Машина предсказаний - Терри Гудкайнд

— Их? — спросил Ричард. — То есть у вас не одно сообщение?

— О да. Если честно, несколько.

Лоретта подошла к стене, нагроможденной из бумаги, и наугад вытащила листок. Мельком просмотрела его.

— Нет, не то. — Она сунула лист точно на прежнее место. Подойдя к соседней стопке, извлекла другой — лишь для того чтобы все повторилось. Извлекая из стопок выбранные из тысяч других листы бумаги, она прочитывала и засовывала их обратно.

Ричард с Натаном переглянулись.

— Может быть, вы просто расскажете лорду Ралу суть вашего пророчества? — предложил Зедд.

— Нет, дорогой мой, боюсь, что не получится. У меня слишком много пророчеств, чтобы все их помнить. Вот почему мне необходимо записывать. Если пророчество записано, я всегда разыщу его. Разве не для того их заносят на бумагу? Чтобы всегда иметь возможность отыскать. Пророчества важны, поэтому их надо записывать и хранить.

— Воистину так, — сказал Натан, очевидно, стараясь не огорчать Лоретту. — Может, мы попробуем помочь тебе в поисках? Куда ты обычно кладешь самые последние пророчества?

Она, моргая, посмотрела на него.

— В наиболее подходящее для них место.

Натан огляделся.

— И какое место наиболее подходящее?

— Это зависит от того, о чем в них говорится.

Казалось, Натан на мгновение удивился.

— Тогда как же ты их находишь? Если ты не помнишь, о чем говорилось в пророчествах, как вообще ты узнаешь, где они должны быть и куда ты могла положить их? Как ты узнаешь, где искать?

Она зажмурилась и собралась, словно готовясь дать серьезный ответ.

— Знаете, это всегда очень сложно. — Она глубоко вздохнула. Пуговицы на ее свитере, казалось, вот-вот оторвутся. — Я не знаю решения.

Имея дело с неразберихой в размещении книг в библиотеках, как будто бы совершенно бессистемных, Ричард знал, что запись и хранение пророчеств всегда представляли значительную сложность.

Зедд вытащил из стопки бумаги какой-то листок и уставился на него. Затем помахал им.

— Здесь записано только «Дождь».

Лоретта бросила на него взгляд поверх тех бумаг, которые держала в руках.

— Да, это я записала однажды, когда получила предостережение о близком дожде.

— Пустая трата времени, — шепотом заметил Ричард Натану.

— Я предупреждал, что в этом, скорее всего, будет мало проку.

Ричард вздохнул.

— Предупреждал.

Он повернулся к Лоретте. Та прошла дальше, извлекая очередные листки бумаги почти из подножия горы бумаг, коробок и папок. Прежде чем он успел сказать, что они уходят, она ахнула.

— Вот оно. Нашла. В точности там, где следовало.

— Ну и что же в нем сказано? — спросил Ричард.

Она шаркая подошла к нему с листком в руке. Уставив в бумагу палец, пригляделась.

— Здесь сказано: «Люди будут гибнуть».

Ричард мгновение изучал ее пылающее страстью лицо.

— Обычное дело, Лоретта. Рано или поздно все умирают.

— Да, это правда, — сказала она со смешком, и вернулась к шаткой кипе бумаг, чтобы возобновить поиски.

Ричард видел в ее пророчествах не больше пользы, чем в любых других.

— Ну, благодарим вас за…

— Вот еще одно, — сказала она, читая запись на листе бумаги, выглядывающем из стопки. Затем вытащила его. — Здесь сказано: «Небо упадет».

Ричард нахмурился.

— Небо?

— Да, именно так, небо.

— Ты уверена, что речь не о крыше?

Лоретта еще раз перечитала запись на бумажном листке.

— Нет, тут вполне ясно сказано «небо». У меня аккуратный почерк.

— И что это должно означать? — поинтересовался Ричард. — Как небо может упасть?

— Ох, дорогой мой, понятия не имею, — сказала она, тихо фыркнув. — Я всего лишь канал. Пророчество приходит ко мне, и я записываю. Просто сохраняю его, как и следует сохранять пророчества.

Натан обвел рукой горы бумаг вокруг.

— Бывают ли у тебя видения об этих вещах, о пророчествах, что приходят к тебе?

— Нет. Приходят слова, и я записываю их.

— То есть ты не всегда знаешь, что они означают.

Она немного подумала.

— Ну, когда пророчество говорит о дожде, то, хотя у меня и не было видения, все вполне очевидно, вам не кажется? — Когда Натан кивнул. Женщина продолжила: — Однако когда в нем говорится о небе, которое упадет, я не могу представить, что это значит. Ведь небо не может упасть, верно?

— Конечно, не может, — согласился Натан.

— Так что, — произнесла она, подняв палец, — здесь наверняка есть какой-то скрытый смысл.

— Похоже, — снова согласился Натан. — Но как же предсказания приходят к тебе, если не в форме видений?

Она нахмурилась, словно стараясь сообразить.

— Ну, пожалуй, они приходят ко мне в виде слов. Я не вижу падающего неба или еще чего-то другого. Ко мне просто приходит знание, что небо упадет, как если бы чей-то голос сказал об этом. А потом я просто записываю это.

— И хранишь здесь?

Лоретта оглядела хранилище своих драгоценных предсказаний.

— Полагаю, грядущие поколения пророков будут изучать все это и искать в этом смысл.

Ричард с трудом сдерживался. Он всеми силами старался молчать. Женщина была вполне безвредна. Она не пыталась вести других к помешательству. Она была такой, какой была, и он не собирался осуждать ее за человеческие недостатки или образ жизни. Было бы бессмысленно и жестоко внушать ей чувство вины.

— Ох, — она резко повернулась и метнулась в другой конец комнаты, — совсем забыла. Ко мне пришло еще одно пророчество, только вчера. Пришло довольно неожиданно. Это последнее пророчество для вас, лорд Рал.

Лоретта вытягивала листки бумаги, быстро читала их и запихивала обратно туда, откуда взяла. Спустя некоторое время она наконец обнаружила искомое. Ричард подумал: то, что она нашла определенный листок бумаги среди тысяч таких же, наваленных здесь повсюду, куда более удивительно, чем все ее записи.

Она торопливо засеменила к гостям, протягивая листок Ричарду. Он взял его и прочитал вслух.

— «Королева берет пешку». — Ричард нахмурился. — Что это означает?

Лоретта пожала плечами.

— Понятия не имею. Моя задача — услышать и записать пророчество, а не пытаться разгадать его. Я же сказала, с этим справятся будущие пророки.

Ричард переглянулся с Натаном и дедом.