Рыцари Черной земли - Дон Перрин

Четверо мужчин направлялись в центр одного из таких «никуда» — пожалуй, самое худшее место во всем Ласкаре.

Собственно говоря, поэтому их и было четверо, вооруженных игольными пистолетами. Штурман безошибочно вел машину через лабиринт игорных притонов, алкогольных и наркотических баров. Они проезжали мимо порноклубов, игнорировали проституток любого возраста, расы, пола и планетарного происхождения. Они не обращали внимания на попадавшиеся по дороге коп-шопы — укрепленные бункеры, из которых изредка появлялись полицейские.

— Еще полкилометра едем прямо, сэр. Потом поверните на север у перекрестка со Снейк-роуд. Переулок Браунстоун, дом семьсот пятьдесят семь. Наш человек живет на верхнем этаже, квартира девять-Е.

Никакой посторонней болтовни. Никаких имен. Два человека, сидевшие сзади, занимали подчиненное положение по отношению к сидевшим впереди, особенно к водителю.

Они не раскрывали рта, если к ним не обращались, а если это происходило, то отвечали уважительно и по существу дела.

Водитель, который был лидером группы, четко следовал инструкциям.

Он остановил машину перед домом № 757. Водитель, его сосед и один из людей, сидевших сзади, вышли из машины. Водитель нес компактный бриф-кейс с кодовым замком. Один из мужчин сунул игольный пистолет во внутренний карман пиджака. Четвертый остался в автомобиле. Он сменил свой пистолет на лучевую винтовку, в считанные секунды собранную из деталей, лежавших в его чемоданчике.

Командир стоял на растрескавшемся, замусоренном тротуаре, внимательно изучая здание. Оно было девятиэтажным, сложенным из бурого базальтового кирпича, добываемого на местных каменоломнях. В часы вечерней жары стены окрашивались в мертвенно-зеленоватый оттенок от лучей ласкарского солнца.

Вообще-то солнце не было зеленым. Согласно утверждениям ученых, такой оттенок ему придавало наличие в атмосфере какого-то химического соединения. Однако местные жители предпочитали гордиться своим зеленым солнцем и оспаривали выводы разных умников.

Как бы то ни было, тошнотворная подсветка ничуть не улучшала внешний вид здания, а скорее создавала впечатление незавершенности. Окна нижнего этажа были забиты досками и изрисованы надписями. На верхних этажах к потрескавшимся стеклам в нескольких местах были приклеены объявления «сдается внаем».

Люди проходили по тротуару мимо новоприбывших, не удостаивая их и взглядом. Жители Ласкара решали свои проблемы, у туристов были свои планы, и им было наплевать друг на друга. Две потасканного вида женщины в прозрачных пластиковых юбочках небрежной походкой приблизились к водителю и в нескольких хорошо подобранных выражениях описали ему возможные развлечения на сегодняшний вечер. Тот даже не потрудился ответить, и женщины, пожав плечами, удалились восвояси.

Несколько местных бездомных, обитавших на мостовой, ухмылялись и шушукались между собой, разглядывая автомобиль с видом экспертов, прекрасно знающих рыночную цену этой модели в полностью разобранном виде.

Командир не уделил им ни малейшего внимания.

— Прикрой другой вход, — приказал он человеку с игольным пистолетом.

— Слушаюсь, сэр.

Человек с игольным пистолетом вошел в темный проулок между домами, где воняло фекалиями и отбросами. Когда он проходил мимо картонной коробки, из груды тряпья протянулась рука — ладонью вверх. Хриплый голос пробурчал что-то неразборчивое.

Человек прошел мимо.

Нищий швырнул ему вслед пустую бутылку из-под джамп-джюса, разбившуюся о камни мостовой. Человек с пистолетом спокойно переступил через осколки и продолжил путь в темноту, наполненную шорохами и шепотами. Возможно, он бы чувствовал себя менее уверенно в этой опасной обстановке, если бы не носил облегающий бронежилет под своим невзрачным костюмом.

Двое, оставшиеся на тротуаре, дали третьему время занять свою позицию. Когда еле слышный сигнал коммлинка известил их о том, что все готово, они начали подниматься по разбитой, заплеванной парадной лестнице — безусловно, самому опасному препятствию, с которым они встретились до сих пор. Распахнув скрипучую дверь, они вошли в вестибюль.

Командир снова огляделся по сторонам.

— Где видеокамера системы безопасности?

— Временно вышла из строя, сэр, — последовал ответ.

Командир изучил замок двери, ведущей в жилую часть дома.

— Она заперта, сэр. Современная система. Видимо, владельцам не нужны бесплатные жильцы. Мы могли бы взорвать…

Командир отрицательно покачал головой. Он переложил бриф-кейс в левую руку, протянул правую и нажал кнопку звонка квартиры 9Е.

Ответа не последовало.

Он нажал снова и на этот раз держал палец дольше.

Ответа не последовало.

Он взглянул на своего подчиненного.

— Боск у себя, сэр. Он никогда не выходит из дома до позднего вечера. Ему просто неохота отвечать на звонки. Он по уши в долгах, и местные ростовщики постоянно донимают его.

Командир приподнял бровь. Он снова нажал кнопку звонка и заговорил в микрофон интеркома:

— Здравствуйте, Боск. Вы меня не знаете, но я приехал с деловым предложением. Если вы впустите меня, то не прогадаете.

По-прежнему никакого ответа. Он еще раз нажал кнопку. Наклонившись к интеркому, он ясно и отчетливо произнес два слова:

— Негативные волны.

Отступив назад, он подождал столько времени, сколько могло бы понадобиться человеку, чтобы встать с кресла и пересечь комнату.

Замок входной двери негромко щелкнул. Двое вошли внутрь. Командир снова внимательно огляделся по сторонам.

— Ты жди здесь, — распорядился он.

Подчиненный занял позицию в темном углу под лестницей. Отсюда он мог наблюдать за входившими, оставаясь почти невидимым. На улице местные жители время от времени приближались к автомобилю и торопливо отходили, увидев лучевую винтовку.

Сложив руки на груди, подчиненный приготовился к долгому ожиданию.

Командир начал подниматься по лестнице на девятый этаж.