Путь королей - Татьяна Форш

Я пожал плечами:

– В детстве меня сюда приводил отец, а потом… Потом перестал. Это произошло после одного случая.

– Какого? – Айна смотрела на меня, ожидая ответа, а я вдруг смутился и путано принялся объяснять:

– Мне кажется, ему приказали, чтобы я здесь не появлялся. Однажды. Высокий бородач. Он подарил мне одну странную безделушку.

– Какую? Магический артефакт? – Девчонка вдруг оживилась. Наверное, рассчитывала услышать какую-нибудь тайну.

Сожаление снова сдавило сердце. Я нахмурился.

– Не знаю. Да уже и не важно это… Все равно его подарок забрали ундины.

– Ты встречался с ундинами? И остался жив? – Девчонка навострила ушки. Я едва не выругался. Нет, ну что за дурацкая привычка слышать только то, что интересно ей?!

– А с чего я должен был умереть?

Она пожала плечами, смущенно потупилась и, сбиваясь, забормотала:

– Ну… говорят, они утаскивают на дно всех тех, с кем… кого… гм… ну всех, кроме женщин. Ну… всех мужчин. Так у нас в обители девчонки рассказывали.

– Верь больше своим девчонкам! – насмешливо хмыкнул я. – Меня они, наоборот, из омута на берег вытащили!

– А потом? – Айна пытливо прищурилась, и краснеть пришлось уже мне.

– А потом… меня спас отец.

– Вот видишь! – победно заявила она. – Значит, девчонки правы. Тебе просто повезло!

– Это как посмотреть! – не удержался я и прибавил шагу. Только глупых споров нам сейчас и не хватало!

Ответом мне стало презрительное фырканье.

Как дикая кошка, ей-богу! Нет… котенок дикой кошки.

Не сдержав улыбку, я миновал поворот и замедлил шаг. Путь преградили высокие двери поста, у которых что-то сосредоточенно потягивал из темной бутыли гном. Лысый череп был прикрыт сбитым набок кожаным шлемом, короткая русая бородка выглядела так, будто ее долго использовали вместо швабры, а кожаная куртка, видимо, заменяющая доспех, надета словно впопыхах, на светло-бежевую расстегнутую до пупа рубаху, заправленную в такие же штаны. Правда, на поясе висел боевой топор, но криво и ничуть не страшно.

Дежурил он, видимо, уже давно и довольно весело, поэтому, то ли от выпитого, то ли от усталости, мы были замечены им только тогда, когда Айна, обогнав меня, решила продемонстрировать свое благородное воспитание:

– Наше почтение, господин страж.

Гном икнул, с усилием сфокусировал на ней черные бусины глаз, потом посмотрел на меня и вяло удивился:

– Верзилы? Нашли время, когда прийти. Город закрыт! Ночь уже на дворе.

– Но двери открыты! – возразил я.

– Эт я вышел подышать свежим пещерным воздухом перед сном, – осклабился коротышка.

– Естественное желание… – Айна выразительно помахала перед носом, пытаясь развеять стойкий запах перегара, и решила подкупить его лестью: – А может, благородный страж, вы все же пропустите усталых путников в ваш милый город? Я наслышана, что он чрезвычайно красив, а… подгорники ведь гостеприимный народ?

Гном озадаченно стянул кожаный шлем и с наслаждением почесал лысый затылок.

– Честно? Чтой-то я не пойму, ты меня сейчас оскорбила или попыталась обмануть?

Девушка удивленно распахнула глаза:

– Что вы! И в мыслях… Я абсолютно искренна… Так меня воспитали.

– Угу. Из благородных, что ль? А чего в нашу глушь? Салим – город маленький. Особых достоинств, кроме тюрем и каторжных рудников, нет. Шли бы вы… в Дарин или Беркет.

– Дурень! Как им пройти в Дарин или в Беркет, не минуя Салим, если они пришли к нам по Салимскому тракту? – внезапно прозвучавший низкий густой голос заставил нас обернуться. Из ворот вышел еще один гном, с седой роскошной шевелюрой и такой же бородой, на удивление опрятно одетый в мышиного цвета костюм и блестящие сапоги. Видимо, он какое-то время незаметно стоял, вникая в наш содержательный разговор. А еще в отличие от первого подгорник на удивление был трезв.

– А… ну вообще-то да. – Горе-стражник натянул шлем задом наперед и отмахнулся. – Короче, Рикаш, сам решай. Вот тебе верзилы, а я пошел. И так за тебя тут целых четыре часа отстоял.

– Ты эти четыре часа эль пил! – уточнил тот, кого назвали Рикашем, стянул с пьянчуги шлем и кожаную куртку, заменяющую доспех. – И даже не заметил, что я куда-то отлучался.

Не ответив, тот запрокинул голову, одним глотком опустошил бутыль, затем так же молча снял с пояса топор, сунул его в руки сородича и, покачиваясь, исчез в воротах.

– Друг! – отвечая на наш немой вопрос, Рикаш проводил его взглядом и неспешно принялся натягивать доспех, затем на макушке устроился шлем, прижав раскошные кудри. Последним занял законное место топор. – У меня сегодня свадьба дочери, а выпало дежурство. Вот и попросил его за меня пару часиков постоять.

Он криво улыбнулся и смерил нас цепким взглядом.

– А вы кто и зачем явились в Салем?

– Мы с невестой, – я выступил вперед, – идем в Беркет. К сотнику Рикасу ли Тукену.

– Ли Тукены – достойный род. – В глазах стража тут же растаяли льдинки. – Все они были мастерами своего дела. Оружейники, кузнецы – они создавали волшебство, а не клинки. Жаль только, из их семьи почти никого не осталось… Хорошо. Проходите. Пройдете через Северные ворота и по Северному тракту дойдете прямиком до Беркета. Вот только к тому времени, как вы доберетесь до Северных ворот, они уже будут закрыты. Вам есть у кого остановиться?

Мы с Айной, не сговариваясь, покачали головой.

– Снимем комнату на постоялом дворе. – Я развернулся к воротам, показывая, что разговор окончен. Главное – попасть в город, а там что-нибудь придумаю! Но гном не отставал:

– Ха. Кто ж в городе каторжан будет строить постоялые дворы? Так, парочка трактиров с койко-местами.

– Значит, найдем, где переночевать.

– Вы можете переночевать в моем сарае. Дом найдете легко. Как войдете в город, по главной улице вниз, никуда не сворачивая. Он самый крайний будет у перекрестка. Сарай не закрыт. Бревнышко выпирает – увидите, поди. Удобства, конечно, не ахти, но стог сена имеется. – Он вдруг масляно мне подмигнул. Хвала богам, что нас окружал полумрак! Только бы Айна не заметила моих вспыхнувших щек. – А утром я приду, накормлю вас и выведу на тракт, ведущий в Беркет.

– Спасибо. – Я кивнул ухмыляющемуся стражу и, стараясь не смотреть на девчонку, первым шагнул в открытые ворота.