Потерянные во времени - Мелисса де ла Круз

Дэмин оказалась двойником. Стоило Шайлер дотронуться до нее, видение растаяло. Они в ловушке. За считаные секунды Шайлер с Дэхуа оказались в кольце Нефилимов. Из-за дальнего угла послышался крик, и обе увидели настоящую Дэмин. Девушка была привязана к колонне, языки Черного Пламени лизали ее лодыжки.

– Нет! – взревела Дэхуа и кинулась спасать сестру. Но вскоре рухнула под градом ударов.

Шайлер попыталась пробиться вперед, ее меч встретился с тяжелой сталью демонского топора. Ее противник, порожденный адом, жутко расхохотался и рубанул сплеча. Шайлер пронзила резкая боль. Оружие впилось девушке в грудь.

Нефилим снова занес топор, намереваясь прикончить девушку, но внезапно чей-то меч, сияющий истинным светом небес, искусно рассек черное лезвие напополам. Наконец-то! Помощь! Новый венатор ловко принялся разбираться с демонами. Вскоре помещение заполнил запах смерти и крови. Нефилимы дрогнули и обратились в бегство. Дэхуа, покрытая ранами, оказалась жива и бросилась отвязывать Дэмин.

– Сколько их осталось? – спросил неизвестный герой у близняшек. Он был высоким, темноволосым, с правильными чертами лица и ямочкой на подбородке. Несмотря на произведенную бойню, глубоко посаженные глаза юноши смотрели задумчиво и мягко.

Дэмин покачала головой.

– Остальное они сожгли. Я сумела вынести один сосуд, – сообщила она, извлекая из рюкзачка небольшой золотой контейнер.

– Регент Каира сейчас отправляется на фелюке в безопасный дом в Люксоре, – сказал незнакомец. – Идите к реке и отдайте спасенное.

Венаторы кивнули и удалились, чтобы вручить последних духов египетского ковена выжившему главе.

Лежавшая на полу Шайлер застонала. Оружие Нефилимов несло на себе Черное Пламя. Рана пульсировала от боли, и кровь лилась, собираясь в лужицу.

– Сильно тебя? – спросил красавец венатор, опускаясь на колени. – Жидкость красная. Ты – Димидиум Когнатус. Дочь Габриэллы.

Он произнес эти слова совершенно буднично и без предубеждения.

– Да, – подтвердила Шайлер.

– Куда тебя ранили?

Шайлер приподняла рубашку и показала глубокий уродливый порез.

– Повезло, – заметил незнакомец, прижав пальцы к ране. – Несколько дюймов правее, и яд проник бы в сердце. Ты могла не выжить. Но нам надо поторопиться.

Он дружелюбно взглянул на Шайлер. Действовал юноша осторожно, но, когда принялся обрабатывать края, на глаза девушки навернулись слезы. Венатор извлек небольшую бутылочку с выгравированным золотым крестом.

– Ты – целитель! – выдохнула Шайлер. Венаторы делились на дознавателей, целителей, солдат и высшее командование.

Юноша кивнул и принялся капать на поврежденное место. Шайлер впилась зубами в руку, чтобы не закричать. Лекарство жгло кожу, словно кислота. Но оно уничтожало яд, и постепенно от раны остался лишь небольшой шрам.

– Боюсь, что отметина так и останется с тобой, – сказал целитель. – Но могло быть и хуже! – Он подал Шайлер бутылочку: – Глотни. Она изгонит остатки любой отравы. Это – святая вода.

Шайлер послушалась венатора.

– Не похожа на церковную.

– Ты права. – Юноша улыбнулся. – Красная кровь… – Он пожал плечами. – Ты пила воду из фонтана, – сообщил он. – Из райского сада, сотворенного в незапамятные времена.

Шайлер никогда раньше не пробовала столь чистой влаги. Девушка почувствовала себя обновленной и возрожденной телом и духом.

Она запахнула рубашку и села.

– Спасибо!

Юноша кивнул:

– На здоровье. Венаторы сказали, что ты приехала в Каир искать Катерину Сиенскую.

– Да. А вам известно о Катерине?

– Увы, я также разыскиваю ее. – Он протянул Шайлер руку, помогая встать. – Я, похоже, забыл о хороших манерах. В этих краях меня знают как Махруса Абдель Массиха. Сейчас я живу в Иордании, но некогда я исцелял людей в Риме. Катерина Сиенская – моя сестра.