Барон страданий - Амврелий

— …Его закрыли из-за того, что там уже ненужная часть шахты или из-за опасности? Шахты вроде использовали очень давно. Никто из нынешнего поколения вроде поработать тут и не успел, — Сместив взгляд к камню в своей руке, Хати все же медленно кивнул головой, и неспешно развернувшись к проему спиной, пошел на выход. Собственно, всего через минуту он прошел мимо своего оборудованного лагеря, а следом быстро выбрался из пещеры, где его встретил вечер, а также достаточно хорошая для этого острова погода. Снегопада по крайней мере небыло, — Проверять что-то странное лучше в последний день.

Опять сказав что-то камню, Хати просто выдохнул и развернулся к немного странной конструкции, которой до его прихода тут не было. Достаточно простая, однако в то же время особо опасная игра, представляющая из себя пару камней, размером с кулак самого Хати, которые стояли на уступе горы, на высоте в двух метрах от земли, а также две небольших веревки, которые сами камни и обвязывали. Место же где должен был стоять Хати, было огорожено камнями, словно баррикада.

Встав как-раз в центр этой баррикады, Хати начал задирать рукава своего свитера, и буквально тут же на обеих его руках показались синяки. Из своих особо крупных размеров, они облипли руки чуть ли не полностью, и к тому же нельзя уже было сказать, покрыты ли синяками только руки. Однако Хати на них даже не посмотрел, и лишь приготовившись после короткого отдыха, он потянул руку к ближайшей веревке, и резко дернув ее на себя, сразу же потянул пятерку камней.

Отправленные с импульсом вниз, они особо активно полетели прямо в сторону Хати, который уже приготовившись, резко встретил камни тыльной стороной ладони.

Тук* Тк*

И с неприятным звуком удара по плоти, камни неспешно откинуло в сторону. Только улететь далеко им не дала стоящая позади вокруг баррикада. К тому же, два камня и вовсе не встретились с рукой парня, и с силой ударились ему в живот, заставив прикусить слегка губу. Но лишь сжав кулак, который особо сильно болел от ударов, Хати понадобилось просто убедиться, что никакие не отлетели далеко, а после подойти к концу второй веревки, которая все еще оставалась не тронутой. Лишь потянув за нее, Хати стал возвращать все камни обратно на свое место. Это было простейшее устройство, позволяющее скидывать и возвращать камни на место.

Тем не менее, парню оно доставило уже массу неудобств, но что более важно, эффективность была все же неплохой. Правда сам Хати хмурился уже немного от другого.

— Стиль отражения…что это за мусор? — Только и вспомнив практически наизусть запомненные слова из фолианта, Хати посмотрел на подрагивающую руку, которая была совершенно неспособна отбить камни так, чтобы не причинить особую боль, — Отличается ли это от обычного взмаха ладошкой? Скорее нет, чем да, — И все же лишь из-за того, что на картинках в фолианте люди отбивали даже град атак, и что более важно огромные камни, Хати не смел останавливаться.

Только и понимая, что просто делает все недостаточно хорошо, он вновь потянул за веревку, опять сбросив на себя пять камней. Ничем, кроме синяков это не закончилось. Однако в то же время, мозг самого Хати отчасти радовался. Придуманная им тренировки, которой можно заниматься лишь в отдалении от глаз, была жестче, чем простые удары кулаками. Никакой спарринг партнер, которых Хати мог бы найти в деревне, не смог оказать того же давление, что и простые камни. А раз больше давления, то собственно и стимула к развитию так же больше.

И так она прозанимался вплоть до момента, когда встала уже глубокая ночь, Хати аж до кровавых рук стоял на месте, стараясь отбивать камни прямо так, как и сказано на фолианте. Но правда от занятия лишь одним стилем, он решил отказаться. Когда руки уже не могли даже сжаться в кулаки от боли, он немного сменил стойку, и стал встречать все летящие камни уже ногами, практикуя скоростной стиль. И только опробовав его, Хати смог заметить огромные отличия от двух разных методов.

Четыре из пяти камней легко отбивали ногой, и даже не причиняли такую большую боль. Сам Хати мог твердо стоять на ногах, поскольку хорошо уже приспособился к стилю. И что более важно, сила на удар казалась сильнее. По крайней мере камни стали выскальзывать из веревок, отлетая дальше чем от стиля, который изначально и должен был все их отражать. Но даже так, хоть немного продуктивная тренировка закончилась большим количеством синяков в теле, Хати уже с трудом мог даже стоять, а потому вернулся в пещеру, где не думая, свалился в спальный мешок.

— …Это лучше, чем бить куклу, — Повернувшись к камню, что лежал прямо рядом с ним, Хати вяло потянулся к рюкзаку, из которого вытащил несколько чистых тряпок, которыми он с трудом перевязал свои окровавленные руки, — Но это больно. Еще никогда так не страдал, но тем не менее я уже понял, что тренировки сверх меры дают побольше результата, — Дрожавшей рукой потянувшись к камню, Хати положил его себе на грудь, а следом просто закрыл глаза, — С днем рождения меня.

И его тут же вырубило. Огромная усталость легко провалила Хати в страну снов. Однако даже после целого дня очень упорных тренировок, словно проклятый, Хати резко проснулся от головной боли. Положив перебинтованные руки на место, куда ему когда-то прилетел камень, Хати скривил лицо, и машинально скинул предмет, который давил ему на грудь, приложив при этом к броску всю свою злостью

— Даже сейчас… — Почувствовав натуральное отчаяние от того, что даже после такой усталости он мог поспать всего ничего, Хати опустил свои руки, уставившись пустым взглядом сонных глаз в потолок пещеры. Не пробивал даже холод в самой пещере, на который он правда уже не обращал особого внимания. Лишь страдая морально, Хати все же медленно стал раскрывать свои глаза.

Но словно что-то осознав, он посмотрел на свою грудь, а после и на место, куда он откинул объект, который на него давил. Прибившись к стене пещеры, лежал камень. Потресканый после всплеска негатива со стороны Хати.

— Черт. П…прости! — Резко сорвавшись с места, Хати тут же пополз по полу, после чего с натуральным страхом на лице посмотрел на трещину на камне, — Я не специально… — Удар получился достаточно