Первая печать - Наталия Осояну

Шажочек…

– Все, больше не могу, – прошептала она и остановилась. Как назло, рядом не оказалось никого, кто мог бы подбодрить, успокоить. Страх поднялся откуда-то из темных глубин сознания и затопил ее всю без остатка: провал бесконечен, мост никогда не закончится, путь на другую сторону будет длиться целую вечность, и все равно ей туда не добраться… так зачем же идти вперед? «Мне даже до середины не дойти, – подумала Фиоре. – Или это и есть середина?..»

Вновь перед глазами замелькали странные призраки, похожие на летающие шелковые ленты светло-серого цвета. На этот раз их было много, даже слишком много – как будто ее несмелые шаги потревожили целый рой существ, до поры мирно спавших в тумане, и теперь эти существа вознамерились узнать, что за непрошеный гость заявился в их владения.

«Иди к на-ам… – послышались чьи-то голоса. – Сюда-а…»

– А? Что? – рассеянно пробормотала девушка. – Я сейчас. Подождите…

Существа в тумане рассмеялись и запели громче, призывнее. Сбоку от моста мелькнула крылатая тень – одна, потом другая. Это были уже не серые ленты, а какие-то крупные создания, чья хищная сущность не вызывала сомнений. «У них огромные крылья… – отрешенно подумала девушка. – У них острые когти…» Вскоре тени слились друг с другом, стали единым существом – огромным, страшным. От этого существа исходил непонятный, какой-то звериный запах, и оно напоминало… медведя.

Разум Фиоре был затуманен, но появление призрачного зверя ее озадачило. Девушка замедлила шаг, потом остановилась, и в тот же миг наваждение исчезло. Она вздрогнула, запоздало испугавшись, огляделась по сторонам – призраков рядом уже не было… их кто-то спугнул? Совсем рядом скрипнул дощатый настил, раздался удивленный возглас, и на плечо Фиоре легла рука – жесткая и такая тяжелая, будто случайный прохожий был существом из железа, а не из плоти и крови.

– Куда это ты собралась? – спросил незнакомый голос. – Люди не птицы, летать не умеют… да и погода нынче нелетная, сам проверял. Или ты не человек, а фаэ, дух воздуха?

– Я… – Она почувствовала, что краснеет, и впервые обрадовалась туману, в котором разглядеть что-то дальше собственного носа было почти невозможно. – П-простите… вы не могли бы перевести меня на ту сторону?

– Та сторона – это которая? – добродушно уточнил невидимый собеседник. – Ты стоишь лицом к перилам.

Судя по едва различимому темному силуэту, он был невысокого роста – всего-то на голову выше самой Фиоре, – и вообще отличался довольно хрупким телосложением. Больше ничего ей рассмотреть не удалось, если не считать нечто у него за спиной – должно быть, большой дорожный мешок. Хрипловатый голос незнакомца отчего-то вызывал слабое беспокойство.

Она наугад взмахнула рукой:

– Мне надо туда… вроде бы…

Он рассмеялся и проговорил философским тоном:

– Что ж, если та сторона окажется все-таки не той, я совершу подвиг и еще раз переведу тебя через сей бездонный провал. И не такое бывало. Соизволит ли донна принять мою руку?

Непривычное обращение резануло слух, но зато Фиоре поняла, в чем источник беспокойства: у незнакомца был слабый восточный акцент. «Чужестранец? – подумала она, не веря самой себе. – Первый за… сколько лет?.. года три, если не больше. Ох, что же теперь будет…»

– Так мы идем? – спросил мужчина, и на этот раз его акцент куда-то подевался. «Это все туман, – решила Фиоре. – Мне просто померещилось… а он, должно быть, из какого-нибудь отдаленного предместья и в этом квартале раньше не появлялся». Она вдруг ощутила нетерпение: добраться бы поскорее на ту сторону – туда, где можно будет взглянуть в лицо нежданому спасителю и отблагодарить его! Тут поблизости вновь раздалось протяжно-зовущее «К на-ам…», и Фиоре торопливо схватила своего провожатого за локоть.

