В пасти Джарлака - Борис Харькин

Когда мы убегали от зомби, в темноте потеряли друг друга. Ариэль бежала вслед за Агырром, а куда исчезли остальные, она в суматохе не поняла.

Тролль предложил идти в Стронгхолд, и она согласилась, потому что лучшего варианта не было. Здесь, как уже известно, Ариэль пыталась работать официанткой, но у нее ничего не вышло. Потом она попала к Пришибленному.

— А где сейчас Агырр? — спросил я.

— Да где-то в городе болтается. А зачем он тебе?

— Надо как-то попытаться отыскать друзей.

— Агырр — глупый. И знает он о твоих друзьях не больше моего. Чем он поможет? Лучше уж посоветоваться с Убаргом. Он наверняка что-нибудь придумает.

Что ж, если этот Пришибленный такой умный, как она его расписывает, посоветоваться будет нелишним.

Ариэль взяла меня за руку и повела к Убаргу. Темный извилистый коридор вывел в небольшую пещерку. Здесь располагалась мастерская Пришибленного. Сам он сидел на камне и старательно пришивал одну шкуру к другой.

Я ввел Убарга в курс дела и попросил о помощи. Он долго ворчал — мол, отвлекают по всяким пустякам. Потом сказал, что поможет, но только когда закончит работу над новым изобретением.

* * *

Вот уже две недели я среди орков, а Пришибленный все еще не завершил свою работу.

Сначала я надеялся, что останусь жить в пещере, вместе с Ариэль. Но меня оттуда выперли, прямым текстом объяснив — Убарг не любит посторонних.

Пришлось возвращаться на постоялый двор. Мою комнату уже заняли. Тогда я отыскал Зяббу, и он уладил это дело. Правда, не сразу. Свободных номеров не было, а орк, занявший мой, очень не хотел выселяться. Зяббе пришлось выбить ему челюсть. Я уже давно не удивлялся подобной жестокости — орки били друг другу морды каждый день. Скорее всего, Зябба сделал это не из-за симпатии ко мне, а потому что я напомнил про фотографии.

За две недели я успел облазить весь Стронгхолд и окрестности. Ходил с орками охотиться на уток и на косуль. Хотя никого подстрелить не удалось, но мне понравилось. По крайней мере, сейчас я был в роли охотника, а не приманки. Да и в городе без приключений не обходилось. Один раз я даже поучаствовал в заварушке. Честно говоря, подробностей не помню: сразу получил в глаз и проснулся, когда уже все мирно распивали пиво и жрали кабанятину. Голова гудела потом два дня.

Каждое утро — а у орков оно начиналось примерно в обед — Зябба обучал меня рукопашному бою. А еще — метать ножи и стрелять из лука, хотя он и сам оказался неважным стрелком. Орки предпочитают лукам дубины и топоры. То ли дело эльфы, те лучники отменные.

Пару раз я заходил навестить Ариэль и заодно узнать, как продвигаются дела у местного изобретателя. Тот мастерил что-то грандиозное, но показать результаты упорных трудов наотрез отказывался. Я предложил Ариэль погулять. Она не согласилась. Ей, видите ли, некогда. Работы много, надо помогать гениальному Убаргу.

Ну и фиг с ними. Надеюсь, скоро их работа завершится, и меня об этом оповестят.

Как-то, гуляя по городу, наткнулся на Агырра. Он шумно обсуждал что-то с тремя орками, а когда увидел меня, радостно заорал:

— Здоррова, дрруг! — и обнял так, что кости затрещали.

Остальные смотрели на меня без особого интереса.

— Мы с этим паррнем сбежали от ушастых, — объяснил Агырр.

На зеленых лицах появились признаки заинтересованности.

Тролль продолжил:

— Деррется он здоррово. Дело в яме было. Ну, куда ушастики пленных сажают. Я срражался прротив трроих бледнопузых. Тогда мы еще не были дррузьями. А я жррать хотел. Самого здоррового одолел быстрро. А этот как даст хрреновиной какой-то мне по башке. Я срразу отррубился. — Агырр любовно провел лопатообразной ладонью по бритому затылку, так, будто вспоминал приятные ощущения. Затем потеребил ирокез и заявил: — Говоррю вам, это — свой паррень! В бою не ррастерряется.

Я не стал говорить, что по башке его огрел не я, а Васян.

Потом мы пошли выпить за встречу.

Пиво орки делать умеют. Крепкое, темное, ясно дело, нефильтрованное. А пьется на удивление легко. Но и в голову шибает неслабо. Мне хватило пары кружек, чтобы позабыть обо всех проблемах. А Агырр пообещал посодействовать в поисках моих товарищей. Пришибленного он, как и орки, не особо уважал. Но, что тот может дать дельный совет, согласился.

Оставалась только ждать и глотать пиво. В этом деле я старался не отставать от зеленых. Один раз так накачался пенным напитком, что у меня началась настоящая белая горячка. Думаю, этот бред стоит того, чтобы рассказать о нем поподробнее.

После седьмой кружки я вывалился из кабака «Хмель и Сало», чтобы справить естественные потребности. На улице уже смеркалось. Случайно я бросил взгляд на городскую стену. И тут же застыл в изумлении.

Готов поклясться, что я увидел не кого-нибудь, а моего друга Василия Сотникова! Каким-то чудом он вскарабкался прямо на гигантские ворота. Вечерний часовой на башне, по традиции орков, храпел во всю глотку.

Я начал усиленно протирать глаза. В этот момент часовой громогласно чихнул, и Васян сиганул вниз.

Взяв факел, я полчаса обследовал землю у ворот. Осмотрел все — и изнутри, и снаружи, прогулялся вдоль стены. Никаких следов не нашел. Спросил часового. Тот покрутил пальцем у виска, дескать, кто ж на такие высоченные ворота вскарабкается!

Все, надо завязывать с хмельным, привидится же такое!

* * *

Так пролетело полмесяца, а может быть, и больше: у орков был какой-то свой календарь, в котором я ни черта не понимал.

Я уже начал думать, что Убарг не собирается мне помогать, и то, что ему якобы нужно закончить работу над изобретением, — просто гнусная отмазка.

Подожду еще три дня. Если Пришибленный и дальше будет тянуть кота за хвост, пойду искать Васяна и Жорика сам.

От этой мысли на душе стало неуютно. Во-первых, страшно — знаем мы, как в этом мире гостей встречают. А во-вторых, я понятия не имею, с чего начать поиски.

Да и пофиг! Все равно пойду! Возьму Зяббу с Зубом и направлюсь на север, где люди обитают. Может, там кто что знает. С чего-то же надо начинать.

На следующее утро меня разбудил стук в дверь.

Было еще очень рано, вставать не хотелось. Я завернулся в одеяло и накрыл голову подушкой. Настойчивый посетитель продолжал тарабанить. Спустя минуту я не выдержал и открыл.

На пороге стояла Ариэль.

— Позавтракай и приходи к пещере, полетим на поиски твоих друзей.

— Полетим?! Он что, самолет изобрел?

— Что такое «самолет»? — удивленно спросила эльфийка.

Я замялся:

— Ну… это такая карета с крыльями, по воздуху летает.

— А… значит, это не то — крыльев нет. Убарг пока не придумал, как назвать свой шедевр. Но рабочее название — «горячий кожаный пузырь, покоряющий небеса, словно орел»!