Чистовик - Сергей Лукьяненко

— Конечно, — спокойно ответил Саша. — Непревзойденныемастера какого-то дела, зато — прикованные к своей функции. Не можете отойти отнее дальше, чем на десять — пятнадцать километров. Я стригусь упарикмахера-функционала на Чистых Прудах.

— Так вы знаете о функционалах? — тупо повторил я.

Нет, а чего я удивляюсь? Все-таки я проработал несколькодней функционалом-таможенником, и через башню между мирами шастали и политики,и бизнесмены, и какие-то молодые поп-звезды с приятелями. Ко мне с инспекциейприходили политик и юморист. Достаточно много народа, чтобы понять — в Москве офункционалах знают несколько сотен обычных людей. Может быть, даже несколькотысяч. Те, кто входит в высшие эшелоны власти, бизнеса, массовой культуры, —они посвящены. А этот юноша не так-то прост, сразу видно…

Саша засмеялся:

— Знаю, знаю! Ну, как вам еще доказать? Хотите, назовутаможни, которые есть в Москве?

— Лучше назовите пару чужих миров, куда вы ходили.

— Вероз! — немедленно сказал Саша.

— Нет такого мира! — с радостью отпарировал я.

— Ну как же нет? Это где города-государства. Где феодализмтакой смешной с паровыми машинами… — Он прищелкнул пальцами. — Где Нут, Кимгим,Ганцзер…

Я кивнул. Да, конечно. Из моей таможни был выход вгород-государство Кимгим. Очень милый город. Но помимо него существовали тысячидругих городов-государств…

— Верю, — сказал я.

— Еще Заповедник, — продолжал Саша. — Еще…

— Верю, верю… — Я снова глотнул пива. — Да. Неожиданнокак-то.

— Так какой вы функционал? — все с тем же доброжелательнымлюбопытством спросил Саша. — Простите, если я излишне назойлив, если вам нехочется отвечать…

— Я таможенник, — признался я. Не уточняя, что уже бывший.

— И при этом способны путешествовать?

— Да.

— Фантастика! — Само существование функционалов Сашу ничутьне удивляло. — Ну, за это будет не грех и рюмочку… или как?

Он запустил руку в чемодан и жестом фокусника извлек фляжку«Мартеля».

Я покачал головой.

— Спасибо. Не стоит. Таможня под утро.

Саша засмеялся:

— А вы шутник! Функционал, робеющий перед таможней… — Онвдруг посерьезнел. — Границы, таможни… все строим и строим стеночки. Простымлюдям вред, а бандитам все равно не преграда… кому это нужно-то?

Вот странное дело. Говорил он вроде как искренне, и с егословами я был совершенно согласен. Но как-то наигранно все звучало, будто стрибуны. Невольно вспомнился политик Дима.

Неужто это у них всех — профессиональное?

— Никому не нужно, — все-таки согласился я.

— Вот, к примеру, возьмем Вероз — будто лоскутное одеяло, анастоящих границ почти и нет, — продолжал Саша, ловко нарезая бастурму. — Такойчудный, уютный мирок… знаете, я иногда подумываю, а не переселиться ли туда?

— Скажите, а как вы узнали про функционалов? — спросил я. —Про другие миры?

— По штату положено. — Парень широко улыбнулся. — Когда сталреферентом у Петра Петровича, он меня и ввел в курс дел. Сами понимаете, делатребуют быть при шефе везде!

Мне показалось, что основным в его словах было «референт уПетра Петровича». Это уж точно было опознание по системе «свой-чужой». Как быпредполагалось, что функционал должен знать… и отреагировать.

— Как он? — спросил я, даже не уточняя кто. — Поправился?

Наверняка неведомому Петру Петровичу, которому по штатуположены доверенные референты, не меньше полтинника. А в этом возрасте, да ещесреди чиновников на грани бизнеса и политики, абсолютно здоровых людей нет.

Саша мигнул. Сказал:

— Тьфу-тьфу. Водички попил, диету подержал…

— Карлсбад? — наугад продолжил я.

И снова попал.

— Да, как обычно… — Вот теперь я для Саши окончательно стал«своим». Его перестала тревожить и моя вольность в передвижениях, и то, что онменя не знал. Откупорив бутылку и себе, Саша спросил: — Слышал анекдот профункционала-гинеколога?

— Ну? — неопределенно спросил я.

— Функционал-гинеколог забегает в кабинет коллеги и говорит:«Иди за мной! У меня такая пациентка…»

Вся беда тусовочных анекдотов в том, что они переделываютсяиз обычных. И даже если ты не сумасшедший поклонник книг про Гарри Поттера,игры в МТГ или, упаси Господи, музыки в стиле рэп — ты все равно знаешь все иханекдоты. Заменяй Чапаева на Поттера, а Петьку на Рона; «с бубей зашли» на«ману тапнули»; Пугачеву — на Тимати или Дэцла. Так они все и создаются.

Из вежливости я все же улыбнулся. И рассказал в меру пошлыйанекдот о суде над слишком любвеобильным грузином.

Саша жизнерадостно заржал, подвигая мне бутылку пива. Он былявно доволен случившейся компанией.

Я, если честно, тоже.

Мы пили пиво. Несколько раз выходили покурить — я угостилспутника реквизированными в Котиной машине «Treasure» и заслужил еще одинодобрительный взгляд. Пива нам не хватило, и Саша вызвался сходить за ним ввагон-ресторан. Конечно, там английского эля не нашлось, но, как известно,после третьей бутылки понты пропадают, и все пиво становится одинаково вкусным.

Где-то во втором часу ночи мы легли спать — в самомблагодушном настроении. Александр мгновенно захрапел, но за перестуком колесэто меня как-то не очень тревожило. Вентиляция в вагоне работала, что былосовсем уж редким счастьем для украинского поезда. Подложив руку под голову, ялежал на спине, смотрел в бегающие по потолку отсветы фонарей — мы приближалиськ какому-то городку.

Интересные дела… Из всех пассажиров достался попутчик,знающий о функционалах. Да еще и ловко разговоривший меня. Совпадение? Илиловушка? Я вырвался из системы. Нарушил законы функционалов. Можно прямосказать — поднял мятеж. Победил полицейского Андрея, убил акушерку Наталью, апотом ухитрился уйти от куратора… от своего бывшего друга Коти.

Конечно, если исходить из здравого смысла, то совпадениемаловероятно и Саша — «засланный казачок». Но с другой стороны, если полагатьсяна здравый смысл, то я давным-давно лежу на больничной койке и брежу — потомучто разве можно поверить в иные миры, куда ведут тайные двери, разгуливающих погороду функционалов и управляющих всем этим таинственных экспериментаторов?

Я поднял руку, сонно посмотрел на стальное колечко, надетоена палец. Все, что осталось от моей функции…