Поступь Слейпнира - Ерофей Трофимов

— В какую сторону вы собираетесь идти? — не унимался наместник.

— Зависит от нанимателя, — ответил уже Свейн, успевший уловить нужную манеру разговора.

Ловко переводивший их разговор Юрген, даже не пытался что-то изменить в словах Вадима. Именно поэтому у наместника сложилось стойкое убеждение, что главный здесь именно найдёныш. Сам Свейн, давно это заметивший, только посмеивался в сивые усы, пряча довольную улыбку.

Сообразив, что ничего больше не добьётся, наместник мрачно кивнул и, сойдя с корабля, решительно направился к своему паланкину. Вскоре вся процессия скрылась в лабиринтах городских улиц. Перебросив Свейну кошель, Вадим спросил с улыбкой:

— И когда я смогу получить свои три бочонка мёда?

Капитан расхохотался и одобрительно хлопнул его по плечу, протянув полную кружку вина.

— Клянусь бородой Одина, к тебе благоволит сам Локи! Никогда не видел, чтобы кто-то так ловко обдирал ромейского чиновника.

— Почему вы называете их ромеями? Ведь они римляне, — спросил Вадим.

— Так их называли наши отцы, так их называем и мы, — ответил Юрген. — А если подумать, то какая разница? Они просто алчные псы, которых мы всегда топили. Так будет и впредь.

— Кто бы спорил, в драку лез, я молчу, характер мягкий, — заметил в ответ Вадим.

— Чего? — не понял кормчий.

— Не обращай внимания. Мысли вслух, — отмахнулся Вадим.

Через три дня к их кораблю подошёл высокий сухощавый мужчина в белой тунике и крепких кожаных сандалиях. Сами викинги после разговора с наместником сняли доспехи и ходили по кораблю в одних кожаных безрукавках и штанах. Остановившись у дощатых сходней, незнакомец окликнул сидевшего прямо на палубе воина, попросив его позвать капитана.

Услышав его слова, Свейн подошёл к борту, внимательно осмотрел незнакомца и спросил:

— Чего тебе?

— Я слышал, что вы ищите работу. Мне нужна охрана.

— Что за корабль, куда идёт и что у тебя за груз?

— А вам не всё равно? — лукаво усмехнулся незнакомец.

— Если мне было бы всё равно, я бы не задавал таких вопросов. От этого будет зависеть оплата.

— Согласен, — нехотя кивнул купец. — Мой карак идёт в Африку за нубийскими рабами.

— Торговец живым товаром нуждается в охране? — удивился Свейн.

— У меня много врагов, — ответил тот. — Или знаменитые на весь мир воины чего-то опасаются?

— Они опасаются только предательства, — вместо капитана ответил Юрген, подходя к борту.

Повернувшись к Сигурду, он тихо приказал:

— Позови книгочея, только тихо.

Кивнув, молодой воин ловко проскользнул между развалившимися прямо на палубе воинами и, толкнув Вадима, указал ему на капитана. По доброй солдатской привычке он дремал, привалившись к борту, прямо на гребной банке. Моментально проснувшись, Вадим поднялся и, выглянув за борт, присмотрелся к незнакомцу.

Тем временем купец и Свейн уже подбирались к самой важной части переговоров. Прислушавшись, Вадим понял, что говорят они на ромейском. Подойдя к капитану, он бросил на кормчего вопросительный взгляд. Шагнув к нему, тот тихо сказал:

— Присмотрись к этому человеку. Он хочет нанять нас в охрану.

— И что здесь не так? — не понял Вадим.

— Он работорговец, — коротко ответил Юрген. Вадим с ходу понял, что именно не понравилось кормчему. Занимавшиеся таким ремеслом люди просто обязаны были уметь хорошо управляться с оружием. Услышав, для чего их нанимают, Вадим чуть было не влез в торг, но вовремя опомнился. Если уж в его так называемые просвещённые времена торговля живым товаром процветала вовсю, то что говорить про это время.

Помолчав, Вадим так же тихо спросил:

— Зачем работорговцам охрана?

— Вот и меня это удивляет, — ответил Юрген.

— А что он сам сказал?

— Что у него много врагов.

— Ну, это меня не удивляет, — фыркнул Вадим.

— Не верю я ему, — тихо рыкнул кормчий.

— Думаешь, ловушка? Но кому это надо? Для Рыжего Олафа слишком сложно.

— Эти копчёные корольки постоянно воюют друг с другом. Иногда даже сами не могут понять, зачем и из-за чего.

— Тогда, может быть, стоит остановить его? — спросил Вадим, взглядом указывая на капитана.

— Не получится. Старый лис уже разошёлся. Ладно, будем присматривать за этим купчишкой в оба глаза, — вздохнул Юрген.

— Погоди. Объясни мне, чего именно он от нас хочет.

— Чтобы мы сопровождали его карак до чёрного берега, прикрыли от нападения и вернули обратно.

— А часто на них нападают? — продолжал задавать вопросы Вадим.

— Бывает. На парусе ведь не нарисовано, что именно в трюме лежит. Так что бывает.

— А что случается с рабами после захвата судна?

— Когда как. Если торговец не сильно пострадал, его ведут в ближайший порт, где есть рынок рабов. А бывает, что топят вместе с рабами, — задумчиво протянул Юрген.

— А часто они охрану нанимают?

— Нет. Стараются своими силами справляться. Дело доходное, но уж больно хлопотное. Вот они и экономят на всём.

— Странно всё это, — протянул Вадим, вслушиваясь в разговор капитана.

Придя к предварительной договорённости, Свейн кивком головы попрощался с купцом, развернулся к воинам и с довольным видом произнёс:

— Готовьтесь, друзья. Кажется, нам предстоит жаркий поход.

— Капитан, ты уверен, что это подходящее дело для нас? — осторожно спросил Вадим.

— Другого нам в это время года очень долго ждать придётся, — пожал плечами Свейн.

— И тебя ничего не настораживает?

— Странностей, конечно, много. Но он предлагает хорошие деньги, так что я решил принять его предложение. К тому же нам лучше убраться отсюда подальше. Пока наместник не решил, что его обманули. Драться с целой когортой солдат я не хочу.

Понимая, что в его словах есть резон, Вадим неопределённо пожал плечами и вернулся на своё место. В конце концов он давно уже должен был быть мёртвым. Так что волноваться из-за таких пустяков просто глупо.

Ещё через два дня их драккар вышел из порта и следом за купеческим караком двинулся вдоль побережья.

Патруль римских солдат внимательно проследил за выходом кораблей из порта и простоял на причале до тех пор, пока паруса не скрылись за горизонтом. Стоя на носу драккара, Свейн с нескрываемым удовольствием вдыхал запах моря, широко улыбаясь и бросая на своих воинов весёлые взгляды.

Через две недели плавания благодаря попутному ветру они достигли южной оконечности Африки и, войдя в небольшую бухту, встали на якорь. С этой минуты они должны были дожидаться, когда купец загрузит свой карак и решит отправляться обратно. По договорённости на берегу торговец был предоставлен самому себе.