Обречены и одиноки - Александра Салиева

Ладони Арханиэлиуса, покоящиеся на моей пояснице, сжались в кулак. Знала, что он злится, но выбора у меня не было. Я должна заставить его чувствовать себя виноватым в этой ситуации, иначе он не оставит Александра в покое. Черные глаза потускнели, сияние в них погасло, лицо любимого стало еще мрачнее. И я точно знала, о чем он думал – о тех самых магистрах. Да, я отозвалась резко. Может быть даже слишком, но слов уже не вернешь. Он продолжал молчать. Даже отодвинулся от меня на шаг.

– Если бы пришлось, сделала бы это еще раз, – заговорила снова. – Ради нас и всего этого мира. Не только я последняя в своем роду, – не смогла сдержать горькой усмешки. – Из двух зол я выбрала то, которое мне ближе, Арханиэлиус.

В его глазах читался немой укор. Отвернулась, не в силах выдержать порицания.

Хотела, чтобы он почувствовал свою вину? Что ж, моя вина и вправду больше. Но я уже давно решила для себя, что не буду сожалеть. В конце концов, их сердце остановилось быстро и они не мучились. Я не настолько жестока.

– Так почему ты ушел тогда? – вернулась к прежней теме разговора. – Были причины?

Архимаг стихии земля задорно улыбнулся, а в следующий миг пара веточек лианы уже обхватила мои запястья, позволяя стихийнику окончательно расплести созданный мною щит. Пусть плетение и так не мешало мужчине прикасаться ко мне, до настоящего момента тихонько сияя по левую сторону от меня, но видимо желание превзойти хоть в чем-то укоренилось уже достаточно сильно. Что ж, я позволила. Ведь он все-таки мужчина. И так слишком сильно давлю на него, раз за разом доказывая, что всегда на шаг впереди. А тут – пусть и ничтожная, но все равно победа.

– Я не хотел принуждать тебя, – тихо прошептал он, зарываясь пальцами в мои волосы.

Уверена, что соврал – просто чувствовала это всем сердцем. И не потому, что накануне, наконец, мы закрепили обряд единения на крови. Слишком уж хорошо я знала его поведение и без того.

– А вчера тогда что это было? – съязвила в ответ.

Осадок в душе за то, что архимаг осуждает меня за прошлые поступки, все равно остался. Хорошо, что он не знал остальную часть того, что еще успела натворить, пока он был в гранях. Точно не смогла бы вынести, если самый прекрасный воин всех моих грез отвернется от меня насовсем… а что касалось его лжи – выясню, чем занимался, и сама.

Арх состроил серьезное лицо и ответил с не менее серьезным видом:

– Вообще-то, если ты помнишь, обряд, – мазнул взглядом по уже потухшей пентаграмме, – провела ты. И по факту мы уже давно женаты. Я и так долго ждал, когда ты соизволишь отдать свой супружеский долг, – придвинулся угрожающе близко. – Учитывая то, что так и не дождался, – его правая рука плавно двинулась вдоль линии бедер, – решил вежливо попросить, вот и… – выдыхая прямо в мои губы, – все. Попалась…

Я уже не столь наивна, чтобы поверить словам, которые больше направлены на то, дабы попросту не заметила, что он что-то скрывает, но не стала вырываться или противиться прикосновениям. Слишком долго ждала этих слов и слишком долго мечтала, чтобы быть возле него так близко. И именно поэтому первая потянулась за поцелуем, проведя ладонями по черным рунам на его шее в надежде вновь почувствовать тепло мужского тела и забыться хотя бы на время. Пальцы любимого нежно скользили по внутренней стороне бедра, способствуя потере остатка самообладания, а когда моя спина уже была прижата к прохладной каменной кладке в готовности зайти дальше, нас грубо прервали.

– Слушай, может быть, позже зайдем? – веселящийся голос Азария раздался из глубины спальни, возвращая в суровую реальность. – Смотрю, они тут немного заняты.

Стоящий рядом с ним Ян молчал, мрачно взирая в нашу сторону. Кажется, он пребывал в прострации, потому что рот был приоткрыт, а во взгляде читалось лишь полное отсутствие понимания. Азарий же улыбнулся еще шире.

– Ну, ты же сам сказал, чтобы они подружились! – не унимался артефактор. – Вот они и… подружились, – толкнул брата в бок.

Ян, наконец, частично отошел от шока.

– Весьма действенный способ, надо сказать, – сухо изрек эмпат, с подозрением уставившись в сторону затертых, но оттого не менее явных следов проведения обряда единения на полу спальни.

Создатель! Как много они слышали? А если они все поняли?! Только не сейчас! Сейчас я еще не готова… успела проникнуться к ним симпатией, не хотелось бы убивать… снова. Быть Камелией, а не Лилит мне понравилось. Так жить значительно легче. И уж точно веселее.

Арханиэлиус сделал шаг вперед, ненавязчиво загораживая меня собой, а после того как понял, что никаких действий со стороны прибывших не последует, вышел с балкона, закрывая за собой двери. Я же осталась снаружи.

– Разница в возрасте не мешает, нет? – громкий сарказм Азария был слышен даже из-за прикрытых дверей.

– Не входи. Пожалуйста, – тут же возник в моем разуме голос Арханиэлиуса.

По телу разлилась приятная теплота. В первый раз мы воспользовались возможностями, которые дарил обряд единения. Столько крови, столько жертв ради этого было принесено. И только теперь я могла ощутить на себе, ради чего все это: не только ощущать любимого рядом, но чувствовать и знать что происходит с ним, даже когда он далеко – вот истинная сила нашего союза.

– Да мы как бы думали, что она тебя до точки кипения уже довела, и решили вмешаться, – продолжался разговор в спальне. – Не думали, что вы можете быть заняты… – Ян выдержал паузу, – другими делами.

– Я обещаю ее не убивать, если это единственное что вас беспокоит… – меланхоличное заявление от Арха в ответ.

– Вероника сказала, что ей вполне по силам начать обряд. Ждем вас на рассвете, – рассеянно отозвался Ян.

Спустя несколько секунд послышались тихие шаги магистров, звук закрывающихся дверей, потом удаляющийся, но все равно громкий хохот Азария и наконец, магистры Риус ушли. Хотела было вернуться в спальню, но что-то словно удерживало меня на месте. Оказалось, мое внутренне чутье не подвело. Не прошло и минуты, как послышался оглушительный удар, за которым незамедлительно последовала еще целая череда. Как только вновь наступила тишина и я вышла из оцепенения, вернувшись в спальню, обнаружила, что одна из стен треснула. Архимаг Ашерро пробил ее кулаком.

М-да, кажется, не только я изменилась за время нашей разлуки.

Заметив мое появление, блондин бросил виноватый взгляд, а затем слабо улыбнулся и скрылся в дверях ванной комнаты. Мне осталось только присесть на край постели, ожидая его возвращения. Вернулся из смежной комнаты он лишь через полчаса, после чего присел на полу рядом.

– Не могу себя контролировать, когда думаю, что тебе могут причинить вред, – глухо пробормотал Арханиэлиус, уткнувшись лбом в мои колени.

– Не думаю, что они притворялись, – попыталась я успокоить его. – Если бы действительно поняли, то не осмелились бы обнаружить себя, а раскинь ты предварительно охранную сеть, это вызвало бы еще больше подозрений, – ласково провела по его мокрым волосам, потому что помнила, что это поможет усмирить гнев архимага земной стихии.