Генетический шторм - Вадим Денисов

– Миры у него четкие, – поддержал я литбеседу. – Нравится мне книжка.

Скутер остановился, ездок поднял бинокль и начал осматривать мой берег. Это кто там такой зоркий у нас?

– Я соглашусь! У большинства авторов постапокалиптические миры лишены глубины, а написание текста отчасти напоминает причудливые узоры, не имеющие смысла, поэтому в них можно увидеть какой угодно смысл. И это накладывается на ужасающее состояние умов пишущих, выражающееся в ущербном комплексе мировосприятия в целом.

– Это точно, иную туфту читать невозможно.

Не слыша меня, филологиня, подсознательно желающая переключиться из режима кошмара в режим привычно-мирной жизни, азартно продолжила:

– Основные приметы сконструированной Веткиным фантастической яви, а если адресно и точней – коммунальной реальности романа, это сочетание унылого порядка с абсурдными импровизациями местечковых властей, тотальной предсказуемости жизни за забором с внезапными сбоями механики всего конструкта. Технологическая культура общества в романе находится в стагнации, но процветает метафизика. Ветхость и примитивная механистичность предметного окружения как внешнее проявление процессов разложения этого наскоро сколоченного людьми и подкрашенного магами мира. И предельная ритуализация человеческого общения с регламентацией поведения при кажущейся свободе – отличный прием!

– А герой? – усомнился я. – Он малахольный, не, как думаете?

– Что? Герой органичен, коротко так скажу… Он постоянно совершает деконструкцию собственного «я», но почти не подвержен мировоззренческим катаклизмам, умело сдерживает праздную валентность. Конечно же, ему постоянно помогает сам автор, играя с культурными кодами-знаками и многоуровневой организацией «разнонаправленного размышления»… Ему не чужда философия постмодернизма с потерей смысла как такового, что естественно в условиях функционирования множества хаотических обломков иерархий, и тогда герой принимает размытую нон-иерархию, уже принципиально отказываясь от гармонии социализации. И при всем этом голос героя не растворяется в используемых дискурсах… Он слышен!

Тоже красиво излагает. Только совсем не коротко.

Хозяин скутера наконец-то налюбовался пейзажами Заречья и медленно укатил прочь, теперь и мне можно валить.

– Ну вот, Лидия Аркадьевна, теперь можем ехать.

– Игорь, я вас умоляю…

– Понял, Линна, понял. Тогда, че – домой!

Мне сейчас всякие люди нужны.

Хозяйки бутиков и литкритики, веб-дизайнеры и социологи, сгодятся кошачьи парикмахеры и свадебные фотографы. Лишь бы они были живые, подвижные и с четырьмя конечностями. Потому что потребны наблюдатели и дежурные – круглосуточно. Нужны примитивно жадные исследователи близлежащих домов и дворов. А еще есть простой благородный физический труд, это кому угодно поручить можно. К примеру: нужно найти или соорудить место под групповое захоронение, наверняка ведь найдем мертвых по разным дырам…

Пока меня не было на заставе, девчата вычистили и даже начали наполнять водой «чечевицу» дворового бассейна – образцовые хозяйки, люблю. Познакомил их с новенькой, отметив одинаковость молчаливых оценок, данных всеми участниками брифинга, выслушал короткий доклад. Появились новые предложения.

– Гарик, там ведь магазин есть! – объявила Вика, показывая за спину, туда, где на уличке, параллельной набережной, действительно стоял одноэтажный магазинчик, продукты и хозбыт, судя по простенькой вывеске.

– Так он же не работает, его только в мае откроют, – мягко остановил я энтузиазм подчиненных.

– И что? – подбоченившись, бросила Вика.

– Как что? Он же пустой.

– А вот и не пустой! – тут же оспорила она мое предположение. – Конечно, скоропорт и срочку вывезли. А вот продукты длительного хранения могли и оставить в подсобках, их-то че взад-вперед возить?

В словах иркутянки был резон. Магазин наверняка принадлежит хозяину какого-нибудь отеля поблизости, так что торговая точка была под присмотром, эпизодическим или постоянным. Этот чипок вполне мог попутно контролировать и сторож-обходчик, один на несколько объектов.

– Предлагаете бомбить?

– Мы уже и большой лом приготовили! – откликнулись медвежатницы. – И пилу по металлу нашли.

– И два перечных баллончика, за стойкой администратора лежали.

Золотые кадры, хоть трупы таскать, хоть банк брать.

– Что же, включаем стоящее предложение в план работ. Но сейчас – горячий кофе, потом у меня поход на заправку.

Все вместе сели за летний столик, где я объявил о новациях.

Главное: ставим «фишку» – Вика первой наблюдает с балкона, теперь будем по очереди и постоянно следить за прилегающей местностью, по-другому никак. Рассказал им и о предполагаемом вечернем пополнении коллектива, умолчав о некоторых подробностях «встречи у моста». Армян поселю в соседней «таджикской» гостинице, кстати, нужно ее название узнать, раньше-то незачем было. Долго узнавать не пришлось, Вика уже выяснила, что это мини-отель «Парус». Тут вообще названия красивые, курорт… Вот зачем по курорту бить, скоты! Какая тут стратегия?

Перед отъездом я решил отдать «травматик» женщинам – им нужней.

– Кто в руках такое держал?

Иркутянки промолчали, а Линна ответила так:

– Такое не держала, баловство одно. А вот боевые разные пользовать приходилось.

Ничего себе, заявки из Москвы пошли!

– Это где?

– Практическая стрельба, знаете ли, в столице сейчас очень модное занятие, очень… Престижное. Общество, одежда пять-одиннадцать, импортное оружие. И за границу часто ездишь на соревнования, и люди солидные занимаются. Я ездила, два раза. Весь бомонд тянется.

Вот времена настали, что за перекосы у нас опять – звезды шоу-бизнеса осваивают «практику»! А вот Гарик ни разу не пробовал, хотя много слышал.

– Ну, тогда и держи.

Критиканша сноровисто выщелкнула магазин, скептически глянула на вынутый патрон, интеллигентно хрюкнула, после чего быстро вбила все обратно и спокойно засунула пистоль в кобуру.

– Переоденусь в джинсы.

Как изменились москвичи!

Вскоре я уже выруливал на улицу Станиславского, так и оставшуюся без нормального асфальтового покрытия, огромный поток олимпийских денег сюда не добрался, впитался по дороге. И тут все отели были пусты, гаражи заперты, на земле свежих следов шин нет. По пути мне попались два магазина, тоже заглушенных – а мы их потом проверим, по иркутским заветам! Возле бывшей резиденции ГИБДД по левой стороне, на стене низкого здания без окон, висело свежее объявление:

«Место для групповых и индивидуальных захоронений определено и отведено на территории парка «Южные культуры». При захоронении соблюдать порядок, хаотичное обустройство могил запрещено. Временная администрация».