Они двинулись вперед.

А потом она поняла, что мост как-то слишком уж долго не заканчивается…

– Как мило! – произнес спутник Фиоре, останавливаясь. В его голосе проскользнули металлические нотки. – Дьюс моста морочит нас, не хочет отпускать. Готов спорить, он проделывал такие штуки и раньше – уж больно хорошо работает. Да-а, тут опасно…

Она задрожала от страха.

– Когда его построили?

Вот теперь не осталось сомнений в том, что догадка Фиоре была верна: он и впрямь оказался чужестранцем. Еле-еле совладав со своим страхом, девушка пролепетала:

– П-пятн-надцать лет н-назад…

– Неужели? По виду я дал бы все сорок – он такой ветхий… А пропасть возникла, должно быть, после сильного землетрясения?

От изумления Фиоре на миг забыла о том, что им обоим угрожает смерть: вот тебе раз, не-ужели он проспал полтора десятка лет и ничего не слышал о пришествии моря? В такое трудно было поверить. Фиоре, как и все остальные горожане, не сомневалась, что о нелегкой участи Эйлама знает весь мир.

Точнее – о той ее стороне, которую город мог показать этому миру.

– Все случилось в д-день, когда море п-поглотило земли к югу отсюда, – сказала она. Незнакомец смотрел, чуть склонив голову набок; выражение его лица надежно прятала завеса тумана. – Город был спасен лишь благодаря духу горы – хотя этот фаэ сам когда-то заявился в наши края без приглашения, – а мосты строили всем миром сразу после того, как ушла большая вода. Я вообще-то была тогда слишком маленькой и ничего не помню, могу только пересказать то, что слышала от своего опекуна. Там, откуда вы родом, о нас не говорят? Понимаю, мы глухая провинция, но все-таки…

Он, словно не расслышав вопроса, задумчиво пробормотал себе под нос:

– Что ж, теперь понятно, отчего у такого простого сооружения оказался столь сильный дьюс. Если горожане строили его, еще не успев толком прийти в себя после случившегося… Ладно, шутки в сторону. Попробуем успокоить этого упрямца!

Не успела Фиоре испугаться опять, как он опустился на одно колено и правой рукой начертил прямо на досках замысловатый знак, который несколько секунд источал теплое золотистое сияние, а потом ярко вспыхнул и исчез. Тотчас же настил под ногами задрожал, как будто мост превратился в струну, натянутую над пропастью, и Фиоре решила, что сейчас им обоим придет конец. Она крепко вцепилась в своего спутника – едва ли это могло помочь! – и с тоской подумала о Кьяране и Ансиль, которым уже не суждено было дождаться возвращения своей воспитанницы.

– Ну и дела творятся в славном городе Эйламе! – спокойно и даже весело проговорил незнакомец. Мост опять вздрогнул, и Фиоре еле устояла на ногах. – Сначала мой махолет вдруг отказался лететь сюда, хоть ветер и был попутным. Мне пришлось посадить его на поляне за горой и полночи топать пешком… устал, сил нет… Теперь еще и это. Что тут происходит, а?

– Т-ты об-безумел? – с трудом проговорила Фиоре. – Откуда мне знать, что происходит?! Я же не печатник!!

Мост тряхнуло.

– Нет уж, это вы тут все безумцы, если за пятнадцать лет не додумались обратиться к мастеру печатей, – возразил ее загадочный спутник. – Если в городе такого нету, нужно было позвать кого-то из странствующих магов – этого люда всегда в ваших краях полным-полно. Держать дьюса девятнадцатого уровня на каких-то трех печатях – все равно что посадить волкодава на цепочку от часов. Как он раньше не вырвался на волю, я не понимаю… Осторожно! – Сильная рука обхватила Фиоре за талию; в тот же миг очертания моста, и без того еле различимые, замерцали – он как будто превращался из деревянного в стеклянный. Она зажмурилась, чтобы не видеть бездны под ногами.