Канарейка - Кира Страйк

- Гаси факел. - просипел тот же голос, возвращаясь на прежнее место.

- Ты чо, Грев! Как в темноте-то? - попытался возмутиться ещё один голос. Судя по звукам, этот только что выдрался из кустов, скрывающих ход.

- Не заблудишься! - зло рыкнул главарь, - Фигляры вернулись, чёр бы их драл. Заметят свет - начнут любопытствовать. Сколь там ещё?

- Два. - ответили ему.

- Бегом! Я к старухе за расчётом.

- Грев!

- Ну чего ещё?

- Ты это, пакость эту крамольную прихвати - сам отдай. Благодетельнице. В руки брать погано.

- Смотри, какие мы нежные! Купчика вчерась теми голыми руками придушил, и не поморщился, а тут прям погано ему. Ладно, давай, оно и надёжней будет.

- Так вон свёрток тряпочный.

Сиплый ушёл, а оставшиеся продолжили работу.

- Сравнил тоже. - бубнил, отдаляясь, особо щепетильный бандюган, - Купчик сам напросился, это ж просто человече, а не...

Дальше было уже не слышно. Только я, было, собралась покинуть наблюдательный пункт, как снова послышались голоса - ночные "грузчики" возвращались. Да ещё и дожидаться своего командира увалились чуть ли не в мои кусты.

-Твою мать.- пришлось опять осесть в траву, изображая старый пыльный мешок. Вот где восхвалила ненавистный балахон, в данный момент удачно способствующий маскировке. Даже лицо уткнула в землю, чтобы не выделялось светлым пятном. -Заметят - хана. Тут же и прикопают - к бабке не ходи. Вон тот контрабандист с чувствительным сердцем и придушит.

Ждать пришлось долго. "Соседи" тоже уже заметно нервничали, когда, наконец, появился старший и скомандовал отход.

Обмякнув в траве, дала себе минуту на то, чтобы успокоиться. Подниматься было тяжело - ноги тряслись. Да всё тело ходило ходуном от пережитого страха, напряжения и теперь вот облегчения.

В полной тишине обшарила кусты, где исчезали со своей ношей душегубы и обнаружила ход. Да не такой, как мой - узкий и извилистый, а прям основательный. Держась рукой за стену (света у меня, как понимаете, не было), прошла до конца и упёрлась в дверь. Ощупав препятствие, поняла, что с этим замком не справлюсь, даже пытаться не стоит. А попасть туда нужно обязательно.

-Стоп! Лира расшиблась на каких-то ступенях. А я что-то ничего подобного на пути сюда не заметила. Значит, есть второй вход, скорее всего из самой башни. Пока есть время, надо попытать счастья там.

Выбравшись наружу, взялась карабкаться на гору к подножию полуразрушенной башни, корявым силуэтом высившейся над головой. Где-то на середине подъёма сообразила, что осветительного прибора с собой по-прежнему нет.

-И что я, стесняюсь спросить, там увижу? Даже если не грохнусь в потёмках, как предшественница, и не переломаю кости окончательно?

-Но бабка же как-то там перемещается? -тут же пришла здравая мысль, - Вряд ли каждый раз таскает свечку с собой. Наверняка где-то прям у входа и оставляет. А вот палку покрепче, на всякий случай, стоит прихватить.

Я уже добралась до подножия поросшей мхом стены и аккуратно кралась вдоль неё в поисках центральных, так сказать, дверей. И тут, краем глаза уловила движение. Хорошо, хоть не рядом. За сегодняшнюю ночь со своим родным сердцем уже бы пережила восемь инфарктов. Точнее, однозначно бы не пережила.

Тучной серой медузой, практически сливаясь с окружающим ландшафтом, в сторону "жилых кварталов" монастыря медленно плыла фигура настоятельницы. Я и заметила её только потому, что она двигалась. Но перепутать сей громоздкий силуэт было просто не с кем. И это, кстати, тут же успокоило.

- Значит, ожидать появления хозяйки медной горы и её сокровищ в любую секунду - не придётся.

Дождавшись, когда та совершенно скроется из виду (мало ли - вдруг надумает обернуться, а надеяться на слабое старческое зрение - не тот случай), уже смелее продолжила движение.

Вход нашёлся быстро. Башня выглядела завораживающе-пугающей. Прям классический образец для какого-нибудь исторически-мистического триллера. Все эти ущербные местами стены, полотнища паутины, обломки, так сказать, недоброй, зловещей старины... Но воздыхать и впечатляться было категорически некогда.

Посему, не тратя попусту уходящие минуты, принялась шарить у входа. Свеча обнаружилась в самом предсказуемом месте - на полу, справа от отсутствующих, по причине ветхости строения, дверей.

-И кто, спрашивается в задачнике, вообще мог услышать Лиру в этом заброшенном месте? -оглядывая обстановку, размышляла я. -Загадка.

Ход в подвал нашёлся в дальнем углу. По осклизлым, неровным ступеням действительно было опасно спускаться. Но я-то была уже в курсе. Поэтому, ступала осторожно, выискивая натоптанные места и проверяя их на прочность крепкой веткой, предусмотрительно подобранной с улицы.

Вот и дверь. Как и ожидалось - старая. Внимательно оглядев замок, решила, что здесь как раз и пригодится неиспользованный трюк с петлями, который ещё тогда, в первые дни собиралась применить к кухонной двери.

Подсунув палку между косяком и ржавым металлом, как рычаг, потянула на себя. Петля поддалась. Правда, сама ветка тоже треснула. Подвинула её глубже и снова потянула. Дальше можно было и руками расшевелить гвозди, болтающиеся в рассохшемся дереве, как карандаш в стакане.

Окончательно отодрав край громыхнувшей замком железяки, опустила её вниз, оставив болтаться на втором креплении, а сама отворила висевшую на соплях дверь и вошла внутрь.

-Ну, наконец-то. Долго же я это место искала. И что у нас тут?- медленно ведя свечой, я рассматривала содержимое помещения, -Так, старый сундук, ещё старый сундук... А вот и свежие бочки.

Поставив "светильник" на один из бочонков, взялась раскупоривать другой. Пробка сидела на редкость крепко. Кто-то, для надёжности, ещё и добросовестно залил её чем-то жирным. Или воском?

В общем, помучилась изрядно, пока открыла неподатливый сосуд. Проще, наверное, было бы сделать дыру в самом бочонке, но нечем.

-Фу-уф!- я заглянула в отвоёванное отверстие и потянула воздух носом, -Коньяк! Граждане, и, судя по запаху - отличный. Самый, что ни на есть, настоящий. Так вот, чем промышляет наша не святая матушка. Любопытно.

Однако, ещё любопытнее было отыскать свёрток, который даже матёрый контрабандист не хотел лишний раз брать в руки.

И он нашёлся, да не один. В одном из деревянных коробов под увесистой крышкой они и лежали - холщовые брикеты прямоугольной формы, разного размера.

С некоторой опаской взяла в руки один из них, отвернула свободный край тряпки - никакой чёртик изпод неё на меня не прыгнул, наоборот, обнажился угол картины.

-Да нет же.- уже смелее освобождая полотно, возбуждённо рассуждала я, -Не картина, это же икона! Да, вот и Рина, и Марах... Только... какие-то они нихрена не светлые. Ну, дела...