пальцем у виска, показал кулак, наконец красноречиво чиркнул себя по горлу. Дождавшись от Эрика кивка, Берсень убрал руку.

— Смотри-ка. — Он показал в сторону распахнутых настежь ворот. — Это еще кто?

Оттуда, окруженные кольцом аколитов, двигались три человекообразные фигуры, облаченные в монашеские рясы с надвинутыми на лица капюшонами. В раструбах капюшонов отсвечивали оранжевым огнем глаза, из рукавов выглядывали вооруженные звериными когтями то ли лапы, то ли руки.

— Господи!

Эрик дернулся было, но на его плечо легла тяжеленная рука мага, придавив не хуже кузнечного пресса. Вторая его рука в который уже раз придавила губы Эрика к зубам, да с такой силой, что Эрик испугался, как бы они не лопнули.

— Ты хуже бабы. Думаю, тебе нужно зашить рот, — сообщил Берсень.

Сообщил холодно и буднично, как об уже практически решенном вопросе. И Эрик ничуть не усомнился: надо будет — зашьет, заклеит или в лучшем случае заткнет кляпом.

Изучив выражение лица Эрика, маг буркнул:

— Даю последний шанс, — и медленно отнял руку.

— Это они, — шепнул Эрик, осторожно выглянув меж зубцов. — Те самые твари, что управляют всем в Финмаре!

— Я догадался.

— Это самые ужасные и смертоносные колдуны. Они убивают взглядом. Один архонт опаснее, чем сотня хейлотов!

— Возможно и так. Выглядят сильными, но вряд ли очень умелы.

— Говорят, они варят людей живьем.

— И еще они едят младенцев, — поддержал его Берсень, — на завтрак, обед и ужин.

— Ты тоже слышал? Это ужасно. Мы пропали. Они учуют нас и сожрут с потрохами.

— Ты уверен?

— Да, абсолютно.

Эрик, не в силах больше смотреть на приближающуюся смерть в рясах, забился в угол смотровой площадки и закрыл лицо руками. На языке так и вертелись слова молитвы, если бы не этот чертов Берсень!..

— Так что насчет потрохов?

— Каких еще потрохов?

— Ты сказал, сожрут с потрохами, — напомнил Берсень.

— И что?

— Ты уверен, что они будут жрать наши потроха? Согласись, это все-таки далеко не филей, огузок или там голяшка…