Трава - его изголовье - Лайан Герн

– Понимаю, – ответила Шизука. – Однако Араи вряд ли захочет тебя отпустить.

– Тогда придется уговорить его, – спокойно сказала Каэдэ. – Сначала мне нужно перекусить. Попроси приготовить ужин. И принеси, пожалуйста, чаю.

– Слушаюсь, госпожа.

Шизука поклонилась и покинула веранду. Когда она уходила, Каэдэ услышала печальные звуки флейты. Кто-то играл в саду за храмом. Каэдэ знала одного из молодых монахов, они встретили его, когда впервые прибыли в храм, чтобы полюбоваться прекрасными картинами Сэссю. Однако Каэдэ не могла вспомнить имени музыканта. В мелодии звучала неизбежность страданий и потерь. Поднялся ветер, зашуршали деревья, с гор донесся крик совы.

Вернулась Шизука с чаем и налила чашечку для Каэдэ. Она пила, словно пробовала напиток в первый раз, каждая капелька оставляла на языке душистый привкус. А когда старуха, которая ухаживала за гостями, принесла рис и овощи, приготовленные с бобовым творогом, Каэдэ показалось, будто она никогда не пробовала пищи вкуснее. Она молча дивилась пробудившимся новым силам.

– Господин Араи желает поговорить с тобой до заката, – сказала Шизука. – Я объяснила, что ты плохо себя чувствуешь, но он настаивает. Если не хочешь его видеть, я попробую перенести встречу.

Боюсь, мы не можем обращаться с господином Араи подобным образом, – сказала Каэдэ. – Если он приказывает, я должна идти к нему.

– Господин очень рассержен, – добавила Шизука тихим голосом. – Он обижен и взбешен исчезновением Такео. Это равноценно потере двух важных союзников. Теперь ему придется сражаться с Отори без Такео. Араи надеялся на скорый брак между вами и…

– Не надо, – прервала ее Каэдэ.

Она доела рис, положила палочки на поднос и поклонилась в благодарность за пищу. Шизука вздохнула:

– Араи не понимает, что такое Племя, и не знает, какие требования предъявляет оно своим людям.

– А он не знает, что ты из Племени?

– Я доказала, что умею добывать сведения и передавать сообщения. Араи с успехом воспользовался моими способностями при заключении союза с господином Шигеру и госпожой Маруямой. Он слышал о Племени, однако, как и большинство людей, считает нашу организацию просто сословным объединением. Его глубоко потрясло, что Племя причастно к смерти Йоды, хоть это и сыграло ему на руку. – Шизука замолчала, а затем тихо добавила: – Араи больше не верит мне, наверное, удивляется, как с риском для жизни мог провести со мной столько ночей. Между нами все кончено.

– Ты боишься? Он угрожал тебе?

– Араи затаил злобу, – ответила Шизука. – Он считает, что я предала его, даже хуже – поставила в глупое положение. Вряд ли он простит меня. – В голос закралась горестная нотка. – Долгие годы я оставалась его самой близкой наперсницей, любовницей, другом. Я родила ему двух сыновей. И все-таки, если бы не твое вмешательство, он без колебаний прикончил бы меня.

– Я убью любого, кто попытается причинить тебе вред! – воскликнула Каэдэ.

– Откуда столько ярости? – улыбнулась Шизука.

– Человека легко погубить, – печально проронила Каэдэ. – Укол иглы, удар ножа… Ты сама меня учила.

– Надеюсь, тебе не придется использовать свои умения, – ответила Шизука. – Впрочем, ты отважно сражалась в Инуяме и спасла жизнь Такео.

Каэдэ молчала. Затем тихо произнесла:

– Я не только взяла в руки меч. Ты не все знаешь. Шизука удивленно посмотрела на девушку.

– Неужели Йоду убила ты? – прошептала она. Каэдэ кивнула:

– Такео получил его голову, но Йода был уже мертв. Я сделала так, как ты велела. Он пытался изнасиловать меня.

Шизука схватила ее за руки:

– Мы должны молчать! Ни один воин, даже Араи, не пощадит тебя.

– Я не чувствую ни вины, ни угрызений совести, – сказала Каэдэ. – Не вижу в этом ничего постыдного. Я не только защитила себя, но и отомстила за смерть многих: за господина Шигеру, за мою кровную родственницу госпожу Маруяму и ее дочь, за всех невинных людей, которых Йода замучил и убил.

– Пойми, если кто-то узнает о случившемся, тебе не избежать кары. Мужчины решат, что мир перевернулся. Подумать только, женщина взялась за оружие и искала мести.

– Мой мир давно опрокинут, – сказала Каэдэ. – И все же я должна пойти к господину Араи. Принеси мне… – Она замолчала и рассмеялась. – Я хотела попросить одежду, но у меня же нет ничего!

– У тебя есть конь, – ответила Шизука. – Такео оставил серого жеребца.

– Он подарил мне Раку?

Улыбка озарила лицо Каэдэ. Она задумчиво посмотрела вдаль.

– Госпожа! – Шизука коснулась ее плеча.

– Расчеши мне волосы и передай господину Араи, что я скоро приду.

Когда стемнело, женщины покинули свои комнаты и направились в гостиную, где остановился Араи со своими людьми. В храме горели свечи, под деревьями вокруг могилы господина Шигеру стояли люди с факелами. Даже в столь поздний час они приходили попрощаться с ним, приносили ладан и подношения, ставили горящие лампы и свечи на землю у погребального камня, искали помощи у покойника, который заменил им божество.

Он спит под покрывалом из пламени, подумала Каэдэ. Девушка молилась духу Отори Шигеру, просила покровительства и подсказки, как вести себя с Араи. Она оставалась наследницей семей Ширакава и Маруяма и знала, что Араи надеется заключить с ней прочный союз. Женитьба означала, что Каэдэ и ее имущество окажутся в полной власти полководца. Они разговаривали несколько раз во время пребывания в Инуяме, а потом еще по дороге, однако Араи интересовал лишь захват земель и стратегия будущих действий. Он не делился своими замыслами, если не считать надежды на ее брак с Отори. Давным-давно – казалось, с тех пор прошла вечность – Каэдэ не пожелала оставаться пешкой в руках воинов, норовивших распорядиться ее судьбой. Теперь, ощутив силу ледяного сна, она решила вновь самостоятельно выбирать свой жизненный путь.

Выждать время, думала она. Нельзя спешить. Я должна съездить домой и только потом обдумать дальнейшие шаги.

Один из людей Араи – кажется, его звали Нива – поприветствовал Каэдэ на пороге веранды и проводил до двери. Все ставни были открыты. Араи сидел в дальнем конце комнаты, трое его приближенных располагались рядом. Нива произнес ее имя, и полководец устремил взор на Каэдэ. Несколько мгновений они изучали друг друга. Каэдэ выдержала его взгляд, ощущая, как по венам пульсирует сила. Затем она опустилась на колени и поклонилась. Каэдэ ненавидела унизительный обряд, но старалась выглядеть покорной.

Араи кивнул в ответ, и они одновременно выпрямились. Каэдэ подняла глаза и одарила его тем же смелым взглядом, которого он когда-то не смог выдержать. Сердце девушки тревожно забилось. В прошлом она хорошо относилась к сидевшему рядом человеку и доверяла ему. Теперь она заметила, как изменилось лицо Араи. Вокруг глаз и рта углубились морщины. Раньше непреклонный полководец умел договариваться с людьми, но сейчас им всецело овладела страсть к власти.